Всего на сайте:
303 тыс. 117 статей

Главная | История

Последний аргумент: призыв к «улице». Полувосстание. Попытка арестовать Ленина. Промышленники ищут союза с генералами. Генерал Корнилов  Просмотрен 35

  1. Большевики получают оружие. Сталин: за захват власти. Октябрьская революция
  2. Первые конфликты в Смольном. Англия и Франция делят Россию на зоны влияния. Разгон Учредительного собрания. Гражданская война началась
  3. Глава тринадцатая. Большевики становятся «оборонцами». Неизбежность террора. Ст..
  4. Глава четырнадцатая. Зарождение «внутренней войны» в советской верхушке. Сталин проиг..
  5. Смерть Свердлова. Сталин на Петроградском и Южном фронтах. Генерал А. И. Деникин
  6. Почему победили красные. Сталин решает угольную проблему. На Польском фронте. Поворот к патриотизму Генерал П. Н. Врангель
  7. Глава семнадцатая. Троцкий обвиняет Сталина. Сталин задевает Ленина. Конец «Государ..
  8. Грузия стала советской. Крестьяне против советской власти. Кронштадтский мятеж. НЭП. Поражение Троцкого
  9. Глава девятнадцатая. НЭП — «второй Брест». План ГОЭЛРО. Тамбовское восстание. Рож..
  10. Голод. Изъятие церковных ценностей. «Цербер Ильича». Избрание генеральным секретарем партии. Первый инсульт Ленина
  11. Ленин спорит со Сталиным о создании СССР. Конфликт Орджоникидзе с руководством Грузии. Второй инсульт Ленина
  12. Два центра власти — Ленин и Сталин. Конфликт «семьи» и генерального секретаря. «Письма к съезду» против Сталина. Троцкий — кандидат на роль преемника

 

Гражданская война не сразу выплеснулась со всей стихийной силой, она накатывалась волнами. Первая большая волна после февраля случилась в начале июля, когда неожиданно вспыхнуло большевистское восстание. Троцкий назвал его полувосстанием.

Казалось бы, власть у просоциалистического Временного правительства, и у большевиков нет никаких шансов.

Первый Всероссийский съезд Советов, где большевики значительно уступали меньшевикам и эсерам (102 против 533), не поддержал требование большевиков о передаче власти Советам и поставил этим последних в межеумочное положение. Но была еще «улица».

Состоявшаяся 18 июня демонстрация собрала до полумиллиона человек. «Все заводы и все полки вышли с большевистскими лозунгами. Авторитету Съезда был нанесен непоправимый удар!»59

Демонстрация подняла авторитет Сталина, ставшего организатором «улицы».

Но еще более грозные события разыгрались 4 июля.

Восстания, как такового, в начале не было, но состоялась проведенная Военной организацией большевиков массовая антивоенная и антиправительственная демонстрация. Главные лозунги — отказ от начала нового наступления на фронте и передача власти Советам. Настроения демонстрантов прежде всего определяло нежелание петроградского гарнизона отправляться на фронт.

Это было спонтанное «полувосстание». Демонстранты захватили Петропавловскую крепость, группа солдат едва не арестовала Керенского. Рабочая секция Совета вышла из подчинения руководству Совета, выступила за передачу всей власти Советам и за организацию специальной комиссии по обеспечению мирного перехода власти.

В этой обстановке нарастающего хаоса руководство Совета обратилось за помощью к армейским комитетам Северного фронта, контролируемым меньшевиками и эсерами, чтобы те прислали войска для установления порядка. Войска расстреливали демонстрантов.

Кроме того, правительство объявило о деятельности Ленина как немецкого шпиона.

В итоге «полувосстание» закончилось тяжелым поражением большевиков. В Петрограде настроения резко переменились.

Пятого июля ЦК призвал прекратить уличные выступления, но было поздно: основные политические силы поняли, что надо защищаться от большевистской угрозы.

В этот же день была разгромлена редакция газеты «Правда», Ленин едва успел покинуть ее, несколько сотрудников редакции были арестованы.

Седьмого июля ушел в отставку министр-председатель Временного правительства Г. Е. Львов. Керенскому было поручено формирование нового кабинета.

Были приняты жестокие меры, разрешавшие заключать в тюрьму на срок до трех лет за выступления против государственной власти, на фронте командиры получили право стрелять по отступающим без приказа войскам, восстанавливалась смертная казнь. Большевистские газеты были закрыты. Был издан приказ об аресте Ленина, Зиновьева, Каменева.

Каменев был арестован, Ленин и Зиновьев скрылись.

Известие об ордере на арест Ленин получил у Сергея Аллилуева, на квартире которого обитал Сталин. Позиция Сталина с самого начала была решительной: Ленину ни в коем случае нельзя сдаваться властям.

Большинство соратников (Троцкий, Луначарский и др.) достаточно легкомысленно советовали сдаться и на открытом суде разоблачить правительство, сделав из процесса Ленина «дело Дрейфуса». Ленин колебался. 7 июля он заявил, что готов сдаться, если приказ об аресте утвердит ЦИК.

С этим заявлением в Совет отправились Орджоникидзе и Ногин, чтобы получить гарантии безопасности для Ленина и подтверждение незамедлительного и честного суда. Гарантий они не получили, а услышали уклончивые рассуждения, что будет сделано все возможное для обеспечения прав Ленина. Ленин решил не сдаваться.

 

Июльское поражение снова вывело Сталина к самой вершине партийного руководства. Ленин и Зиновьев скрылись в Разливе, где жили в шалаше, Каменев сидел в тюрьме, Троцкий добровольно сдался властям и тоже сидел. На свободе оставался единственный член «узкого бюро» — Сталин.

Активная и решительная его позиция по защите Ленина, а затем обеспечение связи вождя с ЦК по-человечески их сблизили. Одно дело теоретические и организационные труды, и совсем другое — вопрос жизни и смерти. Даже изменение Лениным своей внешности прошло при участии Сталина, который лично сбрил ленинскую бородку. Уходя в подполье, Ленин должен был ощутить признательность этому не всеми понимаемому, грубоватому грузину, в котором не было интеллигентских манер, как у Каменева или Зиновьева.

На плечи Сталина легло все дальнейшее руководство партией.

Передав правительству «неограниченную власть», ЦИК положил, таким образом, конец и своей власти. Большевистский лозунг «Вся власть Советам!» больше ничего не значил.

Теперь у большевиков не осталось никаких легальных средств борьбы за власть.

Впрочем, «неограниченные полномочия» правительства должны были реализоваться не интеллигентской говорильней, а решительными действиями по наведению порядка. Другими словами, выбор был простой: либо Ленин, либо Корнилов.

После трудных споров пять политических партий (социалисты, эсеры, социал-демократы, кадеты, «народная свобода») решили создать коалиционное правительство.

Показательно, что управляющим военным министерством был назначен эсер, в прошлом руководитель Боевой организации эсеров, комиссар Юго-Западного фронта Борис Савинков, за которым стояла фигура генерала Корнилова. Савинков был убежденным сторонником продолжения войны «до победного конца».

Появление в правительстве Савинкова свидетельствовало о том, что премьер и его ближайшие партнеры Н. В. Некрасов и М. И. Терещенко, связанные с французским масонством, склонялись к союзу с армейским руководством.

Надо полагать, для Савинкова не были секретом настроения большинства генералов, которые, не являясь сторонниками отрекшегося императора, все же выступали за наведение порядка в армии и в тылу. Однако в генеральской картине будущего не было видно ни левых социалистов, ни даже умеренных. Их политическим лидером был Александр Гучков. Он еще в марте стал консультироваться с армейской верхушкой, понимая, что рано или поздно революционная стихия должна быть укрощена, и никакой иной силы, кроме военной, у российских государственников нет. Гучков предполагал, что можно вернуться к ситуации, которая могла бы сложиться, если бы ему удалось совершить в конце 1916 года военный переворот и не дать революции выплеснуться на улицы столицы.

Заодно с Гучковым был промышленник и председатель правления Русско-Азиатского банка А. И.

Путилов, близкий к французским банковским кругам, создатель «Общества экономического возрождения России», куда вошли представители крупной буржуазии.

В качестве претендентов на роль руководителя военного переворота рассматривались генерал Л. Г. Корнилов и командующий Черноморским флотом адмирал А. В. Колчак. Однако Колчак по приглашению американской миссии выехал в США. Таким образом выбор пал на Корнилова.

Он был назначен Верховным главнокомандующим и сразу потребовал выполнения четырех «кондиций», главная из которых его «ответственность перед собственной совестью и всем народом», то есть главнокомандующий сразу попытался поставить себя над правительством. Керенский и Савинков предпочли замять дело, хотя за предъявленные «кондиции» Корнилова надо было сразу уволить.

Прибыв в Ставку, главнокомандующий заявил, что необходимо военизировать тыл и железные дороги и ввести смертную казнь не только применительно к «мятежникам» и «неповинующимся», но и к «агитаторам». Чтобы усмирить неповинующиеся части, предлагалось создавать «концентрационные лагеря с самым суровым режимом и уменьшенным пайком». Митинги, демонстрации и забастовки запрещались.

Генерал, по мнению правительства, играл роль, для которой был призван.

Корнилов дважды приезжал в Петроград и обсуждал в правительстве свои предложения. Вначале Керенский склонялся их принять, но потом отложил окончательное решение на неопределенное время. И Корнилов, и офицеры, и стоявшие за ними финансово-промышленные группы, государственный аппарат, техническая интеллигенция оказались лишенными политических средств для изменения ситуации.

 

После окончательно определившейся ситуации на фронте и введения смертной казни в Петрограде стали появляться недовольные представители солдатских комитетов. Троцкий отмечает, что «вельможам из ЦИКа» им нечего было сказать, а большевики Сталин и Свердлов привлекли фронтовиков (представителей 29 полков) к совещанию с рабочими 90 петроградских заводов, солдатами Петроградского гарнизона и кронштадтскими матросами. То есть большевики делали свое дело.

Поразительно, но уже к началу VI (Объединительного) съезда почти во всех районных советах Петрограда доминировали большевики. Если в апреле в их рядах было 80 тысяч, то к концу июля уже 240 тысяч человек.

Съезд открылся 26 июля на Выборгской стороне. Отчетный доклад ЦК сделал Сталин. 30 июля он выступил еще с одним докладом «О политическом положении».

На съезде Коба снова вошел и в ЦК, и в «узкий» состав ЦК и стал главным редактором «Правды», набрав при голосовании на этот пост наибольшее число голосов.

В целом июньский и июльский кризисы укрепили позицию Сталина.

 

Выступление генерала Корнилова не было мятежом, как его окрестила правительственная пропаганда. Более того, в полном согласии с Керенским Ставка готовила введение в столице военного положения и беспощадное подавление революционных сил.

Прошедшие в середине августа в Петрограде выборы в городскую думу показали уверенный рост влияния большевиков. (Они получили 67 мандатов, уступив только эсерам — 75.) По сравнению с майскими выборами в районные думы большевики набрали голосов на 14 процентов больше. Кадеты сейчас получили 42 городских мандата, меньшевики — 8.

Таким образом, в августе стала нарастать концентрация сил обеих сторон.

Двадцать первого августа стало известно, что немцы захватили Ригу, важнейший порт на Балтике.

К тому же пять крупнейших военных заводов неожиданно были разрушены пожарами. Мало кто сомневался, что пожары были вызваны диверсиями.

На этом фоне 22 августа Корнилов направляет Керенскому телеграмму, требуя немедленно подчинить ему Петроградский военный округ.

И Керенский согласился. В Петроград был направлен кавалерийский корпус генерала А. М. Крымова.

Однако министр-председатель в последнюю минуту догадался, что генерал наведет порядок, но в любом случае не оставит его во главе правительства. Тогда-то и появилась версия заговора, и Корнилов был отстранен от должности Верховного главнокомандующего, объявлен контрреволюционером.

Но теперь в руках большевиков оказался сильный козырь: они легально получали возможность защищать революцию от Корнилова. В ночь с 27 на 28 августа на совместном заседании ВЦИКа Советов рабочих и солдатских депутатов и исполкома Советов крестьянских депутатов было принято решение о создании Комитета народной борьбы с контрреволюцией, позднее трансформировавшегося в Военно-революционный комитет, где получили преобладание большевики и левые эсеры.

Среди войск Крымова работали агитаторы, уговаривавшие казаков не подчиняться «контрреволюционным» приказам.

Двадцать девятого августа 1917 года исполком Юго-Западного фронта арестовал своего главнокомандующего А. И. Деникина, одновременно армейские комитеты всех армий этого фронта арестовали своих командармов.

Двадцать восьмого августа, в «самый тревожный день Корниловского мятежа» (по определению Керенского), послы Англии, Франции и Италии нанесли визит министру иностранных дел Терещенко и от имени своих правительств вручили ему ноту. В ней «во имя гуманизма и стремления избежать невосполнимых потерь» указывалось, что они считают своей важнейшей задачей «сохранить единство всех сил в России во имя победоносной войны».

Керенский называет эту ноту циничной. Союзники предлагали ему рассматривать мятежного генерала как «равноправного партнера». Это значило, что Временному правительству больше не доверяют.

За Корниловым стояли огромные силы. Даже в аппарате главнокомандующего на скромной должности ординарца находился В. С. Завойко, племянник жены А. И. Путилова, доверенное лицо крупных российских предпринимателей. Завойко, кроме того, был тесно связан с крупным нефтепромышленником Лианозовым, состоявшим в деловом партнерстве с французскими Ротшильдами. Именно Завойко был идеологом и автором всех корниловских заявлений и политических предложений.

Не будет преувеличением сказать, что Запад приговорил к политической гибели Керенского и весь социалистический эксперимент умеренного толка как непродуктивный в условиях войны. Союзники не побоялись усиления леворадикалов во главе с Лениным. Если Ленин и захватит власть, считали они, то не продержится больше трех-четырех недель, и тогда бразды правления Россией перейдут к правым.

А Керенский так и не понял, почему же демократический Запад от него отвернулся.

 

Предыдущая статья:Глава девятая. Сталин в Петрограде — временный руководитель партии. Конфлик.. Следующая статья:Большевики получают оружие. Сталин: за захват власти. Октябрьская революция
page speed (0.013 sec, direct)