Всего на сайте:
236 тыс. 713 статей

Главная | Литература

Чужой дневник 4 страница  Просмотрен 16

И сегодня дождь лил как из ведра. Я решил не ждать водителя и воспользоваться общественным транспортом. Выйдя на нужной мне остановке, с трудом раскрыл зонт и услышал рядом громкий смех. Смеялись


 

подростки. Один из них пальцем показывал на девушку. Она стояла без зонта, съежившись от холода, в мокрой, прилипшей к телу и просвечивающейся майке, синих джинсах и черных балетках. Короткие черные волосы, едва касающиеся плеч, делали ее похожей на мокрого котенка. Наверное, она почувствовала мое пристальное внимание и посмотрела на меня. Наши взгляды пересеклись и, игнорируя сильную дрожь, ее губы растянулись в легкой улыбке. Светло-карие глаза, прямой нос, тонкие аккуратные губы и маленькая, едва заметная родинка чуть выше подбородка с левой стороны – меня бросило в жар, и я почувствовал, как краснею. Преодолев неожиданное смущение, я пригласил ее под свой зонт. Она с радостью нырнула ко мне.

– Большое спасибо.

– Извините, что сразу не сообразил. Слегка растерялся.

– Я думала, замерзну прежде, чем кто-то любезно возьмет меня под свое крылышко.

Она все время улыбалась, но все еще дрожала. Чтобы хоть как-то ей помочь, я снял пиджак и накинул ей на плечи. Девушка была сильно удивлена.

– Спасибо… большое…

До нас все еще доносился смех подростков. Я посмотрел в их сторону, придал лицу самое суровое выражение, на которое только был способен, и с взглядом, полным укора, сказал:

– Могли бы и помочь девушке!

В ответ я только услышал, кто я такой, куда мне стоит идти и как надолго. «Надо их проучить!» – как огонек вспыхнуло у меня в голове.

Только я двинулся в их сторону, как девушка иронично сказала:

– И вы уйдете к ним, оставляя меня мокнуть под дождем? Совсем одну? Эх, а я-то подумала, что нашла мужчину своей мечты…

Я повернулся к ней и увидел, что зонт больше ее не прикрывает.


 

– Простите. Подержите, пожалуйста, – попросил я ее, протягивая зонт. Схватив меня за локоть, она притянула меня к себе.

– Лучше постойте рядом со мной.

Кинув еще один злобный взгляд в сторону подростков, я выдохнул и попытался успокоиться.

– Уговорили, – сдался я.

– Вот и славно. Меня, кстати, Алиса зовут, – протянула она руку в знак приветствия.

– Дима, – представился я, поцеловав ее руку.

– Какой галантный молодой человек.

– Какая приятная молодая девушка.

– Ой, не будь я такой синей от холода, непременно покраснела бы,

– засмеялась она.

Она казалась веселой.

– Скажите, Алиса…

– Сразу стоп. Перейдем на «ты»?

– Как хочешь. Что ты тут делаешь под таким дождем и совсем одна?

– Как ты мог заметить, – она рукой обвела место, где мы стоим, – мы находимся на остановке, где обычно люди ждут маршруток. Я не исключение.

«Можно было и догадаться» – упрекнул я себя.

– А куда направляетесь? – спросил я, но поймав на себе ее взгляд полный усмешки, сразу поправился. – Направляешься.

– Домой, но судя по тому, что маршрутка не едет уже полчаса, придется идти пешком, – грустно сказала она.

– Ты ждешь уже полчаса? – изумился я. – Но зачем?

– Как обычно бывает? Жду, что через минуту случится чудо, и мне повезет: приедет моя маршрутка.

– Ясно, – сказал я.


 

«Глупо», – возникло в голове.

– А где, собственно, твой дом?

Она лишь махнула по правую от нас сторону со словами:

– Вон там.

– Осторожничаешь и не говоришь ничего конкретного? – улыбнулся я.

– Конечно. А ты думал, укрыл меня от дождя и все? Ты мой принц и я расскажу все, что хочешь знать?

Посмотрев на дорогу и убедившись, что никакой маршрутки нет, она разочарованно сказала:

– Видимо, не судьба мне уехать. Что ж, тогда пойду под дождем. Одна.

Промокну до нитки, хотя куда еще больше? Может, заболею и умру…

– Как-то совсем уныло.

– Да нет, – рассмеялась она. – Я шучу.

Поразмыслив немного, потом посмотрев на часы и на свою новую знакомую, я сказал:

– Так. Отпустить тебя без зонта я не могу, а это значит, что у меня два варианта. Первый – проводить тебя, но при этом мне удастся узнать, где ты живешь. Второй – отдать тебе мой зонт, но взять номер телефона, созвониться и встретиться, чтобы я смог забрать свое имущество.

– Есть еще и третий вариант, – предложила Алиса. – Я иду домой одна и без зонта, а ты идешь по своим делам.

– Но ты же заболеешь.

– Ничего, переживу как-нибудь.

– Неужели я такой страшный, что ты боишься меня? Даже не позволяешь помочь тебе…

Она так неожиданно рассмеялась, что даже немного напугала меня. От смеха, у нее на глазах выступили слезы.

– Что смешного? – ее реакция почему-то меня сильно задела.


 

– Нет, прости, абсолютно ничего смешного, – сказала она, вытирая остатки потекшей туши. Она казалась мне милой.

– Ладно, я согласна, но только на второй вариант, – наконец сдалась она. – Записывай мой номер.

Сохранив ее контактные данные в своем телефоне, я предупредил:

– Я вечером тебе позвоню.

– А вдруг я соврала на счет своего телефона, и вообще, это все было продумано, чтобы украсть твой зонтик, потому что я их коллекционирую?

– спросила она меня с легкой улыбкой.

– Тогда это самое глупое занятие из всех мне известных, – спокойно ответил я, протягивая ей свой зонт.

– Спасибо, – поблагодарила она, забирая его.

Замолчав на секунду и посмотрев мне прямо в глаза, Алиса поцеловала меня в щеку со словами:

– Не такой уж ты и страшный, – и после этого она умчалась, оставив меня мокнуть под дождем в полном замешательстве от внезапного поцелуя.

Спустя минуту я был уже весь мокрый. И как назло, дождь усиливался.

Пришлось бежать.

Уже ночью, я вспомнил о своей новой знакомой. Позвонить ей или нет? Впрочем, для звонка было уже поздно, и вся моя «защита», которую мне пришлось выстраивать в течение последних лет, ослабела. Ночь – мое самое слабое место. В это время я становлюсь мягким, чувствительным, сентиментальным. Маски, которые ношу днем, слетают, стены рушатся, ледяное сердце оттаивает. Это все потому, что в течение дня устаю поддерживать такое состояние, и когда наступает вечер, слабею, сильнее подвержен эмоциям и чужому влиянию. «Да ладно, ничего страшного не произойдет от одного звонка» – подсказывал мне внутренний голос, и я послушался его. Алиса долго не брала трубку.

Наконец, после моего второго звонка, я услышал ее сонный голос.


 

– Да?

– Алиса?

– Ага… – вяло пробормотала она.

– Это Дима, – напомнил я.

– Какой Дима?

– Тот, который отдал тебе свой зонт сегодня на остановке.

– А, Дима. Привет…

У нее был очень приятный, даже немного детский голос, несмотря на то, что мы разговаривали по телефону. Сонливость придавала сладость ее голосу. Мне это сразу понравилось.

– Привет. Надеюсь, я тебя не потревожил?

– Нет, что ты. Я же всего лишь спала! – с недовольством ответила она.

– Прости. Не знал, что ты так рано ложишься спать, – пытался я оправдаться.

– Ерунда. Так что ты хотел?

– Как что? Помнишь, мы договаривались, что я тебе позвоню, и мы встретимся?

– Ах да, припоминаю…

– Правда?

– Нет, – рассмеялась она.

Такого искреннего смеха прежде никогда не доводилось слышать. Он был настолько заразителен, что я сам заулыбался.

Давай встретимся завтра? Не занята?

Судя по оживившемуся голосу и тому, как она быстро отвечала, можно было подумать, что Алиса окончательно проснулась.

– Извини, завтра никак не могу. Я должна помочь родителям. Давай лучше послезавтра?

– В таком случае, я завтра тебе еще раз позвоню, чтобы точно назначить место, где и во сколько мы встретимся.


 

– Хорошо.

– Тогда до встречи?

– До скорого.

«Ну, вот видишь, ничего ужасного ведь не произошло?» Правда, ничего не случилось. Даже несмотря на мое состояние, я ничего не почувствовал, и это было хорошо.

 

21 мая

Сегодня у меня выходной, я целый день провел с Марией. Мы ходили по магазинам, в кино и кафе. Я даже соскучился и рад был ее увидеть. Она купила себе платье, туфли и новый комплект нижнего белья. Я подобрал себе новую рубашку и галстук. Затем мы пошли в ресторан ее дяди и, вкусно поужинав, поехали к ней.

Я ушел от Мари далеко за полночь. Она уже не обижалась, что я никогда не остаюсь ночевать. А выйдя от Мари, я вдруг вспомнил о завтрашней встрече с Алисой. Точнее о том, что обещал ей позвонить.

Я быстро набрал ее номер в надежде, что она еще не спит. Но, увы, мне пришлось достаточно долго пождать, пока она ответила на звонок.

– Ты издеваешься надо мной?! – сонно спросила она.

– Только не говори, что я тебя опять разбудил…

– Разбудил? Нет, что ты. Я обожаю делать себе эпиляцию в половину второго! Мне же не спится по ночам, как нормальным людям!

– Это сейчас был сарказм?

– А как ты думаешь, Димочка?

– Извини. Просто вспомнил, что мы не обговорили детали встречи, вот сразу и позвонил тебе.

– А утром это нельзя было сделать?!

– Так. Я уже извинялся и больше этого делать не стану.


 

– Ох, какие мы гордые! – язвительно сказала Алиса. – Ладно. Ты, как мужчина, предлагай, а я, как слабая и покорная женщина, подчинюсь и подстроюсь под тебя.

– Как смешно. Завтра, в шесть вечера, на главной площади, возле театра.

– Хорошо, а теперь ты позволишь мне немного поспать? С мешками под глазами я не такая красивая, как в обычные дни.

– Спокойной ночи.

– Пока-пока.

Я быстро сбросил вызов. Вроде только познакомились, а уже вызывает раздражение!

 

22 мая Воскресенье. Ненавижу. Самый бессмысленный, пустой, абсолютно никчемный день на всей неделе. Просыпаешься ближе к обеду, слоняешься полдня, осознавая, что у тебя есть дела, но каждый раз откладываешь их до

критического момента.

При слове «воскресенье» у меня сразу перед глазами встает картина: небо, затянутое серыми облаками, сильный ветер, заставляющий людей мерзнуть и обычно дождь. Уныло. Еще и сосед, который постоянно что-то сверлит, забивает или занимается еще каким-то ремонтом, вызывает неприятный шум. Поэтому я обычно предпочитаю работать в этот день, но сегодня сделал исключение – мне предстоит встреча с Алисой. Кажется, что ничего сверхъестественного, таких встреч были десятки, к тому же, я только заберу свой зонт и все, но… Почему-то меня охватывало невероятное возбуждение. Я не знал, за что хвататься, начиная одно дело, бросал его на половине и брался за другое. При этом периодически смотрел на часы.

Это меня тревожило. Такое поведение было для меня нехарактерно. В последний раз я так волновался перед свиданием в восемнадцать лет.


 

– Возьми себя в руки, – приказал я мысленно. – Что ты как маленький?! Немного расслабившись, я начал постепенно готовиться к встрече:

погладил рубашку и брюки, почистил обувь, сходил в душ.

Пришел я на двадцать минут раньше назначенного времени. Пока ждал Алису, по привычке наблюдал за окружающими меня людьми: старики и дети, мужчины и женщины. Все они были разными, по-своему уникальными. Мне на глаза попалась беременная женщина, идущая вместе со своим мужем. Как узнал? Одинаковые обручальные кольца на пальцах. Меня охватило чувство ностальгии.

– Привет!

От резкого голоса за моей спиной я испуганно отпрыгнул в сторону.

Оглянувшись, увидел согнувшуюся от смеха Алису. Она, подкравшись, напугала меня. Со стороны это, наверное, было жалкое зрелище.

– Из… извини не… не смогла у-удержаться, – кое-как проговорила Алиса, продолжая смеяться.

Я был очень зол на нее и прощать не собирался. Некрасиво подходить сзади и пугать задумавшегося человека. На самом деле плевать я хотел, что красиво, а что нет. Просто теперь чувствовал себя уязвленным и сильно обиженным. Было стыдно чуть ли не до слез.

– Ну не обижайся, что ты как маленький? – все еще красная от смеха говорила Алиса.

– Я не обижаюсь! – огрызнулся я.

Я уже немного успокаивался, но мое ущемленное самолюбие все еще давало о себе знать.

– Вот. Спасибо, этот зонт спас мне жизнь.

Она протянула его мне, заботливо сложенный и высушенный.

– А пиджак?

– А насчет пиджака… я забыла его дома. Извини.

– Спасибо, – сказал я, забирая свой зонтик.


 

– А ты чего благодаришь? Это же твой зонт, и я его тебе возвращаю.

– Мне не трудно сказать «спасибо».

– Любишь делать людям приятное? – с усмешкой спросила она.

– Да, в отличие от некоторых, но не всем.

– Ой, да ладно тебе! И кстати, это была моя месть за две бессонные ночи, молодой человек! – ткнула она меня в грудь, добавляя силу в свои слова.

– Мы в расчёте.

– Вот и прекрасно.

Повисло угнетающее, неловкое молчание. Видимо, она ждала, что я предложу что-нибудь интересное.

– Прогуляемся? – неуверенно предложил я.

«Прогуляемся? Серьезно?!» – возмущался я внутри себя.

– Да, почему бы и нет, – на удивление согласилась она.

Так, согласие было получено, а теперь надо было придумать, о чем говорить, потому что хуже молчания, может быть только молчание во время прогулки. «Давай, придумывай быстрее тему для разговора!» – паниковал я.

– Расскажи о себе, – выпалил я первый вопрос, пришедший мне в голову.

– Что ты хочешь знать?

– Все, что посчитаешь нужным.

– Как по мне, так все нужно. Так что конкретнее.

– Семья. Расскажи мне про свою семью.

– А почему сразу семья? – растерялась Алиса.

– Зная, в какой семье ты росла, я смогу лучше тебя понять. Она, нахмурившись, молчала.

– Какая очевидная мысль. Ну, хорошо, – наконец сказала Алиса.

– Братьев и сестер у меня нет. Хотя я была бы не против младшей сестренки! Но, увы… Мама – преподаватель музыки, но после моего рождения она ушла


 

с работы, чтобы полностью посвятить себя моему воспитанию. Папа

– строитель. Из-за того, что я была поздним ребенком, меня баловали и никогда не наказывали за мои шалости.

– Значит, ты избалованная? – спросил я с нарастающим разочарованием.

– Нет! – резко возразила Алиса. – Денег нам практически никогда не хватало. Мы вечно жили в съемных квартирах, долгах и ограничениях. Я никогда ничего не просила себе купить, наоборот, от всего отказывалась. Папа и мама любили меня, и этого всегда было достаточно.

Нет. Только не это… У меня слабость к людям, которым пришлось тяжело в детстве. Они всегда казались для меня более привлекательными на фоне остальных. Всегда просыпается желание помочь этому человеку, согреть, защитить. Наверное, это во мне чувство солидарности просыпается.

– Я понимаю тебя… – сказал я.

– Да ладно? У тебя так же было? – спросила она, с недоверием глядя на меня.

– Не совсем так, но близко, – я попытался увильнуть от ответа.

– А как же тогда?

Я не хотел раскрывать перед ней свою душу. С Марией все было по- другому. Она была моей женщиной, а Алиса – чужой для меня человек. Но ведь Алиса рассказала мне свою историю, и было бы нечестно умолчать о моей.

– Я сирота, – коротко сказал я.

– У тебя умерли родители?

– Нет. Они меня бросили еще в детстве.

– Значит, ты воспитывался…?

– В детском доме. Да.

– Мне жаль, – тихо сказала она, но так, чтобы я слышал это.


 

Впервые в жизни я услышал честное, наполненное чувствами «мне жаль». В ответ я мог только улыбнуться, потому что не знал, что ответить на

«мне жаль». Сомневаюсь, что достойный ответ вообще существует.

Мы уже подходили к улице, которая была напичкана кафешками. Выбрав первое попавшееся, я жестом указал Алисе на него, и она кивнула в знак согласия.

– Ты сейчас учишься? Работаешь? – спросил я, открывая перед ней дверь.

– Работаю.

Мы зашли в небольшое, уютное, ярко освещенное помещение, заполненное ароматом кофе. Слева стояло четыре стола со стульями, справа

– длинные стеклянные столы с широкими белыми диванами. Напротив входа красовался большой стеллаж с огромным количеством книг.

– Что ты будешь? – спросил я Алису.

– Капучино. А ты?

– Думаю, я хочу горячий шоколад.

Сделав заказ и усевшись друг напротив друга, мы разговорились.

– А кем ты работаешь? – перешел я сразу к вопросам.

– Я воспитательница в детском садике.

– Детей любишь? – улыбаясь, поинтересовался я.

– Я их обожаю. Они такие хорошенькие, – мечтательно произнесла она.

– Даже орущие, плачущие и неуправляемые тебя умиляют?

– С любым, даже с самым испорченным ребенком можно договориться.

Главное, найти к нему подход.

– И что дальше? После того, как найдешь подход?

– Дать им то, в чем они нуждаются больше всего, – развела она руками.

– Раскроешь секрет, или это профессиональная тайна?

– Любовь и доброту.


 

– И все? Как банально, – усмехнулся я, но сразу замолчал, как только увидел ее недовольный вид. – Думаешь, этого действительно хватит? Спорить не буду, это важно, но сомневаюсь, что можно ограничиться только этим.

– Уже третий год работаю в садике, и этого пока хватало, – чуть холодно ответила она.

– Наверное, ты хороший воспитатель, – попытался я смягчить удар.

– Наверное, – наконец, улыбнулась она.

– Ваш заказ готов, – доброжелательно оповестила нас девушка. Алиса хотела встать, но я остановил ее.

– А ты чем занимаешься? – спросила она, когда я протягивал ей кружку с капучино.

– Работаю в одной компании.

– Какой?

– Крупной, – отговаривался я, стараясь не уточнять.

– И это ты меня еще обвиняешь, что я секретничаю? – рассмеялась Алиса.

– Ну ладно, это одна из крупнейших архитектурных компаний в России, и я работаю в одном из ее филиалов, который находится в этом чудном городке.

– А кем ты работаешь?

– Ну… – я думал, сказать ли ей правду или нет. Все-таки решившись на это, быстро проговорил. – Главным архитектором.

– Ого. Такой молодой, а уже занимаешь такой важный пост?

– Не такой уж и молодой, – усмехнулся я.

– Тебе на вид двадцать пять – двадцать шесть.

– Почти угадала. Мне двадцать восемь, – поправил я ее.

– А тебе?

– Разве ты не знаешь, что невежливо спрашивать возраст у девушек?

– Это правило не распространяется на таких молодых, как ты.

– Ну, допустим, – согласилась она. – Твое предположение?


 

– Я бы сказал, около двадцати четырех. Плюс-минус год.

– Мне двадцать три, – призналась Алиса.

Мне нравилось общаться с Алисой. С ней было легко, и не надо было думать, что сказать. Слова сами приходили в голову.

В этот момент зазвонил мой телефон. Достав его, я увидел надпись

«Мари». Стоит ли брать? Я взглянул на Алису. Она дула на свой напиток, пытаясь немного его остудить.

Я ответил на звонок.

– Да. Привет. Нет, не совсем. Да, конечно смогу. Хорошо, до встречи.

Я старался прижать телефон как можно плотнее к уху, чтобы Алиса не услышала женский голос.

– Я тебя задерживаю? – спросила Алиса.

– Нет-нет, что ты. Это с работы. Ничего важного, – соврал я.

Почему я обманул? Я же ведь мог честно и без стеснения сказать ей, что уже связан отношениями с другой женщиной, и у нас с ней все отлично. Алиса для меня никто, мне безразлично ее мнение. Но, наверное, я просто не хочу, чтобы она узнала о Мари. Эту часть своей жизни мне лучше скрыть.

Теперь мы молча смотрели друг на друга. Нет, меня это не смущало, просто не хотел показаться ей скучным человеком, с которым не о чем поговорить. Поэтому мой мозг лихорадочно искал идею, за которую можно ухватиться и использовать в разговоре.

– Что ты предпочитаешь из фильмов? – выдал я первую разумную


идею.


 

 

– Уже в кино меня хочешь пригласить? – игриво спросила Алиса.

– Почему бы и нет.

– Ну, тогда я просто обязана ответить. Мне по душе в основном


комедии. Обожаю их.

– Комедии значит…


 

– Ты это сказал таким тоном, словно этот жанр ты терпеть не можешь,

– с обидой сказала Алиса.

– Ну, если честно, так и есть, – признался я. – Не вижу в них ничего интересного.

– А как же поднять настроение? Развеять тоску, когда грустно?

– Может, раньше и были такие фильмы, но не сейчас. Нынешние комедии могут вызвать разве что улыбку.

– А что же тогда любит такой привереда, как ты?!

– Мне нравятся мелодрамы, мюзиклы.

– Мелодрамы? – Алиса рассмеялась, от чего я слегка смутился. – Это же девчачьи фильмы!

– Да какая разница? – возмутился я. – Мне нравятся такие фильмы из– за того, что они могут вызвать хоть какие-то чувства, и неважно какие, будь то стыд или горе. Остальным жанрам это не дано. Комедии несмешные, триллеры прямолинейные и предсказуемые, боевики однотипные. А мужские это фильмы или женские для меня не имеет никакого значения.

Обдумывая сказанные мной слова, Алиса спросила:

– А ужасы? Что ты про них скажешь?

– Не люблю ужасы.

– Почему? Они нынче не такие страшные? – передразнила она меня.

– Наоборот. Они слишком страшные. Особенно те, которые связаны с призраками. После них я не могу нормально уснуть.

Было заметно, что Алисе интересно мое общество. Улыбка не сходила с ее лица, обнажая ее белоснежные ровные зубы.

– Странный ты, – заключила она после долгого оценивающего взгляда.

– Это почему?

– Тебе нравятся драмы, ты не любишь боевики и боишься смотреть ужасы.

– Да, все именно так, – подтвердил я. – Но что тут странного?


 

– Мужчины, которых я встречала, ненавидят эти сопливые фильмы и обожают, где один солдат убивает всю армию врага одним ножом и короткой веревкой.

– Значит, я особенный.

– Вот я и говорю, странный ты.

Она хотела сказать мне еще что-то, но ее остановил звонок телефона.

На этот раз звонили ей.

– Извини, – быстро сказала она, отвечая на звонок. – Алло. Да, привет мам.

Нет, я в городе. Да, без проблем. Договорились, через двадцать минут буду.

Когда она сказала «через двадцать минут буду» я ощутил облегчение. Вместо того, чтобы спешить на встречу с Марией, я сидел с Алисой в кафе, а как уйти не знал. К тому же, будет меньше возможности показаться занудным. Не знаю почему, но последнее для меня было куда важнее.

Закончив разговор, Алиса виновато посмотрела на меня.

– Что? – улыбнулся я.

– Прости, но мне надо срочно убегать, – ответила она.

– Что-то важное?

– Маме надо помочь с одним делом.

– Все так же никаких конкретных деталей?

– То, что я пошла с тобой выпить горячий шоколад, еще не значит, что я тебе доверяю, парень, – подмигнула она мне.

Развернувшись, она хотела уже уходить, но неожиданно остановилась, и повернулась обратно ко мне:

– Ах да, твой пиджак, – и чуть помедлив, сказала. – В общем, я тебе позвоню.

– Да ну? – рассмеялся я. – Ты что, серьезно?

– Конечно. А то опять разбудишь меня.

Показав мне язык, она ушла, ни разу не обернувшись. Ей-богу, ребенок.


 

***

«Девушки – это прекрасно, но все-таки надо найти информацию о компании», – детектив решил не терять время на любовные приключения архитектора и на всякий случай прощупать почву. Оснований для каких-то определенных выводов пока нет.

Но интуиция подсказывает, что такой человек, как Дмитрий, мог нажить себе неприятности.

Так чем же дышит эта самая компания? Детектив знает только одного человека, который может с этим помочь.

– Ало, Шамиль Исмаилович, добрый день.

– Привет дорогой. Как ты?

– Спасибо, все хорошо. А вот если поможете мне, то будет вообще прекрасно.

– Отчего же не помочь хорошему человеку? Подъезжай ко мне.

Обсудим твою проблему.

Через двадцать минут Никита припарковал машину возле полицейского участка, в котором когда-то работал. Шамиль Исмаилович, майор, высокий, круглолицый мужчина, вышел ему на встречу. Его крепкое рукопожатие, как и всегда, задействовало все суставы и затронуло все кости детектива.

– Идем, расскажешь, какая беда тебе не дает покоя.

Пока они поднимались в кабинет майора, Никита в двух словах успел рассказать о пропавшем архитекторе.

– По-дружески скажу. Бросай ты это дело. Не нужно оно тебе.

Шамиль Исмаилович отвечает серьезно и вид у него обеспокоенный.

Подобная реакция только интригует.

– Вы знаете что-то интересное?

Прежде чем ответить, майор долго смотрит на своего компаньона.

Тяжело вздохнув, он все же начинает говорить.


 

– Мы давно приглядываем за ними. Их появление началось с замены уважаемых людей в администрации города и продолжилось увольнением некоторых из нас, которые искали о них информацию. Сняли даже Соколовского – начальника городского управления МВД. Слышал о таком? Упертый был и громко говорил, что думает.

– Серьезные ребята... Нутром чувствую, что этот архитектор где-то перешел им дорогу…

– Вот и я говорю. Не связывайся с этим. Откажись. Ты молодой, еще много работы будет.

– Да ладно. Я – человек для них маленький, авось не заметят!

Усмешку детектива быстро гасит суровое выражение лица полицейского.

– Эта компания с международными интересами. Просто так они не возникают. У них большие связи с большими людьми. Там крутится очень, очень много денег. Я с правнуками столько не заработаю, а у нас, Алиевых, всегда полон дом детей.

– Ладно, ладно… Напугали меня своими страшилками. Я учту ваше мнение.

– Надеюсь, это будет правильное решение. Не навлеки беду на свою светлую голову.

– Не сомневайтесь. Спасибо за предупреждение.

Закрыв за собой дверь кабинета, детектив поспешил выйти из здания. Вот оно, преимущество частного сыска – слова майора для Никиты теперь лишь дружеское предупреждение, не более. А когда-то даже его намек должен быть воспринят как приказ. И если Шамиль Исмаилович думал отпугнуть его от расследования, то сделал все в точности наоборот. Интерес только разжегся.

Никита Сергеевич сел в машину и взял дневник в руки.

***


 

1 июня Мы с Алексом сидели в офисе, каждый уткнувшись в свой монитор. Алина вошла молча, прошла к своему столу, не ответив на наше приветствие.

– Что это с тобой? – поинтересовался я.

– Ничего, – буркнула Алина.

Почувствовав грубость в ее голосе, я вполне с очевидным вопросом в глазах развернулся к Алексу.

– Лето, – пожал он плечами.

– И что? – все еще не понимая, спросил я у него.

– Могу я рассказать? – обратился Алекс к Алине.

– Делай, что хочешь, – безучастно сказала Алина, глядя в сторону.

Я переводил взгляд с Алекса на Алину и обратно, ожидая интересного рассказа.

Алекс оказался неожиданно красноречив:

– Человечество знает множество историй о неразделенной любви между мужчиной и женщиной. Наша Алина стала достойной преемницей этой замечательной традиции: страдать по человеку, которому на тебя плевать, – он подмигнул ей, на что она закатила глаза, покачав головой. – История Алины начинается еще со школьной скамьи. В то время ее девичье сердце пленил один красавчик. Голубоглазый шатен с ямочками на щеках из параллельного класса показался ей неотразимым, и она влюбилась в него как кошка.

Алина недовольно посмотрела на своего друга.

– Ты сильно утрируешь, – сказала она.

– Алина, не мешай, – попросил я.

– Так вот, – продолжил Алекс. – Спустя время у голубков вспыхнул яркий, страстный роман, который, между прочим, обсуждала вся школа. Тогда Алина еще умела веселиться, а главное улыбалась! Девушка проводила у парня все время, они делились тайнами и доверяли друг другу сокровенное. Ах, какая красивая пара была! Но настали тяжелые времена, а именно, выпускные


 

экзамены. Они поступили в разные вузы, значит, надо было прощаться. Он улетел в Питер, а Алина осталась тут. Казалось все, любовь прошла, они найдут себе новые объекты вожделения и благополучно забудут друг о друге, но не тут-то было. Поблагодарив Бога за современные технологии, Алина начала периодически общаться с ним в социальных сетях и скайпе.

Вдруг остановившись, Алекс отвлекся на свой телефон. Улыбнувшись, он продолжил:

– Спустя время, парень вроде остыл. Понял, что так продолжаться не может, пора взрослеть и разбегаться, но в девушке все еще жила надежда, что любовь преодолеет все: расстояние, ссоры, ревность. К сожалению, а может и к счастью, эта история пришла к своему логическому завершению. Алина пыталась найти себе нового парня для серьезных или не очень отношений, а ее прежняя любовь… Ну о нем мне ничего не известно.

Алекс замолчал. Ожидая, что он продолжит, я терпеливо смотрел на


него.


 

 

– Что? – удивленно спросил он у меня.

– Ну, и что дальше? Почему она сейчас грустная? – спросил я, кивая в


сторону Алины.

– Ах да, – опомнился Алекс, – к чему я это всё. В общем, у того молодого человека здесь остались родители, да и вообще, человек он сентиментальный, поэтому каждое лето парень приезжает сюда навестить их и своих друзей. Алина здесь, он здесь. Понимаете, к чему я веду?

Предыдущая статья:Чужой дневник 3 страница Следующая статья:Чужой дневник 5 страница
page speed (0.08 sec, direct)