Всего на сайте:
282 тыс. 988 статей

Главная | Литература

Nbsp;   Глава 6, Я проскользнула через сад к задней части замка, надеясь пробраться ..  Просмотрен 9

  1. Глава 7, По спине между лопаток стекал пот, хотя двери и окна бо..
  2. Nbsp;   Глава 8, На следующее утро я проснулась от шума. Мой дорогой друг, Благородн..
  3. Nbsp;   Глава 9, Сильный голос сэра Коллина воспарил над лаем собак, вызвав у меня у..
  4. Nbsp;   Глава 10, – Что вам удалось узнать, ваша светлость? – Спросила я, сидя на ..
  5. Глава 11, У меня перехватило дыхание. Деррик насмехается надо мно..
  6. Nbsp;   Глава 12, Я пыталась из окна рассмотреть прибытие новых гостей. Но внутренняя..
  7. Nbsp;   Глава 13, – Ты готова, дорогая? – Герцог крепче сжал мою руку. Я уставилась ..
  8. Nbsp;   Глава 14, Я присел на корточки рядом с распростертым на полу мужчиной. Вокруг..
  9. Nbsp;   Глава 15, – Все три рыцаря невероятно красивы, – сказала одна из молодых леди..
  10. Глава 16, Я приблизилась к главному столу и положила руку на плеч..
  11. Глава 17, На следующее утро сэр Коллин устроил состязание в стрел..
  12. Глава 18, В ту ночь кошмары вернулись в мои сны, непрошеные, неже..

 

Я проскользнула через сад к задней части замка, надеясь пробраться в замок незамеченной. Мне была просто необходима ванна, прежде чем предстать перед рыцарями. На ходу я прижимала букет сэра Беннета и глубоко вдыхала его аромат. Меня охватил восторг – то ли от цветов, то ли от встречи с красивым рыцарем. К моему удивлению отношения с мужчинами влияли на меня больше, чем я ожидала.

– Леди Розмари, подождите, – раздался голос у колодца.

Я обернулась, сэр Коллин вышел из конюшни и направился ко мне через двор, обходя оруженосцев и слуг, занятых работой, и уворачиваясь от кур и гусей, хлопающих крыльями. Его волосы блестели на летнем солнце, превращая их в бледное золото созревшей пшеницы. Он был не так красив, как сэр Беннет, но на его лицо было приятно смотреть.

Заявление герцога не было преувеличением. Он привел с собой трех прекрасных женихов и был полон решимости дать мне шанс влюбиться, как, по его мнению, хотели мои родители.

– О, прекраснейшая, – сказал сэр Коллин, опускаясь передо мной на одно колено и склоняя голову.

Я не могла сдержать улыбки от этой театральности.

– Я искал вас повсюду: в городе и в деревне, даже на солнце и на земле. – Он поднял на меня свои лукавые зеленые глаза.

– Правда? Тогда, вы просто забыли поискать меня в одном из моих любимых мест. – Ответила я и сама удивилась тому, как легко я с ним шутила.

– Какой же я глупец, – сказал он, потянувшись к моему букету и подыгрывая мне. – Как же я мог забыть про сад в поисках розы среди роз?

Спрятать букет за спиной? Сэр Коллин наверняка догадался, что это подарок одного из его друзей. Но, оказалось, он протянул руку не за букетом:

– Это для вас, миледи.

Я раскрыла ладонь, и он положил на нее изящную бриллиантовую брошь в форме спиралевидной розы.

– Маленький знак моей любви, – добавил он более серьезно, отчего его глаза приобрели более темный оттенок.

Маленький знак? Я смотрела на сверкающую драгоценность, на замысловатый позолоченный узор из серебра. Она был небольшого размера, но это совсем не маленький знак. Это было очень красиво и даже экстравагантно.

– Сэр, я не могу это принять.

– Считайте это моим букетом. – Он обхватил пальцами брошь. –Возможно, он не так красочен, как тот, что вам уже подарили, но все же цветок.

Он встал, и только тогда я обратила внимание на тонкое полотно его одежды, широкий золотой пояс на талии и инкрустированный драгоценностями плащ на плечах. По всей видимости, он был богат. Хотя я унаследовала много земли и богатств от родителей, у него, очевидно, было гораздо больше возможностей. Достаточно, чтобы раздавать бриллиантовые броши, как цветы.

– Независимо от того, стану ли я вашей настоящей любовью или нет, я хочу, чтобы эта брошь всегда была у вас. В любом случае, глядя на нее вы будете вспомнить этот месяц и счастье, которое он нам принесет.

Я колебалась.

– Вам придется привыкнуть к щедрым похвалам и щедрым подаркам, миледи. – Он ободряюще улыбнулся мне. – Что такое рыцарство и романтика без всего этого?

– Мне трудно к этому привыкнуть, – призналась я, перебирая бриллианты.

После двух коротких встреч с моими поклонниками я надеялась, что веду себя правильно.

– Тогда я постараюсь помочь вам. – Он подмигнул. – Может мне каждый день дарить вам новые драгоценности, пока вы не привыкнете к роскоши?

– Часто именно недоступность делает что-то столь драгоценным, не так ли? Если бы я ежедневно позволяла себе такие расточительства, то, может быть, начала бы думать, что драгоценности и похвалы – это обычное дело, а не сокровище.

– Вы очень мудры, миледи.

– Его глаза светились восхищением.

Может это он вчера остановил публичные пытки? Я наклонила голову и посмотрела на него. Он был слишком беззаботен для этого.

– Думаю, мне придется сдерживаться рядом с вами, – тихо сказал он. – Я не хочу, чтобы вы считали меня или мои подарки заурядными.

Крик из конюшни привлек его внимание, и, ухмыльнувшись, он бросился прочь.

Потерявшись в головокружительном облаке эмоций, я побрела к задней части замка, любуясь цветами и бриллиантовой брошью. Я должна была признаться себе, что мое ожидание предстоящего месяца росло.

Дойдя до дальнего конца замка и до кухни, я остановилась. У двери стояла оборванная группа нищих детей, терпеливо ожидавших, пока сэр Деррик раздаст им ломтики хлеба и разольет суп по жестяным чашкам. При виде меня дети ахнули и стали толкать друг друга локтями, пока, наконец, один из юношей не вспомнил, что надо опуститься на колени, как это было принято. В след за старшими детьми стали опускаться и маленькие.

– Дети. – Я улыбнулась и направилась к ним, узнав многие лица.

Это были самые бедные, у многих родители умерли от бедности или болезней. Некоторые дети помогали младшим братьям и сестрам. Другие были бездомными. Я зашла в толпу, прикасаясь к их щечкам или поглаживая по голове, одаривая каждого улыбкой. Спину жгло от пристального взгляда сэра Деррика, следившего за каждым моим движением. Когда я, наконец, отвернулась от детей и поискала глазами кухарку, мой взгляд встретился с взглядом сэра Деррика. Он не улыбнулся, но как-то по выражению его лица я поняла, что он доволен проявлением моей доброты к детям. Я промолчала, но надеялась, что он поймет, что мне также приятно его отношение.

Я обратилась к кухарке:

– Я думала, что сегодня утром еды для них останется больше после вчерашнего праздника.

– Все было роздано вчера вечером, миледи, – ответила кухарка. – До последней крошки с каждой тарелки.

– Почему же ты не оставила немного для детей? Как раньше. – Я не хотела упрекать мою верную служанку, которая всегда делала все возможное, чтобы помочь мне в моей благородной миссии по кормлению бедняков, но у меня не получилось скрыть разочарования.

Она искоса взглянула на сэра Деррика и, понизив голос, сказала:

– У нас осталось не так много, как обычно, миледи. – И она заглянула в большой чан с супом.

– Понятно.

Конечно, мне не было жалко еды для своих гостей и их слуг. Но я могла только представить, как были разочарованы дети, когда в полдень они пришли за своей обычной порцией хлеба и супа, ожидая получить остатки вчерашнего пиршества, а оказалось, что от пиршества ничего не осталось.

Сэр Деррик дал толстый ломоть хлеба мальчишке с непокрытой головой и грязным лицом и обратился ко мне:

– Миледи, отдайте детям мою порцию обеда.

Запах лука и чеснока поднимался от дымящейся кастрюли, кухарка помешивала плавающие куски моркови, репы и кусочки дикого гуся и мой желудок заурчал в ответ. Утренняя работа в саду прекрасно способствует хорошему аппетиту. Но я была уверена, что мой аппетит не идет ни в какое сравнение с аппетитом сэра Деррика после охоты.

– Мне бы и в голову не пришло лишать вас еды, – начала я.

– Вы не лишаете, миледи, – прервал меня сэр Деррик, вкладывая хлеб в руки следующего ребенка. – Я сам предлагаю. После вчерашнего пиршества воздержание нисколько не повредит. И если это поможет детям и сделает их счастливыми...

На мгновение я потеряла дар речи.

– Я не сомневаюсь, что герцог и двое моих спутников охотно пожертвуют своими порциями, чтобы наполнить желудки этих детей. – Его серые глаза светились присущей ему уверенностью.

– Вы очень добры, и я буду благодарна вам за эту жертву.

– Хотя я готов на все ради вас, миледи, – мягко ответил он, – но сейчас я делаю это ради детей.

Я не знала, что на это ответить.

Мое тщеславие нашептывало обидеться, но в глубине души я испытывала облегчение, облегчение от того, что он настолько благороден, что принес эту жертву от всего сердца, а не из желания произвести на меня впечатление. Я просто промолчала. Еще некоторое время я вместе с поваром и сэром Дерриком раздавала хлеб, пирожные, сыр и куски мяса, приготовленные поваром к обеду. Когда последний из детей убежал с большим свертком, я прислонилась к прохладной каменной стене возле кухонной двери и вытерла пот со лба. Сэр Деррик ушел на кухню и вышел оттуда с кружкой в руке:

– Это для вас, миледи. – Он протянул ее мне. – Прохладный эль.

– Спасибо вам. – Я улыбнулась ему и сделала глоток пряного напитка, приятно охладившего пересохшее горло.

Он взглянул на яркое полуденное солнце и тоже прислонился спиной к каменной стене. Его взгляд упал на несколько задержавшихся около Пэпа детей. Отдыхая в тени, я сделала еще глоток и искоса взглянула на сэра Деррика. На загорелом лице белел шрам возле глаза, придавая ему твердость, которой не хватало его товарищам. Пряди волос прилипли ко лбу. На нем все еще была охотничья одежда. Но даже без чистой и дорогой одежды, он был очень красив, как и два других рыцаря. Я ждала, что он проявит инициативу, как те рыцари. Но он молчал, скрестив руки на груди. Туника натянулась на его мускулах. По плотно сжатым челюстям, я поняла, что он не хочет говорить первым. Что ж, может, он не был таким общительным, как его друзья?

– Как, должно быть, приятно освободиться от жарких доспехов и вы, наверное, счастливы отдохнуть от сражений?

Мускулы на его челюсти напряглись, и он бросил на меня косой взгляд:

– Я воин, миледи. Это то, к чему меня готовили.

– Но, сэр, – сказала я с легким смешком, не в силах удержаться, чтобы не поддразнить его. – Вас же интересует и еще что-нибудь, кроме войны?

Я ждала его слов о том, что он с нетерпением ждет возможности провести время со мной. Но я ошиблась. Вместо этого он оттолкнулся от стены, словно собираясь уйти. Я протянула ему кружку:

– Вы, наверное, тоже хотите пить? – Не знаю почему, но я не хотела, чтобы он уходил.

Он заколебался, но взял кружку, стараясь не коснуться моих пальцев. Он сделал большой глоток и поверх края кружки поймал мой взгляд.

Что мне делать? Притвориться, что я не заметила его взгляда? Или не отводить глаза? Мое сердце затрепетало, и я посмотрела на букет, который положила на деревянный сервировочный стол. Цветы давно увяли.

Он вытер рот рукавом:

– Я вижу, мои друзья уже вовсю ухаживают за вами.

Первым порывом было отрицать это, но брошь горела в кармане моего платья:

– Да, они оба искали меня.

– И подарили подарки?

Я кивнула.

– Значит, я отстаю. – В его тоне было что-то жесткое, что я не могла объяснить это себе.

– Мне уйти, сэр? – Сказала я беспечно. – И дать вам шанс найти меня?

Он улыбнулся моей маленькой шутке, и я обнаружила, что мне приятен изгиб его губ и мягкость, нечаянно промелькнувшая на его каменном лице:

– Вы все равно не сможете долго прятаться от меня. Я хороший охотник.

От этих простых слов теплое волнение пробежало по моему телу. И чем дольше он смотрел мне в глаза, тем теплее становилось внутри, я даже почувствовала желание прижаться лицом к холодному камню стены.

Он поставил кружку на сервировочный столик. Что-то в его глазах подсказало мне, что он мужчина до мозга костей и не будет играть в детские игры.

– К сожалению, сегодня я уже сделал все, что должен был.

– Все? – Мне не понравился его тон.

Он не хотел ухаживать за мной, как другие? Но я не могла ошибиться, заметив интерес в его глазах.

– Я не могу соперничать с обаятельным Беннетом и подарками Коллина. – Он слегка поклонился и начал уходить.

Мне захотелось остановить его. Но я никогда не осмелюсь прикоснуться к мужчине по собственной воле.

– Может вы боитесь? – Сорвалось у меня с губ первое, что пришло в голову. – Может, вам не хватает смелости ухаживать за мной, как ваши друзья?

Он остановился и обернулся. Его брови сошлись в недовольной складке. И прежде чем я успела среагировать, он шагнул ко мне, быстро и решительно сокращая расстояние между нами, и остановился всего в нескольких дюймах от меня. У меня перехватило дыхание от его близости. Что я наделала? Я рассердила его? Почему-то я винила себя за то, что дразнила его. Но он был таким отчужденным, что я не смогла сдержаться. Он потянулся к моей щеке, и его мозолистый большой палец провел нежную линию вниз по моему подбородку. Я резко втянула воздух от такой смелости, но сникла под его прикосновением. Он приподнял мое лицо за подбородок:

– Миледи, люди могут говорить обо мне что угодно, – хрипло прошептал он. – Но я молюсь, чтобы они никогда не сказали, что мне не хватает смелости. Не дай бог.

Его лицо было так близко, что тепло его дыхания обожгло меня. Никогда я не смотрела так глубоко в глаза мужчины. И я пропала.

– Я не трус и никогда им не буду.

Его взгляд упал на мои губы, и моя грудь сжалась со страхом, но взволнованно предвкушая. Конечно, он не будет настолько дерзким, чтобы поцеловать меня. Не здесь. Не сейчас.

Я хотела ответить, но даже если бы я могла придумать, что сказать, я сомневалась, что смогла бы произнести хоть слово.

– И я совершенно точно не побоюсь поцеловать вас, миледи.

Его губы были так близко, что мое дыхание сбилось. Блеск стали в глазах потемнел, и мне показалось, что время остановилось. Но затем он отпустил меня и медленно отступил на шаг назад. Завел руки за спину и отошел еще дальше. Мне вдруг стало холодно. Я скрестила руки на груди, чтобы унять дрожь.

– Пожалуйста, будьте уверены, миледи, что если я и не оказываю знаки внимания вам, то вовсе не потому, что боюсь.

– Вы убедили меня, сэр.

Я пыталась говорить твердым голосом и чувствовала странное, непреодолимое желание снова оказаться рядом с ним. Даже при таком безопасном и приличном расстоянии между нами, его глаза не отпускали меня.

Внезапные сердитые крики из внутреннего двора замка отвлекли нас. Тут же из-за угла появилась Труди и поспешила ко мне.

– Роза, идемте со мной сию же минуту, – позвала она, качая головой, и ее дородное тело вздымалось с каждым шагом.

– Что-то случилось? – Спросила я, когда она бросилась ко мне так быстро, как только могли нести ее короткие ноги.

– Шериф пришел со своими людьми. – Труди схватила меня за руку и потащила к открытой кухонной двери. – И он очень зол.

Скрежет металла о металл, блеск выхваченного из ножен меча сэра Деррика, суровость его лица и уверенность позы должны были успокоить меня. Но страх поневоле закрался в сердце. Узнав, что шериф продолжает сопротивляться моим приказам, я не была уверена, что готова встретиться с ним снова. Но как он станет серьезно относиться ко мне, если я испугаюсь?

– Почему шериф здесь? – Спросила я, пытаясь оторваться от няньки.

Труди легонько шлепнула меня по спине, подталкивая к арочному дверному проему:

– Он обвиняет вас в том, что вы послали одного из рыцарей в его поместье прошлой ночью.

Я снова взглянул на сэра Деррика. Понятно, что это сделал один из рыцарей. Но был ли это сэр Деррик? Его серые глаза сверкнули, но лицо было непроницаемо как железо. Я не смогла угадать.

– Я пойду к шерифу, – я снова попыталась вырваться, но Труди крепко держала меня. – И все улажу.

– Нет, миледи. – Труди фыркнула, и ее широкая грудь поднялась и опустилась в отчаянии. – Нам нужно дождаться аббата. Он знает, как успокоить его.

Мне нужно было научиться ставить своенравного слугу на место, раз и навсегда. Но я колебалась. Шериф уже продемонстрировал свое пренебрежение законам, установленным мной и запрещающим старые методы. Он насмехался над моим гуманным правлением. Что, если я встречусь с ним, а он будет издеваться надо мной? Что мне тогда делать? Я буду выглядеть только еще слабее. Возможно, сейчас моим лучшим решением было позволить рыцарям противостоять шерифу от моего имени.

Я вздохнула и позволила Труди отвести меня в замок, в безопасное место. Как бы сильно я не хотела, чтобы меня считали сильным правителем, были ситуации, когда я не хотела брать на себя ответственность.

 


 

Предыдущая статья:Nbsp;   Глава 5, Я помедлила, стоя у двойной двери, ведущей в главный зал, и запусти.. Следующая статья:Глава 7, По спине между лопаток стекал пот, хотя двери и окна бо..
page speed (0.051 sec, direct)