Всего на сайте:
303 тыс. 117 статей

Главная | История

ОТКУДА ВЗЯЛАСЬ КАЛИТА?  Просмотрен 29

 

Возвышение Москвы в четырнадцатом столетии кажется делом естественным и даже неизбежным. В школьных учебниках это объясняется просто: московский князь Иван Данилович, прозванный за свое богатство Калитой, взял на службу много способных и энергичных людей, в том числе иноземцев. Он скупал у соседей целые города — такие, как Белозерск, Галич и Углич. Затем князь уговорил митрополита Петра переехать из Владимира в Москву. Таким образом город стал церковной столицей. А к концу жизни Иван Данилович повелел именовать себя великим князем всея Руси.

(Любопытная деталь: на печатях, скрепляющих грамоты великого князя, отсутствуют христианские символы. Зато есть другие — буддистский знак Вечности и шестиконечная звезда).

Калита — это кошель, тогдашняя барсетка. Откуда же взялась калита у внука четвертого сына Александра Невского? Москва находилась в лесной глуши, в стороне от торговых путей; здесь не было золотых и серебряных приисков, алмазных копей, железных и медных рудников, в лесах не водился ценный зверь. Официальная история утверждает, что князь Иван Данилович втерся в доверие к татарскому хану, и тот даровал ему право собирать дань с русских княжеств для Золотой Орды. Часть дани хитрый московит оставлял себе. Нелегко поверить этому наивному объяснению: «прилипшие к рукам» суммы должны быть чересчур велики. К тому же нет никаких документов. подтверждающих исключительные фискальные полномочия Ивана Калиты.

Богатство не может возникнуть ниоткуда. Если большое количество золота появилось в одном месте, — значит, в другом оно исчезло. Московские историки Дмитрий Зенин и Виталий Смирнов обратили внимание на такой факт: за двадцать лет до княжения Ивана Калиты бесследно пропала казна тамплиеров.

…По преданию, орден тамплиеров возник в Палестине после первого крестового похода. В 1119 голу Гуго де Пейн, Готфрид де Сент-Омер. Андре де Монбар и шесть других рыцарей основали военно-монашеское братство для охраны паломников, направляющихся в Иерусалим. Иерусалимский король Болдуин I выделил ордену конюшни, стоящие на месте разрушенного храма Соломона. С тех пор рыцари стали именовать себя орденом бедных братьев Христа из храма Соломона. В просторечии — тамплиеры, то есть храмовники… Через несколько лет на их белых платах появился красный крест — «лапчатый», с раздвоенными концами.

Рим дал тамплиерам невиданные привилегии: рыцари-монахи не подчинялись светской власти и местным епископам, их не могли отлучить от церкви, они строили свои церкви и хоронили покойников на своих кладбищах. Все имущество, движимое и недвижимое, освобождалось от церковных налогов, а десятина, которую они собирали на своих землях, целиком шла в казну ордена. Неудивительно, что тамплиеры стали быстро процветать.

Почти два века орден управлялся из Палестины.

Приораты и комтурии находились в Триполитании. Антиохии. Пуату, в Англии. Франции, Португалии, Арагонии, Апулии, Венгрии, Ирландии и Польше. Богатство «бедных братьев Христа» поражало воображение современников. Достаточно сказать, что в 1192 году тамплиеры купили у английского короля остров Кипр за 100 тысяч византионов, — баснословная по тем временам сумма!

Но основным источником богатства была не военная добыча, не пожертвования верующих, а обыкновенное ростовщичество, — правда, поставленное на невиданный доселе уровень. Именно храмовники изобрели главные составляющие современного банковского дела — безналичный перевод денег, систему чеков и аккредитивов, текущий счет, представительства. Они давали огромные ссуды королевским дворам и торговым компаниям — не только в Европе, но и в странах Востока. Торговля стала менее рискованным занятием: за небольшой процент купцы могли сдать золото в одной комтурии и получить ее в другой. Эти новшества ускорили рост городов и подъем производства.

Пока орден копил свои богатства, дела крестоносцев в Палестине шли все хуже и хуже. После битвы при Хаттине султан Саладдин овладел Иерусалимом. В 1291 году христианское войско, основу которого составляли тамплиеры, оставили последнюю крепость в Святой Земле. Но потерю Гроба Господня храмовники пережили довольно спокойно: их владения в Европе были очень велики. Особенно сильны были позиции ордена во Франции: Верховный Капитул находился в парижском замке Тампль, а значительная часть рыцарей происходила из французского дворянства,

К концу XIII века доходы французских командорств в несколько раз превышали доходы королевской казны. С этим решил покончить Филипп IV Красивый. Он воспользовался тем, что в сознании человека Средневековья благородство происхождения, воинская доблесть и монашеское смирение были несовместимы с занятием ростовщичеством. В народе стали распространять слухи о том, что тамплиеры давно отреклись от Христа, погрязли в ереси и предаются противоестественным оргиям. На этом основании христианнейший король вырвал согласие на арест рыцарей-банкиров у папы Климента V.

Французские тамплиеры были арестованы в ночь на 13 октября 1307 года. На движимое и недвижимое имущество ордена был наложен секвестр. Но главная цель достигнута не была: главная казна в Тампле оказалась пуста. То же самое королевские чиновники обнаружили в приоратах и комтуриях: предупрежденные тамплиеры сумели вывезти из замков огромное количество золота и серебра. Ходили слухи о том, что сокровища привезли на телегах в Ла-Рошель — морскую базу ордена. Восемнадцать галер вышли в море и бесследно исчезли.

Через пять лет орден был упразднен официально — папской буллой.

Большую часть французских рыцарей Храма приговорили к пожизненному заключению, а руководителей — к сожжению. Гроссмейстер Жак де Молэ и приор Нормандии Жоффруа де Шарне были казнены последними, — их сожгли в Париже 18 марта 1314 года. На костре гроссмейстер проклял короля и папу. Ровно через сорок дней Климент V умер от дизентерии, а полгода спустя за ним последовал Филипп Красивый. Это породило легенду о том, что оставшиеся на свободе тамплиеры и их тайные последователи мстят за вероломный разгром ордена. Делом рук тамплиеров объявлялись и великие революции, сотрясавшие христианский мир. Некоторые основания для таких подозрений дает происшествие, случившееся во время казни французского короля Людовика XVI. Когда голова несчастного монарха скатилась с помоста, ее схватил какой-то господин и поднял над толпой. «Ты отмщен, Жак де Молэ!» — воскликнул незнакомец.

Папские посланники внимательно следили: где выплывут сокровища Тампля? Первые двадцать тонн появились у английского короля Эдуарда III: это золото якобы «наделал» легендарный алхимик Раймонд Луллий. Захолустье Европы в одночасье стало могущественным государством и начало Столетнюю войну с Францией. Но не для мести «проклятым королям» Игроки аккумулировали величайшее богатство мира: Жанна д'Арк не пустила англичан на континент, а Колумб, плывший под парусами с красными «лапчатыми» крестами, открыл путь в Америку. Британию направили к мысу Канаверал. А что происходило в стране, которой суждено было стать второй участницей космической гонки? Через двадцать лет после ареста французских тамплиеров у Ивана Калиты появились «незадекларированные» деньги, и самое захудалое из русских княжеств собрало вокруг себя враждующие земли.

 

9. «ТОЛИКОЕ МНОЖЕСТВО КНИГ»

 

Орден выполнил свое тайное назначение: его богатства были инвестированы в завоевание Луны. Но славянская цивилизация отставала от англосаксонской. Чтобы «выровнять фронт», в Москве были сконцентрированы и духовные сокровища человечества. В «Сказании о Максиме философе» говорится: когда великий князь Василий III показал ему свою библиотеку, то «…инок во многоразмышленном удивлении бысть о толиком множестве бесчисленного трудолюбивого собрания и с клятвою изрече перед благочестивым государством, яко ни в Грецех толикое множество книг сподобился видети». Эта библиотека — одна из величайших в тогдашнем мире — была приданым Зои Палеолог, жены Ивана III и племянницы последнего византийского императора. Она вывезла книги из Константинополя и тем самым спасла их: через несколько месяцев столица Византии пала под натиском турок-сельджуков.

Огромную ценность «толикого множества книг» сознавал и Иван IV, прозванный Грозным: библиотека — живая память мира, а ее хранитель по праву считает себя наследником правителей древности. Не потому ли великий князь увенчал себя царским титулом? Первый русский царь двинулся к Казани и Астрахани — в направлении грядущего Байконура. Он овладел Волгой, не зная, что четыреста лет спустя по реке будут спускаться огромные самоходные баржи с «изделиями» горьковского и московского ракетных заводов. Но об этом мог знать Игрок — ближайший советник Ивана Грозного и единственный человек, имевший свободный доступ к царской «либерее».

Его имя зашифровано в том абзаце первой главы, который заменил упоминание о рукописях Бэкона: «Тут в государственной библиотеке обнаружены подлинные рукописи чернокнижника Герберта Аврилакского, десятого века». Монах-алхимик Герберт Аврилакский (Герберт из Орийяка — если «по-французски») впоследствии стал папой римским Сильвестром II. В своем знаменитом письме князь Курбский напомнил Ивану Грозному, как «…пришел один муж, чином пресвитер, именем Сильвестр, пришлец из Новгорода Великого, стал претить ему от Бога священными писаниями и строго заклинать его страшным Божьим именем, кроме того, поведал ему о чудесах, о явлениях, как бы от Бога происшедших».

Русский историк С.Соловьев считал, что поп Сильвестр приобрел большое влияние на молодого царя: «…душу его исцелил и очистил, развращенный ум исправил». Он же был настоящим инициатором казанского похода, во время которого Ивану IV было ободряющее видение Св. Димитрия Прилуцкого.

Четырнадцать лет спустя Сильвестр попал в опалу, и к царю пришлось подводить нового Игрока. Скорее всего, он был иностранцем — так сказать, иностранным консультантом. В разгар затянувшегося противостояния с непокорными боярами Иван Грозный перенес свою резиденцию в Вологду, откуда в те времена начинался путь в Англию. Он сделал это по совету английского посла Дженкинсона, которому чрезвычайно доверял. Вот что писал очевидец этих событий — французский врач Пьер Мартин де Ламартиньер: «Царь питал уважение и такое особенное расположение к королеве Елизавете, что не упускал ни одного случая засвидетельствовать ей это. Полагаю, что он даже хотел на ней жениться и что когда он приказал укрепить Вологду и свез туда свои сокровища, у него было намерение — искать убежище в Англии, если бы обстоятельства довели его до последней крайности».

Еще при жизни Ивана Грозного папский легат Антонио Поссевино дважды пытался выкупить библиотеку и предлагал очень большие деньги. «Либерея» срочно понадобилась папе римскому Григорию XIII, — не потому ли, что там были «интересные рукописи Бэкона», представлявшие опасность для самих основ средневекового мира? Поссевино в своих «Записках о России» упоминает о какой-то английской книге, попавшей к Ивану Грозному: «Кроме того, еретики — английские купцы — …. может быть, испугавшись, как бы в чем-нибудь не уронить авторитет своей королевы,…. или чтобы угодить князю, передали ему книгу, в которой Папу именуют антихристом».

Сразу после смерти царя Поссевино удалось сговориться с ближними боярами. Но сделка так и не состоялась: лари с «либереей» таинственно исчезли. Вскоре скончался папа Григорий XIII. (Булгаков весьма прозрачно намекает на эту историю: финансовый директор Варьете — Григорий Римский!)

О библиотеке забыли на целое столетие. Но при Петре I звонарь Конон Осипов рассказал о том, что слышал от дьяка Василия Макарьева: в подземелье под «Кремлем-городом» якобы хранятся сундуки с навесными замками. Очевидно, это классическая «деза»: звонарь вспомнил о сундуках через много лет после смерти престарелого дьяка.

Систематические поиски начались только в конце XIX века. В 1891 году Эдуард Тремер искал тайник в подвалах сгоревших царских теремов. Профессор Забелин и князь Щербатов исследовали ходы под Боровицким холмом. При Сталине пропавшую «либерею» разыскивал археолог Игнатий Стеллецкий. Еще две попытки предпринимались в начале шестидесятых и в конце девяностых годов, — они также окончились безрезультатно. Библиотеку искали не только в Москве, но и в Вологде — там, где она действительно находилась до возвращения царя в столицу. «Вологодский след» мельком отразился в кривом зеркале «Мастера…»: в клинике Иван Бездомный вспоминает про своего дядю, «пившего в Вологде запоем».

 

Предыдущая статья:"АТОН" ПОЧТИ НЕ ВИДЕН Следующая статья:АЛЕКСАНДРИЯ
page speed (0.0346 sec, direct)