Всего на сайте:
248 тыс. 773 статей

Главная | Экономика

Обвиняемый № 5: Федеральный Резерв и искусственно дешёвый кредит  Просмотрен 19

Очень важно понять, что все эти факторы не могут быть главной причиной пузыря на рынке недвижимости и последующего падения. Чтобы понять взлёт и падение рынка недвижимости мы должны разобраться, как происходит деловой цикл. Если житейская мудрость говорит нам что подъёмы и спады просто случаются, то это отводит подозрение от правительства и центрального банка.

Австрийская школа, которую мы рассмотрим в части 4, объясняет, как происходит деловой цикл — в особенности как правительство, наскоро регулируя количество денег и кредит, начинает бум в экономике, который заканчивается неизбежным падением.

Когда Фед. Резерв понижает процентную ставку, увеличивая количество денег, это создаёт бум в долгосрочных проектах: производстве сырья, строительстве и создании капитальных товаров. Бум в строительстве и недвижимости в последние десять лет, возникший благодаря низкой ставке процента, прекрасный пример. В отличии от производства товаров, стимулированного прямым спросом потребителей, искусственные стимулы Фед. Резерва никак не связаны с реальными предпочтениями потребителей и реальными сбережениями в экономике. Это отвлекает ресурсы от проектов, обслуживающих реальный спрос, и стимулирует больше других проектов, чем экономика не может поддерживать. Ресурсов, необходимых для завершения всех этих проектов, нет в наличии. Ни сбережённых ресурсов, чтобы закончить, ни платежеспособного спроса потребителей, чтобы купить конечный товар нет в достаточном количестве. Не так много людей хотят или могут себе позволить дом за 500 000 долларов. Цены на такие дома значительно меньше первоначально запрашиваемых. Начинается спад.

Фед. Резерв — механизм работы которого будет разъяснён в следующих главах — начал бум, увеличив через банковскую систему количество денег в обороте целью понижения ставки процента. После событий 11 сентября, которые произошли через год после краха доткомов, председатель Фед. Резерва Алан Гринспен искал способы перезапустить экономику через понижения ставки процента, кульминацией чего явилось решение о понижении целевой процентной ставки по краткосрочным кредитам (ставки по которой банки одалживают друг другу и которая направляет остальные ставки) до 1% на целый год, с июня 2003 г.

по июнь 2004 г. Для того чтобы достичь этого предложение денег было существенно увеличено. С 2000 по 2007 г. было напечатано больше долларов, чем за всю историю республики.

Всем этим деньгам нашлось применение на рынке недвижимости, где искусственно лёгкие условия кредитования сделали покупку дорогих домов и спекуляцию ими выгодным вложением для многих американцев. Фед. Резерв также стимулировал Fannie Mae, Freddie Mac и Федеральную Жилищную Администрацию (Federal Housing Administration) занимать и выдавать займы на невиданных условиях. Так уже идущая компания по понижению стандартов кредитования вместе с монопольными привилегиями квазиправительственных агентств Fannie Mae и Freddie Mac сыграла свою роль в направлении новых денег, создаваемых Фед. Резервом, на рынок недвижимости. Но именно Фед. Резерв сделал возможным искусственный бум, и именно новые деньги, им созданные, создали стимулы для противоестественного роста цен на дома.

Хотя спекулянты — это одни из тех, кого политики и медиа учат нас ненавидеть, в спекуляции нет ничего плохого. На действительно свободном рынке спекулянты — в недвижимости, товарах или акциях — выполняют важную социальную функцию, делая экономику более эффективной увеличивая скорость согласования цен к спросу и предложению. Однако политика дешёвых денег завлекает в игру безрассудных и не подготовленных инвесторов и заставляет людей думать, что некоторые инвестиционные стратегии могут быть беспроигрышными. Дешёвые деньги делают спекулянтами тех, кто не умеет этим заниматься, кто не знает рынок, и кто видит в нём неотразимый способ быстрого обогащения.

Но даже без дополнительных стимулов правительства политика лёгких денег, проводимая Фед. Резервом сама по себе ведёт к понижению требований к заёмщикам. Когда банки выдают займы новыми деньгами, они выдают их тем, кого раньше считали недостаточно платежеспособным. Это как в баскетболе, если на поле можно выпустить ещё двух игроков.

Выпустят тех, которых иначе не выпустили бы[22]. В атмосфере растущих цен и общего благоденствия становится трудно увидеть разницу между хорошим проектом и дутым проектам — между проектом, от которого в нормальных условиях будет отдача и проектом, который выживет только пока кредит дёшев.

Подобные феномены не новы; всю историю США разные наблюдатели комментировали их. Во времена кредитного бума с 1914 по 1920 г., например, был такой же чрезмерный оптимизм, такое же желание рисковать, такие же искусственные стимулы спекулировать. Фред Гарлок писал в 1926 г. для Journal of Land & Public Utility Economic: «осторожность брошена на ветер, как банкирами, так и их клиентами, спекуляция стала повсеместной, возник огромный долг и экономика погрязла в мотовстве». Гарлок объясняет, как это происходит:

Растущие цены повлияли как на банкиров, так и на клиентов, вселив в них оптимизм, который смёл консервативные стандарты и вывел на первый план мотовство и спекуляцию. Чтобы не покупали потребители, товары или землю, они могли продать это позже с прибылью; чего бы они ни произвели на своих фермах — это приносило необычный доход. Лишь некоторые, не будучи уверенными в том, что делать с неожиданным урожаем, начали сокращать свою задолженность. Понадобилось немного времени, чтобы постоянно растущие цены, потворство банкиров и правительственные методы продажи облигаций военных займов убедили большинство в том, что задолженность есть замаскированная добродетель, так как стало легко ликвидировать и получать средства для новой деятельности. Под давлением всего этого промышленность росла и процветала, появлялись всякого рода промоутеры, а бережливость уступила место мотовству. Банкиры обнаружили, что их стандарты кредитования устарели, так как цены всё время повышаются. Таким образом, у спекулятивной лихорадки появилась точка опоры, и она выросла, и спрос на банковские фонды возрос, кредит распространился на всех, в том числе и тех, кто не мог предоставить никакого залога, превышение кредита стало повсеместным, расписки, выдаваемые сомнительным промоутерам, принимались за солидные вознаграждения и земельным спекулянтам выдавались приличные суммы. Заём для выдачи денег в займы другому стал обычной практикой. Раз за разом банки избегали банкротства благодаря росту своих депозитов[23].

Звучит похоже. Такое же безумие на рынке недвижимости присутствует всю историю деловых циклов США (которая также является историей искусственного расширения кредита) начиная паникой 1819 г. и которое можно легко увидеть в репортажах 2008 и 2009 г.

 

Предыдущая статья:Обвиняемый № 4: «Прособственнический» налоговый кодекс Следующая статья:Больше правил» — это ответ?
page speed (0.0143 sec, direct)