Всего на сайте:
236 тыс. 713 статей

Главная | Литература

Чужой дневник 8 страница  Просмотрен 20

Через час с небольшим бутылка оказалась пуста. Я заскучал и захотел пойти за добавкой. День только начинался, и не хотелось останавливаться на достигнутом. Зря, что ли прогулял работу? Когда я был на полпути за


 

очередной дозой алкоголя, мне на глаза что–то попалось. То, что вызвало у меня воспоминание об Алисе. Для пьяного меня хватило и этой мелочи, выступившей в роли искры, которая разожгла во мне огонь. Отчетливо помню возникшую мысль в тот момент: «Либо сейчас, либо никогда».

Пока был под шафе и невероятно смел, я решил поставить все на кон – пойти на личную встречу с Алисой и высказать ей все, что думаю о ней, о себе и ситуации, что сложилась между нами.

Пассивен, да, Мари? Не проявляю активность? Ну, посмотрим, что из этого выйдет.

Такси. Детский сад. Встреча. Мне жутко повезло – Алиса с детьми были на прогулке. Может, это сама вселенная решила мне помочь, и мне не пришлось вламываться в садик?

Я подошел к ней со спины и чуть заплетающим языком, ведь все еще был пьян, позвал ее:

– Алиса.

Она резко повернулась. На ее лице отчетливо читались две эмоции: удивление и страх. Кто бы мог подумать, что ей знакомы такие чувства!

– Ты что тут делаешь?!

Знакомая фраза. Увидев, в каком я состоянии, еще больше возмутилась:

– Ты пьян? Сошел с ума?!

– Алиса…

– Ты как мог появиться в таком виде, да еще перед детьми?!

– Алиса, пог…

– Дима, как тебе не стыдно?!

– Я…

– Дима!

– Да заткнись ты! – закричал я.

Алиса все время перебивала меня, не давая и слова сказать. Что за нетерпеливая женщина!


 

– Зачем ты пришел? – уже спокойнее спросила Алиса.

– Я хотел поговорить.

– Не стоит…

– Если тебе нечего сказать, то молчи и слушай, что говорю я, – вдохнул поглубже и сказал то, что давно сидело внутри меня. – Я боялся. Я боялся, что ты отнимешь у меня единственное, что осталось в моей жизни – свободу. Боялся, что я буду кому-то обязан, должен буду чем-то жертвовать и нести ответственность. Я так давно привык быть один, жить самостоятельно, что когда у меня в руках было то, что я так давно хотел – возможность создать отношения, я струсил и повел себя по-свински. Мне нравилось то, как ты называла меня Котей и, в конечном счете, по своей глупости, стал воспринимать это как должное, а теперь, лишившись тебя, безумно скучаю. Я хотел порвать с тобой, честно пытался забыть все и начать жить заново, но видимо, это сильнее меня. Вот так вот. Вот и весь секрет.

Алиса ошеломленно моргала с открытым ртом. Мы просто смотрели друг на друга, не издавая ни звука. Тишину прервала подбежавшая знакомая девочка.

– Привет, – поздоровалась она, спрятавшись за Алису.

Мне совсем не хотелось отвлекаться на нее. Сейчас решалась моя судьба. Да-да. Именно судьба. В последний раз так сильно я влюблялся только в свою жену, и это, к слову, изменило мою жизнь. И сейчас история может повториться. Если сказать яснее – не важен исход нашей с Алисой истории, прежним мне уже не стать.

– Отвали, девочка.

– Дима, выбирай выражения! – вступилась за нее Алиса.

– Да, а то я маме расскажу, что ты…

О Боже, эта малявка вздумала мне угрожать. И опять что-то про свою маму говорит. Я сунул руку в карман и достал первую попавшуюся купюру.


 

– Тебе, кажется, куклы нравятся? – я сунул деньги ей в руки. – Вот, купишь себе десять. А теперь иди, поиграй с другими детьми, похвастайся перед ними. Дай взрослым поговорить.

Девочка, размахивая ценной бумажкой и громко смеясь, убежала. Мы с Алисой остались наедине. И тут началось…

– Ты что творишь?! Давать такие большие деньги ребенку без повода…

– Алиса! – я опять прикрикнул, не дав ей договорить. – Плевать мне на деньги и на девочку. Мне плевать на все, что вокруг. Меня ничего не интересует, все уже давно стало серым и беспросветным. Только ты привносила в мои рутинные, скучные дни краски жизни. Когда ты ушла, вместе с тобой исчезло все самое интересное, красивое, важное и захватывающее, что было у меня. Ты думаешь, что мне важны жалкие никчемные остатки? Обломки от счастья, что мне посчастливилось испытать благодаря тебе? Нет. Я все сожгу, развею по ветру и глазом не моргну. Ты

– вот все, что мне нужно. От остального, если потребуется, без сожаления готов отказаться.

Шок – единственное, что выражалось на ее красивом личике, и я не знал, хорошо это или плохо. Пока холодная стена была снята или попросту ослабла, я решил дожать ее.

– Алиса, пожалуйста, дай мне шанс. Если и это много, то согласись хотя бы на одно единственное свидание. Обещаю, потом, если захочешь, я уйду, и слово не сказав. Сменю работу, перееду в другой город. Исчезну, будто меня и не было.

Она продолжала смотреть на меня.

Все так же тишина и неотрывный взгляд.

– Алиса!

– Да, хорошо, – закивала она. – Я согласна. Но только на свидание, а потом все.

– Обещаю! – с жаром сказал я, поднимаясь с колен.


 

Я согласен был на все, лишь бы получить надежду на долгожданное примирение.

– Мне пора, – вяло сказала Алиса. – Напиши мне вечером.

Она ушла к своим детям, а я побежал к одному единственному человеку, который смог бы мне помочь организовать все это дело. Моя беда в одном – хоть я и вымолил свидание, но совершенно не знал, что делать дальше. Я ворвался в кабинет, испугав своих подчиненных. Направился прямиком к Алексу, развернул его в кресле к себе и громко, четко сказал:

– Парень! Мне нужна твоя помощь.

– Уф. Выгнали из бара? – сказал он, морща нос. – Тут через две остановки есть еще одна пивнушка. Там каждая третья кружка бесплатная. А цены вас приятно удивят.

– Замолчи и слушай внимательно!

Я обрисовал ему всю ситуацию, рассказал, в чем нужна помощь и чего от него жду. Он минуту поразмыслил и выдал:

– Ну, есть у меня одна мыслишка.

Алекс весь кипит идеями, генерируя одни планы за другими, причем, они никогда не повторяются, всегда разные, но все такие же гениальные. Он соткан из них и стремится поделиться ими со всеми, кто в этом нуждается. Как же мне повезло, что такой человек попался на моем пути, да еще и оказался моим подчиненным.

 

27 сентября Все должно быть идеально. В этот вечер никаких ошибок нельзя допустить. Слишком много надежд я возлагаю на сегодняшнее свидание. Считаю это веским аргументом, оправдывающим принуждение Алисы и Алекса помочь мне с подготовкой. На самом деле, принуждения как такового


 

и не было. Хватило одной просьбы, и они с радостью согласились мне помочь. Только, паршивцы, выторговали один дополнительный выходной.

Мы приехали на отдаленный пляж утром, пока солнце не припекало. Место подсказал Алекс, уверяя, что ночью этот берег, окруженный большими деревьями и кустами, окажется лучшим местом для вымаливания прощения у девушки.

– То, что мы организуем… Какой бы снежной королевой она не была, точно вся растает. Уж поверьте мне. И не такие крепости брались штурмом,

– заверил меня Алекс.

Мы очистили берег от мусора: осколков стекла, острых ракушек, камней, веточек, железных банок.

– Ух, знал бы, что это так нудно, потребовал бы два дня выходных, – пожаловался Алекс, растирая поясницу.

– Сейчас лишу и того, что дал, – пригрозил я.

– А вы тиран, Дмитрий Степанович, – жалобно подала голос Алина.

После уборки мы разъехались по домам. Ближе к вечеру Алекс и Алина должны были все сами привезти на место, как было обговорено. После приготовлений и подготовок я вынужден был ждать Алекса. Он сыграет роль личного шофера. А как лучше скоротать время? Правильно, заняться чем- нибудь. А какие у меня могут быть дела? Только работа.

Алекс заехал за мной через полтора часа. Мы сразу же поехали за Алисой.

– Почему так долго?

– Простите, шеф, это заняло чуть больше времени, – оправдывался Алекс. – Не так легко было все расставить, как надо. Вот если бы вы нам помогали…

– А где Алина?

– Там. Следит, чтобы ничего не растащили до нашего приезда, и доводит все до конца.


 

– Еще ничего не готово?

– Расслабьтесь. Все будет, как надо.

Я не стал донимать его вопросами. Когда Алекс за рулем, он серьезен, молчалив, полностью сконцентрирован на вождении.

Сидя в машине, мы дожидались Алису. Я смотрел на ее окна, гадая, когда же выйдет моя возлюбленная, а Алекс кому-то писал сообщения. Когда Алиса наконец-то появилась, я поспешил открыть перед ней дверь и сел рядом на заднее сиденье.

– Сегодня этот молодой человек будет нашим личным шофером. Его зовут Александр. Но он предпочитает имя Алекс.

– Очень приятно Алекс, я Алиса, – доброжелательно улыбнулась она.

– Да-да, я знаю. Дмитрий Степанович кое-что рассказывал о вас.

– Да? – Алиса с интересом посмотрела на Алекса. – И как много?

– Только в общих чертах и совсем чуть-чуть. Впрочем, не то что бы мы узнали...

– Езжай уже!

Он иногда слишком много болтает.

Пока все шло, как надо. Мы приехали, когда солнце уже готовилось скрыться за горизонтом.

– Нам сюда, – указал я Алисе.

Мы прошли немного вперед. Перед нами открылся сказочный вид: накрытый белоснежной скатертью стол, на котором стояли длинные красные свечи, приборы, тарелки и бокалы, любимые цветы Алисы, два кресла с высокими спинками. На ветвях дерева, под которым красовался столик, в ажурных подсвечниках прятались белые свечи.

Пока мы рассматривали эту композицию, к Алине, стоявшей рядом, подошел переодевшийся Алекс. Они оба были одеты как официанты: в белых рубашках, черных жилетках и фартуках. Единственное отличие состояло в том, что у Алины была бабочка, а у Алекса галстук. Они жестом указали нам на стулья:


 

– Добро пожаловать. Рады вас приветствовать в нашем скромном, но чертовски романтичном… – Алекс замялся. – Ну, в общем, вы поняли. Прошу.

Алиса прошла вперед. Поравнявшись с Алексом, я грозно прошептал:

– Посерьезнее!

– Без паники, шеф. Все будет в лучшем виде, – улыбаясь, подмигнул Алекс.

Когда мы подошли к столу, Алекс с Алиной поспешили отодвинуть стулья, помогая нам сесть.

– Какие галантные. Твоя работа?

– Попросил их немного мне подыграть.

– Какие молодцы, – она осмотрела их с ног до головы.

– Это они делают из-за сильной любви к тебе или за внеочередную премию?

– Не будем об этом. Поговорим о чем-нибудь другом.

И мы говорили. Много. Обо всем подряд. Господи, как же с ней легко и интересно. Я так скучал по ее дикому нраву, характеру и огоньку, что вечно в ней горит. Ни в коем случае, никогда я больше ее не упущу.

Вскоре мы захотели поесть, тогда я подал знак нашим официантам. Они куда-то ушли и вернулись с подносами, заставленными едой. Нам на выбор было предоставлено… а хотя, какая разница?

Когда солнце село и стало темнеть, мои помощники зажги все свечи. Это была фантастика! Горящие свечи вокруг нас и сотни светящих звезд над нашими головами, волны, плещущиеся неподалеку…

Вскоре Алекс, обойдя Алису сзади, дал мне знать, что все готово и пора приступать к следующему этапу. Он ушел, и я, как договаривались, выждав десять минут, предложил Алисе пройтись.

– Еще один сюрприз? – она подозрительно сузила глаза.


 

Несмотря на ее теплые слова, она держалась слегка холодно и на дистанции. Я не вправе ее винить, обман и обманутые надежды, в купе с разбитым, если я не преувеличиваю, сердцем, нелегко простить.

Мы подошли к берегу, где Алекс, сидя на корточках, с чем-то возился. Подойдя чуть ближе, я увидел, как он вставлял маленькие свечи в пенопласт. По очереди зажигая каждую из них, Алекс бегал по берегу, пуская свою конструкцию в свободное плавание. Несколько минут спустя все видимое пространство, вся гладь воды светилась. Маленькие оранжевые огоньки внизу, белые на небе, полная луна и шум реки сделали то, ради чего были созданы – девушка растаяла.

– Признаю, Котя, это красиво… – пораженно сказала она. Алекс заулыбался. Он был доволен результатами своих трудов.

Настал момент последней, самой главной, части сегодняшнего вечера.

Все или ничего.

– Алиса, – я взял ее за руку и посмотрел в глаза. – Я так сильно хочу тебя, твоего внимания, твоей любви, что у меня внутри все трясется. У меня ничего и никого другого больше нет. Только ты. Рядом с тобой мир становится другим, более детальным, ярким. Когда ты рядом, кажется, что нет ничего невозможного, просто надо протянуть руку и взять то, что хочется и сделать то, что надо. Я люблю тебя и не хочу больше терять. Никогда и ни за что.

Она смотрела на меня. Даже в такую темень я мог разглядеть… Не знаю, что я мог разглядеть. Все было непонятно. Мне могло и показаться.

Алекс рядом всхлипывал.

– Шеф, если она вас отвергнет, то знайте, я целиком и полностью ваш!

– Что ты несешь?! – разозлился я. Своими выходками он мог все испортить.

Алиса рассмеялась. Обняв меня, она сказала ему:

– Извини, Алекс, но он только мой и ничей больше, – она поцеловала меня.


 

Одного этого момента стоили долгие уговоры, куча сообщений, неделя планировки и труда. Все старания окупил один единственный поцелуй Алисы, и я ни о чем не жалею. О большем и мечтать не смею.

– Алекс, неделю выходных, – прошептал я ему, когда мы шли обратно к столу.

– О, шеф, вы слишком добры, – блаженно заулыбался он. – Но очень справедливы.

«Этот парень мне никогда не разонравится», – подумал я.

Вернувшись, мы уже все вместе сели за стол и разговорились. Когда стало прохладней, Алекс с Алиной принесли нам теплые пледы. Уже совсем глухой ночью мы стали собираться. Убрав все в машину, Алиса вдруг вспомнила о свечах, что остались в реке и на берегу.

– Мы обо всем договорились, – сказал Алекс, закрывая багажник. – За нами утром все уберут.

– Неужели вы все продумали?!

– Конечно! Если бы мы где-то облажались, то Дмитрий Степанович нас бы… – он осекся, заметив, как я на него смотрю. – Что-то мне совсем холодно стало. Подожду-ка лучше я вас в машине, ребятки.

Алекс развез нас всех по домам. Вначале Алину, потом Алису, а затем и меня. По пути Алиса уснула, крепко держась за мою руку, опустив голову мне на плечо.

Нашелся бы сейчас человек счастливее меня?

 

 


 

 

Быстро летит время. Не заметил, как пронеслись эти недели.


25 октября


Все было идеально. Все было как раньше и даже лучше. Одним словом – мы наслаждались друг другом без каких–либо ограничений, рамок или условностей. Я полностью всего себя отдавал ей. Надеюсь, она поступала также.


 

Но было одно «но»: Алиса оказалась жутко ревнивой. Иногда мне казалось, что у нее паранойя. Первое время все было нормально и мне даже нравилось, когда она звонила, если я долго задерживался на работе. Мне льстила мысль, что от меня в некотором роде кто-то зависит, что я кому-то нужен, и кто- то ждет. Но потом… Вопросы, подозрения и даже маленький шпионаж. Все продолжалось до тех пор, пока мы однажды не поговорили об этом.

– Скажи честно, у тебя кроме меня никого нет? – тихо спросила она как-то вечером.

Я находился у нее дома, мы лежали на диване и смотрели фильм.

– Опять ты про это? С чего ты это взяла на этот раз?

– Я звонила тебе на работу и мне сказали, что тебя там нет, хотя ты писал мне, что задержишься в офисе.

– Все правильно. Я был в офисе, работал с бумагами.

–Но твоя помощница сказала… – начала она приводить доказательства, но я прервал ее на полуслове.

– Я сказал своей помощнице, что меня ни для кого нет. Если я буду отвлекаться из-за каждого звонка, работу никогда не закончу вовремя, – попытался я ей объяснить.

– Честно? – спросила она, привстав и заглянув мне в глаза.

– Послушай меня сейчас внимательно, Алиса.

Я скажу один- единственный раз, и надеюсь, с этим вопросом мы покончим. Хорошо? – я пристально посмотрел на нее.

Она кивнула.

– Однажды я уже обманул тебя и впоследствии долго и сильно жалел об этом. Больше такого не повторится. Я не хочу устраивать этот цирк с смсками, звонками и тайными встречами. У меня не хватит на это терпения и, в конце концов, из-за моей рассеянности, я где-нибудь облажаюсь. Вообще не вижу смысла изменять. Зачем? Строго говоря, все одинаковые в плане секса. Нет, конечно, может кто-то и умеет лучше тебя некоторые вещи, но не


 

факт, что мне это понравится. Если даже я решусь на измену, меня потом будет мучить совесть, и из-за чувства вины я не смогу нормально на тебя смотреть. Нет, такое «счастье» мне не нужно. Да и я с тобой не ради плотских утех, ты мне нравишься, как женщина. Такой, как ты, я не видел, так что и променять тебя на кого-то не соглашусь.

Она улыбнулась и кинулась целовать меня.

После этого разговора Алиса несколько успокоилась, но ненадолго. Все возобновилось спустя три-четыре дня.

 

1 ноября

Я заехал к Алисе с документами, которые относил в офис. Среди них был и мой паспорт.

– О, как раз узнаю, правда ли твоя фамилия Котик. А то вдруг ты меня дуришь? – Алиса выхватила паспорт и убежала к себе в спальню.

Смеялась так, будто урвала куш, за которым гнались десятки людей, а она единственная преуспела. Злорадно, радостно, шумно. В этом вся Алиса.

Пока она изучала мой главный документ, я спокойно наливал себе чай.

Похитительница вернулась серьезной и нахмуренной.

– Что омрачило твои дни?

– Ты был женат?

«Штамп», – будто молнией поразила меня мысль.

– Был такой период в моей жизни, – я взял кружку и сел за стол.

– Когда ты успел? – она села напротив, отдавая мне паспорт.

–По-молодости. Это было очень давно. Глупый был, горячий.

– Когда?

– В девятнадцать лет.

– Ну и ну. А сколько же вы были с девушкой?

– В отношениях год. В браке около пяти лет.


 

– Год? Так мало?!

– Говорю же. В том возрасте мало пользовался головой. В основном гормоны, страсть, желание и все такое.

– Но, почему так рано? Я этого не могу понять. Можно же было подождать.

И, правда, чего мне не сиделось на месте? Куда решил рвануть раньше времени? Зачем бежал сломя голову в ЗАГС? Ответы на эти вопросы давно уже найдены. Ко всему прочему, возможностей подумать было предостаточно.

– Встретив ее, я без памяти влюбился. Она была моей первой серьезной увлеченностью, – со стороны у меня, наверное, был мечтательный вид. – Я старался преподносить ей сюрпризы каждый день, делать что-нибудь оригинальное. Как только я ее ни удивлял. Большие букеты цветов и куча коробок с конфетами уже становились обыденностью. Когда фантазия подошла к концу, я решился на самый сумасшедший поступок, который только мог придумать – я сделал ей предложение. Но, как ты могла догадаться, мы не жили вместе долго и счастливо. Вот и вся история.

Алиса долго молчала, а потом, к моему изумлению выпалила:

– Чего я еще не знаю? Может, у тебя еще дети есть?

– Раз ты заговорила об этом… да, есть.

– Что?! – Алиса медленно привставала со стула, намереваясь устроить мне взбучку.

– Дочка. Николь зовут.

Алиса замерла. На ее лице застыло что-то непонятное. Среднее между возмущением и умилением.

– Сколько ей?

– Сейчас почти семь.

– И вы с ней…


 

– Нет, не видимся, – покачал я головой. – Алис, давай отложим эту тему. Она мне не очень приятна.

– Да, конечно, извини.

Алиса обошла стол и принялась меня обнимать. Мило, конечно, но в этом я не нуждался.

– Алис, если ты разнежничалась из-за моего неудачного брака, то не стоит, все в порядке.

– Не хочешь, не надо! – она вышла из кухни. Что за женщина?

 

10 ноября Сегодня день рождения Алисы. Она пригласила меня на праздник, сказав: «Это будет отличным поводом познакомить тебя с моими родителями. Отказ, кстати, не принимается, так что будь добр, не заставляй

меня краснеть за тебя!»

Не совсем понимаю, что она подразумевала под последним, но я подготовился, как следует. Надел свой лучший костюм, купил роскошный букет цветов, бутылку шампанского и даже постарался подготовить речь.

Приехав по адресу, а как оказалось, они жили в большом, красивом загородном доме, я постучал в дверь. Я жутко нервничал. Мне в голову лезли глупые сцены из фильма «Знакомство с родителями». Раньше мне было смешно, а сейчас как-то не очень. А вдруг я им не понравлюсь? А если все пойдет не так? Что если они не одобрят выбор Алисы? Не хочу стать причиной споров и ссор.

«Успокойся, парень!» – говорил я сам себе. – «Тебе приходилось выступать перед целой аудиторией до жути жадных инвесторов, договариваться о крупных сделках в заведомо проигрышных ситуациях.


 

Неужели это может быть сложнее?» Да, намного. Хотя бы потому что, те выступления далеко позади, а знакомство только предстоит.

И вот дверь открылась. Меня встретила Алиса. Она жестом пригласила меня войти. Когда я переступил порог, в коридоре показались двое – мужчина и женщина. «Ее родители» – сразу догадался я.

Отец, коренастый мужчина со слегка выпирающим животом и заметной сединой в густой шевелюре, приветливо улыбался. Мама Алисы выглядела строго, но взгляд ее больших, зеленых глаз выдавал добродушную натуру.

Заметные морщины в уголках глаз подсказывали, что она любит посмеяться. Темно-каштановые волосы, подстриженные под каре, подчеркивали красивый овал лица – такой же, как у Алисы. Идеально прямая осанка, скрещенные руки, элегантное платье. «Вот как Алиса будет выглядеть» – подумал я, глядя на ее мать.

За исключением глаз, Алиса была как две капли воды похожа на свою маму. Глаза ей достались от отца.

– Знакомься, – Алиса встала возле родителей. – Это мой любимый папа Михаил Геннадьевич, – она поцеловала в щеку отца и перешла к матери, – а это моя мамуля Жанна Юрьевна. И, наконец, – Алиса встала возле меня, – мама, папа, этот приятный молодой человек, стоящий перед вами, Дима.

Михаил Геннадьевич и Жанна Юрьевна мне тепло и добродушно улыбнулись.

– Алиса, возьми у нашего гостя цветы, ему и так, наверное, неудобно, – сказала Жанна Юрьевна.

– О, совсем про них забыла. Это же мне? Большое спасибо, – заулыбалась Алиса, протягивая руки.

– Ну, вообще-то нет, Алис, не тебе, – решительно отвел я букет за спину.

Улыбка умиления сменилась легкой растерянностью. Ее руки медленно опустились, она недовольно спросила:


 

– А кому тогда?

Я подошел к Жанне Юрьевна.

– Это вам.

С этими словами я преподнес букет Жанне Юрьевне, и, смотря на обоих родителей, я начал свою отрепетированную речь:

– Нет слов, которые могли бы выразить вам мою благодарность за вашу дочь. Спасибо. Спасибо, что воспитали такую чудесную, неповторимую девушку, что не жалели ни себя, ни времени, чтобы сделать из нее такую умницу. Неоценимы усилия, которые вы вложили в Алису, чтобы она стала такой замечательной, неотразимой женщиной. Таких, как она, мне никогда не доводилось встречать, и уверен, такой больше нигде нет. Рядом с ней я безумно счастлив, и счастлив только благодаря вам.

Жанна Юрьевна стояла со слезами на глазах, Алиса гордо улыбалась в сторонке, а Михаил Геннадьевич, потирая подбородок, спросил:

– Это ясно, моя жена молодец, даже я это признаю, ну, а для меня ты речь приготовил? Или, по-твоему, я не принимал участие в воспитании своей дочери?

Немного растерявшись от такого неожиданного вопроса, я все же нашел, что ответить:

– Эти слова предназначались вам обоим. Просто подарить вам цветы, Михаил Геннадьевич, было бы странно.

– Рад знакомству, – заулыбался он, крепко пожимая мне руку.

Обнимая свою жену, Михаил Геннадьевич, отступил в сторонку и сказал:

– Добро пожаловать в наш дом.

Возникшее напряжение сошло на нет. Все пока шло успешно. Родители были открыты и расположены к знакомству. Когда Михаил Геннадьевич жестом подал знак проходить в гостиную, Алиса подлетела к своей матери и быстро что-то прошептала. Мне удалось уловить лишь одно предложение:


 

– Я же говорила, что он классный!

Дальше ее слова перемешались со смехом. Но ответ Жанны Юрьевны, который меня сильно порадовал, я услышал четко:

– Да, мне он тоже понравился.

Гостиная оказалась большой и уютной. Я обратил внимание на множество семейных фотографий. Рамки со снимками разных лет украшали стену и стояли на высоком старинном комоде, казавшимся среди современной мебели дорогим гостем. А в роли «хозяина» здесь безусловно выступал обеденный стол, накрытый белоснежной льняной скатертью и сервированный посудой из голубого фарфора.

– Отличный у вас дом, – выразил я искреннее восхищение.

– Спасибо, самому нравится, – Михаил Геннадьевич с некоторой гордостью оглядел каждый сантиметр гостиной.

– Проект необычный для этих мест, я похожих домов здесь не видел. И воплощение отличное! Видно, что строил его настоящий мастер!

– Всем угодил, – улыбнулась Алиса и добавила шепотом: – Маме цветы, а папе комплимент!

– Так это все ваших рук дело? – удивился я.

– А то! – засмеялся Михаил Геннадьевич. – Все вот этими руками! Что же я за строитель, если бы для своей семьи дом не построил? Ты же помнишь, какие три вещи должен сделать каждый мужчина в своей жизни?!

– Да, – чуть робко ответил я.

Алиса засмеялась. Теперь понятно, в кого она пошла.

– Извините нас, Дима. Мой муж иногда любит прихвастнуть, – она осуждающе взглянула на своего супруга. – Но руки у него действительно золотые!

Михаил Юрьевич одарил жену счастливой улыбкой.

– А чего мы ждем? Алиса, приглашай гостя к столу! – засуетилась Жанна Юрьевна. – А я на кухню – посмотрю, как там индейка.


 

Ужин обещал быть впечатляющем. Когда хозяйка вернулась, все уселись за стол.

– Дима, Алиса нам немного о вас рассказывала, но лучше все услышать лично от вас, – заговорила Жанна Юрьевна.

– Что вы хотите узнать? – спросил я, глядя, как Алиса накладывает в мою тарелку щедрую порцию салата.

– О работе. В чем она заключается, чем занимаетесь, какая должность,

– ответил Михаил Геннадьевич, опередив жену.

Деваться было некуда, я рассказал им все, что их интересовало. Но вопросы продолжали сыпаться, а я давал все больше и больше информации, пока, наконец, родители Алисы не были полностью удовлетворены. По выражению лиц, думаю, они остались довольны.

– Так, отбросим вежливость и шуточки, перейдем к главному, – Михаил Геннадьевич внимательно посмотрел на меня. – На счет Алисы у тебя серьезные намерения? Или так, погулял и разбежались?!

– Папа! Миша! – в один голос закричали дамы.

– Самые, что ни на есть серьезные, – ответил я. – Иначе меня здесь не было бы.

– И ты намерен на ней в будущем жениться? – уточнил Михаил Геннадьевич, указывая в мою сторону ножом.

– Папа, немедленно прекрати! – потребовала Алиса.

– Нет, ну а что? Должен же я знать, кто он, и что из себя представляет,

– развел он руками.

Пока они спорили, я думал над его вопросом. А правда, готов ли я на этот шаг? Бесспорно, я люблю Алису, готов ради нее на все, но… смогу ли вновь попытаться, уже с ней, создать семью и стать ей мужем? Чтобы найти ответ, я посмотрел на Алису. Она, нахмурившись, смотрела на своего отца, но иногда, почти незаметно, мельком, с тревогой в глазах, посматривала в


 

мою сторону. Это было мило и смешно. Впрочем, как и все остальное, что связано с ней. От одного только вида этой девушки, у меня внутри все расцветало, несмотря на позднюю осень на улице. Сомневаюсь, что меня остановит даже то, что знаю я Алису всего пару месяцев, из которых треть мы были в ссоре.

– Да, женюсь, – твердо сказал я.

Алиса заморгала, Жанна Юрьевна облегченно вздохнула, а глава семейства заулыбался.

– Совсем другое дело, – хлопнув в ладоши, сказал он. – Ну, за такое неплохо было бы и выпить. Жанночка, принеси, пожалуйста, нашей чачи, которую нам прислали друзья из Баку.

Когда чача была в руках у Михаила Геннадьевича, он налил вначале себе в рюмку, а я успел прикрыть свою, сказав:

– Нет, спасибо, я не буду.

– Как это?

– Я не пью.

– Почему? Что с тобой случилось?

– Не люблю это дело.

Михаил Геннадьевич сел на свое место, спрятав бутылку под стол.

– Работящий, умный, непьющий. Какой правильный молодой человек,

– Михаил Геннадьевич посмотрел на свою дочь. – А тебе с ним скучно не бывает?

– Миша! – вновь возмутилась его супруга.

– Шучу я, шучу, – заулыбался он. – Молодец, родная. Одобряю.

Правильный выбор.

– Я знаю, – у Алисы заблестели глаза.

Ужин прошел шикарно. Все было очень вкусно. Если Алисе передалась хотя бы половина кулинарного таланта матери, то сытая и вкусная жизнь мне


 

обеспечена. Уже глубокой ночью, отвергнув уговоры остаться на ночь, я уехал домой.

Последняя преграда и неопределенность между мной и Алисой успешно преодолена – я понравился ее родителям.

 

15 ноября Впервые после развода, я привел к себе домой женщину. Алиса стала первой девушкой, которая побудила меня к нарушениям установленных мной непоколебимых правил. Я долго решался на этот шаг. Мое жилье – мое личное пространство, моя территория и посторонним тут не рады. Кто-то не любит оливки, кто-то терпеть не может клоунов, а я не переношу, когда

Предыдущая статья:Чужой дневник 7 страница Следующая статья:Чужой дневник 9 страница
page speed (0.067 sec, direct)