Всего на сайте:
282 тыс. 988 статей

Главная | Педагогика

ВОСПИТАНИЕ ДОЧЕРИ 7 страница  Просмотрен 69

«Мешать овсянку» — работа непривлекательная, она не может ни увлечь, ни взволновать. Но она символизирует союз, порожденный любовью. Она является отражением готовности разделить зау­рядность человеческой жизни, найти смысл в про­стом, неромантичном занятии: заработать на жизнь, уложиться в бюджет, вынести мусор, на­кормить дитя посреди ночи.

Роберт Джонсон «Мы»

Нам больше не надо жить целым племенем, чтобы вы­жить. Современные женщины и мужчины вступают в брак и создают семью просто из желания быть вместе, принадле­жать друг другу, быть частью чего-то большего. Нас объединя­ет отважное желание научиться по-новому относиться друг к другу, научиться «мешать овсянку».

Я просто потрясена тем, как всё изменилось у нас дома после того, как муж однажды пришёл и рассказал о «восприятии группы». Джин остался тем же Джимом, но мы стали больше разговари­вать друг с другом, и он теперь думает о домаш­них делах и детях наравне со мной. В действитель­ности первыми это заметили дети. Наша дочка Лори сказала мне: «Что произошло с папой? Ка­жется, что он откуда-то вернулся к нам». Я по­советовала ей спросить об этом у него самого.

Анна, тридцати трех лет

Роль отца в жизни дочери

Если ты что-то делать умеешь,

Иль делом каким-то ты грезил не раз,

Займись этим делом, не тратя мгновений,

Не то пожалеешь.

В отваге есть сила, и тайна, и гений,

Начни своё дело прямо сейчас.

Гете

С момента своего рождения девочки нуждаются в том, чтобы отец принял их в своё сердце, признал и понял их устремления и надежды. Мир открыт перед ними, как никог­да прежде, и именно отцы в этом мире являются для дочерей примером уверенности в себе и компетентности, примером, которому девочки готовы последовать по зову своего сердца. Отцы находятся на тонкой грани между уважением к жен­ской сути своих дочерей и необходимостью сформировать в них некоторые мужские качества и способности. Если бу­дет упущено то или другое, дочери вырастут, потеряв нечто очень важное в себе. Перед отцами и дочерьми стоит задача огромной важности. Именно от отцов девочки должны уз­нать о власти и силе, о компетентности и гневе, о деловом мире, равноправных отношениях и деньгах, научиться рис­ковать, подчиняться и уважать самих себя.

Вопреки старым установкам

Ещё совсем недавно у нас было принято показывать дочерей отцам только выкупанными, перепелёнутыми и наряженны­ми. Это были некие обожаемые объекты, которыми дозволя­лось восхищаться, чтобы, поцеловав, тут же отправить в дет­скую к няне. Отцов боялись и почитали, они главенствовали в доме, были грозой детей и домочадцев, обеспечивали мате­риальное благополучие семьи. Отца оберегали от детей, по­тому что он возвращался домой с работы усталым. Этот ста­рый обычай отдалял отца от семьи, делал его таинственным и мощным, большим, как сама жизнь. Время, проведённое с ним, было особенным, потому что отец не был частью по­вседневной жизни.

Сегодня отцы возвращаются из этого изгнания в семей­ную жизнь. При одном исследовании было обнаружено, что 60% опрошенных отцов в возрасте до 35 лет строят свои профессиональные планы с учётом интересов семьи. Все больше мужчин начинают понимать, что, если отец живёт на околице семейной жизни, дочь остаётся без мужского вос­питания, без руководства и защиты, которые ей может дать только отец. Что же касается мужчины, который стоит в стороне от повседневных интересов дочери, не интересуется его, то такой отец формирует у неё вредную модель отноше­ний не только между отцом и дочерью, но и отношений с любым другим представителем мужского пола, которого она когда-либо встретит в жизни. Девочки привыкают не ждать от своих отцов многого: ну разве что сделать что-то по дому и взять на себя какие-либо конкретные обязанности. По мере того как дочери подрастают, эти ожидания распространяют­ся на их отношения со всеми другими мужчинами. Вследствие такого положения дел у дочерей появляется чув­ство разочарования, одиночества и раздраженность, а у от­цов — ощущение собственной неполноценности, растерянно­сти, отчуждённости. Очень многие отцы держатся в стороне от семьи и не могут по-настоящему участвовать в жизни дочерей. Девочки же, пытаясь завоевать внимание и любовь этого первого в своей жизни, самого важного для них муж­чины становятся робкими, скрытными и покорными.

Я часто играл с дочерью на пляже. Мы нашли местечко, где не было большой волны, и она там копалась в песке, а я читал газету. Мне всегда казалось, что мы замечательно проводим время, но когда я теперь вспоминаю об этом, мне ста­новится понятно, почему Лиссель постоянно при­ставала ко мне: «Посмотри сюда, папа! Гляди, какую яму я выкопала!» Я кивал: «Угу», — и воз­вращался к чтению. Её голосок звучал всё настой­чивее и жалобнее, пока я, наконец, не говорил: «Ладно! Пора собираться и идти домой». Когда Дон рассказал мне о восприятии окружения, я ре­шил проверить это на пляже. Встав на четве­реньки, я попытался посмотреть на построенный дочерью песчаный замок её глазами. В течение нескольких минут мы достраивали его вместе, и то, что я испытал, нельзя передать словами, Я почувствовал, что между нами возникает какая-то совершенно новая связь. Мы вместе делали что-то, чрезвычайно важное для неё. Никакого нытья. Мы были в одной команде! Потом я отвёл боко­вую траншею и стал рыть яму сам, откровенно наслаждаясь ощущением песка в своих руках. Я даже забыл, что Лиссель была рядом.

Её поющий голос вывел меня из этого состояния, и я по­старался вернуть то чувство общности, кото­рое только что было между нами. Мы трудились над замком в течение часа, который промельк­нул, как одна минута. Когда мы закончили, гла­зенки Лиссель сияли. Думаю, что и мои тоже!

Бернард, отец пятилетней Лиссель

Бернард, чей рассказ приводился выше, сначала относил­ся к своей дочери с позиций однофокусного режима, кото­рый позволяет нам решать конкретные задачи и добиваться личных целей. Он уносит нас в мир грёз и фантазий, служит источником творческого вдохновения, духовного прозрения, ясности чувств и душевного обновления. Жить без него мы не можем. Однако, если мы позволяем однофокусному мышле­нию взять верх, мы поневоле держим окружающих на рас­стоянии. Девочки при этом попадают в ловушку, ибо думают, что отец уделит им внимание. Обнаружив, что отец присут­ствует рядом лишь физически, они чувствуют себя обману­тыми, недостойными, обиженными, нелюбимыми и почему-то виноватыми. Что я сделала такого, что отец перестал инте­ресоваться мной? Как вернуть себе его внимание? Что я дол­жна изменить в себе, чтобы быть более привлекательной, интересной, желанной?

Такие сомнения зарождаются очень рано и прямо зависят от отношений, которые сложились между дочерью и отцом.

Роль отца с момента рождения девочки до семи лет

В настоящее время мужчины активнее, чем когда бы то ни было, участвуют в жизни семьи. Мы заметили, что число отцов на наших семинарах по воспитанию детей постоянно растёт; инструктор по развитию детей Боб Завала обнару­жил, что именно отцы заполняют учебные классы в коллед­же Лос-Меданос в Питтсбурге (штат Калифорния); и про­давцы книг обращают внимание на то, что сейчас гораздо больше мужчин покупает книги по воспитанию детей. Эта приятная тенденция свидетельствует о том, что мужчины рассматривают активное отцовство как позитивную цель своей жизни. Умение жить в семье, мысля в режиме восприятия группы, не только обогащает жизнь самих отцов, но и делает ярче и насыщеннее жизнь матерей и дочерей.

В возрасте до семи лет девочка нуждается в бесконечном внимании, уходе и заботе. Отцы, научившиеся пеленать доч­ку, держать ее на руках, подмывать, баюкать, глубоко загля­дывать в ее детские глаза, аплодирующие первым попыткам дочки освоить мир вокруг себя, подбадривающие её, отдаю­щие себя игре с малышкой, высоко подбрасывая её в воздух, впоследствии бывают награждены сторицей, и то же са­мое можно сказать о дочерях. Отцы, независимо от того, насколько уверенно они чувствуют себя в уходе за детьми в их первые месяцы жизни, дают матери необходимую пере­дышку, даже если просто проводят время со своими малы­шами.

Сначала я думал, что жена моя просто дура, по­тому что она всё время смотрит на малышку, улыбается ей, откликается на всякий её лепет и кряхтенье. Потом я заметил, что Кэрри начина­ет улыбаться и дрыгать ножками, как только жена входит в комнату. Это явно было реакцией на появление мамы. На меня она так не реагиро­вала, и тогда я стал разговаривать с Кэрри, да­вать ей хватать палец, качать её. Прошло немного времени, и она уже чувствовала, когда я рядом, протягивая свои крохотные ручонки, чтобы я взял её из кроватки. Это было восхитительно!

Джефф, отец полуторагодовалой Кэрри

Столь ранняя связь с отцом добавляет новые нити в тот ковёр отношений, который ткёт девочка всю жизнь. Если отец наравне с матерью участвует в жизни дочери с самого рождения, девочка равномерно познаёт и мужской и жен­ский способ бытия. В первые годы жизни девочка постигает существующие вокруг неё отношения, впитывает их в себя, и то, как она взаимодействует с другими, полностью отража­ет то, что она видит в своей собственной семье между мамой и папой. Сознание, кому принадлежат власть и авторитет в доме и семье, определит, как будет девочка относиться к себе самой. Девочки расцветают, если родители на равных принимают важные семейные решения. Поэтому отцы обяза­тельно должны вникать в семейные проблемы и участвовать в принятии решений по следующим вопросам:

Уход за детьми. Кто возьмёт на себя основные хлопоты? Может ли хотя бы один из родителей работать дома? Если нужно отдать ребёнка в ясли, то как найти ясли получше? Как примирить между собой нужды семьи и требования ка­рьеры?

Дисциплина. Придерживаются ли оба родителя одинаковых взглядов на воспитание детей? Придётся ли нам воевать друг с другом на глазах у дочери?

Игрушки. Какова роль игрушек в жизни девочки? Какие иг­рушки ей нужны? Какие ценности прививают ей игрушки? Когда мы покупаем ей игрушки? Как мы будем выбирать по­лезные книжки с картинками? Кто будет ей читать?

Телевизор. Каковы семейные правила в отношении телеви­дения? Что мы думаем о воздействии телевидения на ма­леньких детей? Какие культурные ценности может почерп­нуть наша дочь, смотря телевизор, и согласуются ли они с нашей позицией?

Образование. Какое образование мы хотим дать своей доче­ри? Одобряем ли мы базовую форму обучения или верим в интегрированную систему образования, включающую в себя прикладные искусства, музыку, танцы, иностранные языки? Что предпочтительнее — частная школа или государственная? Здоровье. Какой подход к медицинскому обслуживанию и лечению девочки нам по душе? Верим ли мы в вакцинацию и широкое применение антибиотиков? Кто поведёт её к врачу? Кто останется дома, если она заболеет?

Духовность. Какие религиозные убеждения передадим мы своей дочери? Как мы ответим на её вопросы о Боге? Как мы соблюдаем религиозные обряды?

Семейные праздники. Как мы относимся к Рождеству? Хануке? Ко Дню всех святых? Как мы празднуем Пасху? Какие семейные традиции для нас важны? Как мы празднуем дни рождения?

Распорядок жизни семьи. Какой ритуал мы будем соблю­дать при отходе ко сну — сказка на ночь, молитва, зажига­ние свечей, воспоминания о прошедшем дне? Каким образом мы поможем ей с радостью встретить каждый новый день — молитвой, особым завтраком, поцелуями в кроватке?

Питание семьи. Кто готовит еду? Будем петь или читать молитву все вместе до еды или после? Будем ли соблюдать принцип здорового питания? Как мы научим дочку следить за своей фигурой и привьем ей здоровое отношение к своему телу?

Домашние обязанности. Как распределяются домашние обя­занности в нашей семье? Какие обязанности и в каком возра­сте может взять на себя девочка? Связываем ли мы с выпол­нением домашних обязанностей выдачу карманных денег?

В каждой семье есть и свои проблемы, которые необходи­мо обсудить. Обычно считается само собой разумеющимся, что мама остаётся дома с больной дочкой, а папа должен выбирать для неё школу.

Лучше не поддаваться этим усто­явшимся стереотипам, а выбирать ту модель, которая наибо­лее подходит для вашей семьи, не оглядываясь на существу­ющие в нашем обществе установки. Чтобы достичь согласия по вопросам семейной жизни, родителям нужно время, они должны быть открыты друг другу, гибки и готовы к отказу от каких-то устаревших стереотипов, полны решимости бро­сить вызов тем установкам и застывшим нормам, которые входят в противоречие с их собственными убеждениями.

Хотя в последние десятилетия в обществе произошли ог­ромные изменения, вследствие которых девушки и женщины получили большую свободу быть самими собой, отцы долж­ны хорошо продумать свои собственные взгляды на пробле­му равноправия полов. Верим ли мы, что наши дочери впра­ве добиваться получения той профессии, которую они себе выбрали? Или в глубине души мы всё-таки считаем, что «жен­щина должна сидеть дома»? Убеждены ли мы в необходимо­сти равного права на образование? Или нас передёргивает от мысли, что наша девочка будет в мальчишеской бейсболь­ной команде? Ценим ли мы интеллект и компетентность сво­ей дочери или считаем, что она должна поступить в колледж только для того, чтобы там найти себе мужа? Радуют ли нас любые попытки дочери научиться чему-либо новому, овладеть какими-то навыками, или мы бросаемся ей на помощь ещё до того, как она себя поранит?

И что больше всего нужно от отцов девочкам в возрасте до семи лет, так это внимание и время. К сожалению, боль­шинство мужчин становятся отцами именно в тот момент, когда работа требует от них максимальных усилий. В про­шлом мужчины тратили своё время в основном на обеспече­ние материального благополучия семьи. И это почти не оставляло им возможностей участвовать в ее повседневной жизни, ибо они оказывались в неприятном положении «папы на выходные» или случайной няньки, подменяющей иногда мать на ночь. К счастью, всё меняется и на домашнем фрон­те, и в мире работы. Мужчины, поняв, что им не хватает ощущения эмоциональной близости, которое даёт семья, не­сколько сместили свои приоритеты. В 1990 году в опросе «Жизнь мужчины?, опубликованном в журнале «США сегод­ня», 63% мужчин заявили, что они предполагают уделять больше времени и внимания своей семье, даже если для это­го придётся отказаться от продвижения по службе и других преимуществ, которые даёт успешная карьера.

С начала 90-х годов, по данным Министерства труда США, по крайней мере, 257 000 отцов в возрасте от двадцати пяти до тридцати четырёх лет занимались воспитанием своих де­тей, тогда как матери работали вне дома. Радует тот факт, что отцы остаются дома, но девочкам нужны оба родителя. Мужчины и женщины должны трудиться вместе над сохра­нением близких отношений со своими детьми и не поддавать­ся распространяющейся всё шире традиции отдавать детей на попечение другим людям, чтобы самим всецело сосредото­читься на работе и на других взрослых делах. Нужно искать такие варианты графика работы, которые удовлетворяли бы семью. И особенно это касается первых лет жизни девочки, когда ей нужно время (и много времени!) обоих родителей, ибо только они могут привить ей подлинную женственность. Нескольких минут «удобного времени» в течение нескольких дней в неделю для дочери недостаточно.

Роль отца в жизни девочки от восьми до двенадцати

В эти годы девочки деятельны, доверчивы и уверены в себе (об этом подробнее будет сказано в главе 10). Их эмоции расцветают пышным цветом, и всё кажется либо прекрас­ным, либо ужасным, и никакой середины. Степень участия отца в жизни дочери этого периода серьёзно отразится на том, как совершит девочка свой переход к отрочеству.

По мере того как девочка расширяет и усложняет свой ковер связей, всегда глубоко вникая во взаимоотношения между людьми и отличая отношение к себе лично, значе­ние отца в её глазах постоянно растёт. Девочки жаждут безраздельного отцовского внимания. Особенно хочется им, чтобы их уважали, чтобы они были услышаны, поняты и чувства их были приняты. Девочка чувствует себя униженной, если отец настроен критически, сверхрационально, сдержан­но по отношению к ней или раздражается при выражении ею своих чувств. Эмоциональная жизнь — та, что идет из серд­ца или из души, — в этот период особенно обострена, и дочери буквально расцветают, когда могут поделиться ею с отцом, который для них доступен и открыт.

Когда у Никки умер щенок, мы просто сидели ря­дом, обнявшись. Мы оба плакали и плакали. Я по­мнил, как погибла моя любимая собака, и пони­мал её горе. Мое горе, казалось,, было таким же глубоким и неутешным.

Никки не будет бояться вспоминать свою соба­ку, ведь она знает, что меня это тоже тронуло. Смерть собаки обрушилась на нас обоих, и мы очень сблизились с дочерью, потому что я смог быть рядом и сопереживать с ней.

Джон, отец десятилетней Никки

Гнев — очень мощное чувство, но девочкам нередко за­прещают выражать его. Многие из нас привыкли бояться гнева, — и собственного, и чужого. В самом начале своей жизни мы узнаём, что гнев — чувство запретное, которое может привести к насилию, и мы вынуждены выражать его другими эмоциями, теми, которые считаются в нашей семье более приемлемыми. Часто этой более приемлемой эмоцией бывает печаль, поэтому многие женщины, когда сердятся, начинают плакать. Слёзы компенсируют выражение гнева. Не имея возможности выразить чувство гнева, девочки и женщины оказываются лишены очень мощного союзника. Именно гнев указывает нам на несправедливость, насилие, на нечто неправильное в нашей жизни. Некоторые выраже­ние чужого гнева воспринимают как оскорбление, обвинение или упрёк. Кое-кто использует гнев, чтобы снять тяжесть со своих плеч, добиться своего или оказать на кого-то давле­ние. Для одних гнев — смелый поступок, других он пугает.

Кое-кому из нас в детстве дозволялось выражать свой гнев. Недавнее исследование, отчёт о котором помещён в «США сегодня», показало, что женщины в возрасте до тридцати четырёх лет лучше умеют выражать свой гнев, чем жен­щины старше пятидесяти пяти. Интересно, однако, что те, кому удавалось выразить свой гнев, делали это не в присут­ствии человека, на которого они сердились. Жена рассказы­вает мужу, как она злится на своего сослуживца; девочка говорит матери о том, что она сердится на свою подругу. Выказывать свой гнев косвенно или рассказывать о нём дру­гому человеку — вполне естественный способ избавиться от уязвимости, бессилия и слабости. Если дочь при этом имеет дело с отцом, который не воспринимает переживаний, она прибегает к неподходящим способам выражения гнева или вообще теряет бесценную связь со своей внутренней систе­мой управления.

Я всегда знала, что должна быть очень мила и обходительна со своим отцом.

Он был не из тех, с кем можно по-настоящему поговорить о чём-ни­будь в интимной беседе, а уж с девчонкой он и со­всем не стал бы разговаривать, поэтому я никог­да толком не знала его — что он думает о себе и о своей работе, о своем детстве и так далее. Он управлял мной и моими сестрами с помощью денег. Так, если мы хотели что-нибудь получить, то дол­жны были вести себя наилучшим образом, прежде чем попросить. Я никогда не знала, даст ли он мне то, что я прошу, прогонит ли прочь или про­сто не обратит на меня никакого внимания. Я начи­нала переживать задолго до того, как, наконец, отваживалась попросить его о чем-то. Из-за это­го я слишком робка с мужчинами и совершенно не выношу, когда на меня кто-нибудь кричит. Я по­корно делаю всё, что им от меня нужно.

Дженнифер, двадцати девяти лет

Для девочки в возрасте от восьми до двенадцати лет край­не важно соответствовать отцовским ожиданиям. Она быст­ро улавливает фальшь в похвале и жаждет искреннего одоб­рения, поэтому ей необходимо чётко и ясно понять, чего же ждёт от неё отец. Как и мальчики этого возраста, девочки хотят знать, каковы правила и будут ли они проводиться в жизнь. Девочкам нужно знать, поддержит ли их отец, когда они будут в этом нуждаться. Часто они задаются вопросом: «Будет ли отец со мной в трудную минуту?» Особенно де­вочкам нужна отцовская помощь в школе, потому что до сих пор многие учителя девочкам уделяют гораздо меньше вни­мания, чем мальчикам, и не способны защитить их от сексу­альных домогательств.

Мэйв хотела играть в бейсбол, но жаловалась на то, что у девочек нет хорошего снаряжения, что им меньше отводят времени для тренировок на школьном поле, что школьный персонал совсем не хочет им помогать. Ввиду всех этих причин она хотела играть в мальчишеской команде. Я был вынужден согласиться, потому что играет она не­плохо и, я думаю, у неё было право попробовать. Но тренер мальчиков и некоторые мальчики были так возмущены, что мне пришлось обратиться за помощью в Комитет нашего района. В сущнос­ти, меня не очень волнуют все эти вопросы нерав­ноправия. Я просто хотел защитить свою дочь, помочь ей добиться того, чего она хотела. Она целый год успешно играла в этой команде. Ей было нелегко постоянно сносить неприятные на­мёки от некоторых мальчишек, но она выстояла, и я горжусь ею.

Она так просто не откажется от своей цели. Это в ней от меня!

Джеральд, отец двенадцатилетней Мэйв

Девочкам в переходном возрасте хочется войти в отцов­ский мир. Их может интересовать то, чем занимается отец, а может и нет, но им очень хочется почувствовать себя приня­тыми этим особенным для них мужчиной. Когда отец пригла­шает дочку поиграть в мяч, пойти в кино, провести с ним денёк на работе, пообедать вне дома, поиграть в футбол на заднем дворе, помочь сделать что-нибудь из дерева, порабо­тать вместе в саду и так далее или просто просит сбегать с его поручением, то, хочется ей это делать или нет, она всё равно чувствует себя на вершине счастья, ибо это повышает ее самооценку, развивает в ней компетентность и чувство уверенности в себе.

Нам часто приходится слышать о том, что в командных видах спорта мальчики приобретают важные для жизни навыки: они учатся ответственности, сознательности, уверен­ности в своих силах, умению соревноваться, физической вы­носливости и стойкости, спортивной честности, разрешению конфликтов, сплочённости и доверию, — они учатся играть в команде. Именно отец должен обеспечить дочери необхо­димую поддержку, открыть перед ней возможности занимать­ся командными видами спорта. Одни девочки получают удо­вольствие от приключенческого духа командных спортивных игр, полных риска и соперничества. Другие же не проявля­ют к этому никакого интереса, боясь состязаний и травм. Кто-то предпочитает индивидуальные виды спорта, где человек может соревноваться с самим собой и тренироваться в сво­ём собственном ритме. К какой бы категории ни принадле­жала ваша дочь, ей нужна поддержка и помощь, чтобы решить­ся хотя бы попробовать, и отцы должны набраться терпения, мудрости и внимания, чтобы ободрить дочерей на этом пути.

Я действительно обрадовался, когда узнал, что в школе, где учится Тесс, девочки стали играть в футбол, но она однажды пришла домой очень рас­строенной. Она сказала, что ненавидит футбол и всех мальчишек сразу. И никогда в жизни больше не будет играть в футбол. Я вырос, играя в фут­бол, всегда любил, да и сейчас люблю эту игру. Я дал ей немножко выговориться, а потом попытал­ся выяснить, в чем же причина. Оказалось, что за игрой никто не наблюдал и мальчишки захватили мяч, не давая девочкам ни малейшей возможности его перехватить. Кроме того, никто не объяснил им правил игры и не преподал даже самых азов ее. Тесс чувствовала себя на этом поле потерянной и от этого расстроилась. Ну, на следующий день я отправился в кабинет директора и сказал ей, что идея привлечь девочек к игре в футбол сама по себе хороша, но то, как всё происходило на поле, никуда не годится. Директор тут же попросила моей помощи. Теперь, после нескольких домашних тренировок и после того, как игра на поле между мальчиками и девочками стала более равноправ­ной, Тесс, как и многие её подружки, очень полю­била футбол. И неплохо играют!

Майк, отец одиннадцатилетней Тесс

Другая сфера жизни дочери, где отец должен проявить активность, — это финансовые вопросы.

В нашей жизни день­ги (как их добывать и как ими распоряжаться) являются признаком силы. Возраст между восемью и двенадцатью — хорошее время для того, чтобы предоставить дочке возмож­ность научиться обращаться с финансами. Девочек моложе восьми лет можно научить складывать деньги в копилку и определять достоинство монет. Девочки в возрасте от вось­ми лет до двенадцати получают удовольствие от наличия своих собственных сбережений и от подсчета их. Девочек уже можно научить вести финансовые записи и копить день­ги на что-то. Такой опыт поможет им ставить краткосрочные и долговременные цели. Дочерям постарше (10--12 лет) мож­но доверить деньги для покупки автобусного билета, школь­ного завтрака и оплаты экскурсии. Правда, при этом необхо­димо чётко определить требования к использованию денег, рассказать девочке, как они зарабатываются, что бывает, если их теряют или тратят безрассудно, и так далее.

Мы вовсе не хотим сказать, что матери недостаточно све­дущи, чтобы научить дочерей обращаться с деньгами. Факти­чески, большинство уроков, связанных с финансами, девоч­ка, скорее всего, получит именно от мамы, когда они будут вместе покупать одежду, продукты и тому подобное. Мы про­сто пытаемся внушить отцам, что деньги — это ещё одна область, которая позволяет им принять активное участие в жизни дочери, особенно если учесть, что большинство су­пругов сегодня деньгами распоряжаются вместе.

Роль отца в жизни девочки от тринадцати до семнадцати лет

Начало полового созревания может укрепить, а может и раз­рушить отношения между отцом и дочерью. Если девочка в переходном возрасте критически смотрела на людей и на их мир, то теперь она столь же критически воспринимает и себя. Почему меняется моё тело? Что подумают окружающие? Стану ли я привлекательной? Как я теперь должна себя вес­ти? Сумею ли я «вписаться»? Девочки-подростки нередко чувствуют себя брошенными в море и оценивают свои досто­инства по отливам и приливам в системе взаимоотношений. Если ее лучший друг внезапно уходит к кому-то, пользующемуся большей популярностью, что не так уж необычно, девочка начинает искать в себе недостатки. «Если бы я была тоньше, красивее, больше улыбалась, то, возможно...» — ду­мает она. Как мы уже говорили в главе 2, в подростковом возрасте девочки чрезвычайно подвержены риску развития психологических нарушений, поскольку они пытаются изме­нить себя, показать в лучшем свете, чтобы сохранить уста­новленные отношения и быть любимой.

Отцы так же, как и дочери, оказываются загнанными в тупик неожиданной интеллектуальной зрелостью девочек и теми физическими изменениями, которые происходят вместе с началом менструаций. Самая страшная ошибка, которую может совершить отец в этот период жизни дочери, — от­вернуться от неё, потому что он и сам не знает, как спра­виться со своей собственной реакцией на её растущую сек­суальность. А дочь так нуждается в поддержке со стороны первого в своей жизни мужчины, ей нужно, чтобы именно он подтвердил, что изменения, происходящие в ней, нормаль­ны, что он не перестаёт ее любить. Отец должен стать той безопасной гаванью, где дочь сможет отдохнуть и, глубоко вздохнув, сказать: «Всё хорошо: папа считает меня боль­шой», — и вернуться обратно в мятежные воды отрочества.

Если отцу не удаётся сохранить свою связь с дочерью в переходном возрасте, то они оба попадают в культурную ло­вушку «отцовского кармана». Дочь в поисках малейших при­знаков того, что отец всё ещё заботится о ней, начинает просить у него денег. Отец, чувствующий себя виноватым, ибо он покинул дочь на полдороги, «раскошеливается», наде­ясь расквитаться с ней. Гордон Клэй так описывает эти отношения: «Отцы пугаются, видя, как начинает созревать дочка, поэтому они прячутся за возможность что-нибудь ку­пить ей и потом вспоминают отрочество дочерей как время, когда те постоянно просили денег, раздражаясь и канюча, если не удавалось их получить. Девочки, как я заметил, впа­дают при этом в ярость, потому что отец отстраняется имен­но тогда, когда им больше всего нужна его близость». Когда девочке 13—17 лет, отец обязательно должен изыскать воз­можность, чтобы сказать ей: «Ты стала юной женщиной, и я горжусь тобой. Меня радуют наши тесные отношения, и я всегда готов поддержать тебя в поисках жизненного пути. Я всегда с тобой».

Одним из ключевых моментов в сохранении связи от­ца с взрослеющей дочерью является осознание им своей собственной сексуальности. По традиции, мужская сексуаль­ность ориентирована на половые отношения и их кульмина­цию. Полноценная сексуальность мужчины — это его бытиё, его способ взаимодействия с миром. Сексуальная энергия существует во множестве разнообразных проявлений — в виде заботы, любви, привязанности, творческой активности. Понимание этого может принести мужчине немалую пользу. «Я говорю отцам, — продолжает Гордон Клэй, — если, обни­мая свою дочь, вы почувствуете дискомфорт, продолжайте её обнимать. Если почувствуете грех, остановитесь! Боль­шинству мужчин сразу становится понятно, о чём я говорю и что я имею в виду».

Когда у дочери начались месячные, я почувство­вал смущение и робость. Я отстранился от неё и спрятался за свой сарказм. Однажды Тедди была в плохом настроении, и я поддразнил её на этот счёт. Её прорвало, и она буквально выплеснула на меня: «Я ненавижу, когда ты. насмехаешься надо мной и моими друзьями. Ты только и умеешь от нечего делать осуждать меня. Ненавижу!» По­том она побежала к себе в комнату и захлопнула дверь. Я был потрясён и подумал: «Ну что я та­кого сделал?» Вскоре после этого я пошёл на заня­тие для отцов, там-то я и узнал о том, каких ошибок наделал и как наладить отношения с до­черью. Я рад, что не упустил время и справился со своим страхом перед её взрослением.

Ник, отец пятнадцатилетней Тедди

Предыдущая статья:ВОСПИТАНИЕ ДОЧЕРИ 6 страница Следующая статья:ВОСПИТАНИЕ ДОЧЕРИ 8 страница
page speed (0.0267 sec, direct)