Всего на сайте:
248 тыс. 773 статей

Главная | Право

Дело о собаке и проглоченной купюре (№ 152)  Просмотрен 54

В праздничном застолье принимало участие множество го­стей, царило большое оживление. Разговор коснулся недавно выпущенных в обращение 1000-марковых купюр нового об­разца. У одного из участников застолья — советника Шор­на — оказалась при себе такая купюра, которую он по об­щей просьбе продемонстрировал присутствующим. Чтобы пе­редать банкноту одному из гостей (по его просьбе), — фаб­риканту Дааму, — Шорн потянулся через стол, но выронил банковский билет в тарелку с супом сидевшего рядом майора Зейделя. Последний, чтобы не испортить купюру, быстро вы­хватил её и стал отряхивать. Манипуляции Зейделя привлек­ли внимание его собаки — огромного дога—за которой, по просьбе майора, взялся приглядеть официант. Однако в это время его рядом не оказалось: он отвлекся, чтобы убрать со стола ненужные приборы. Привлеченная запахом и энергичными движениями Зейделя собака вскочила, зубами вырвала банкноту из руки хозяина и проглотила ее[xxxiii].

На первый взгляд, перед нами типичный casus — случай­ное причинение вреда, за который никто не ответственен. Но это мнение ошибочно, ибо все причинно-следственные связи являются абсолютно необходимыми и имеют в своем основании волевые действия дееспособных лиц, а значит, и следствия этих действий вполне могут быть им вменены. Что же это за действия?

Во-первых, Даам, попросивший передать ему билет для просмотра, и Шорн, согласившийся это сделать, заключили соглашение о предоставлении имущества в безвозмездное пользование — ссуду. Билет, однако, передан так и не был по причинам, не зависящим от ссудодателя (Шорна); его обяза­тельство прекратилось вследствие невозможности испол­нения, за которую он не отвечает. Таким образом, юридиче­ские отношения «Шорн —Даам» прекратились; в дальней­шем ими можно не заниматься.

Во-вторых, несомненно наличие соглашения между Зей-делем и официантом об оказании последним услуги по при­смотру за собакой и последовавшего затем нарушения офи­циантом данной договоренности, повлекшего неблагоприят­ные имущественные последствия для третьего лица. Прини­мая на себя обязанность оказания такой услуги официант, несомненно, действовал от собственного имени, на свой счёт, страх и риск, — это необходимо сказать, дабы отвергнуть мысль о возможном привлечении к ответственности ресто­рана — работодателя официанта.

Работодатель возмещает лишь такой вред, который причинен его работником при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обя­занностей (п. 1 ст. 1068 ГК); присмотр же за собаками по­сетителей в круг таких обязанностей явно не входит. Итак, перед нами договорные отношения «Зейдель — Официант»; потерпевший (Шорн) к этим отношениям непричастен и не может на них ссылаться.

Наконец, в-третьих, очевидно, что поведение Зейделя, знавшего о несколько беспокойном нраве своей собаки, но, несмотря на это, оставившего её сидеть подле накрытого стола, было не только противоправным, ибо привело к воз­никновению имущественного вреда, но и грубо неосторож­ным (виновным). Соглашение о присмотре за собакой, за­ключенное им с официантом, никак не может извинять его, ибо у официанта имеются и другие обязанности, исполняя которые он явно не сможет столь же качественно и присмат­ривать за собакой, да и не обязательно это соглашение ни для кого, кроме своих участников.

Сказанное предопределяет ответ на главный вопрос: ли­цом, обязанным возместить причиненный вред, несомнен­но, должен быть Зейделъ — собственник собаки, т. е. иму­щества, проявление особых свойств которого стало следстви­ем виновного ненадлежащего исполнения Зейделем своей обя­занности по содержанию имущества и уходу за ним, состав­ляющей содержание бремени его собственности, и, следова­тельно, причиной возникновения вреда у Шорна. Причинение же имущественного вреда является, как известно, основанием для возникновения обязательства по его возмещению.

Вправе ли Зейдель, возместивший вред, переложить возмещенные им убытки на обязавшегося оказать ему услу­гу официанта? Да, но только если официанту за оказание услуг по присмотру за собакой была обещана плата; в та­ком случае должен последовать возврат (удержание) пла ты за услуги и возмещение убытков, причиненных ненад-лежашим оказанием услуг. В случае же, если договор об оказании услуги по присмотру за собакой был безвозмезд­ным, право Зейделя на возмещение несколько сомнительно (см. об этом первый выпуск «Занимательной цивилистики», п. 2.6).

Допустим, что банкноту уронил не собственник (Шорн), а гость, которому она была передана (Даам); допустим, что именно он также неудачно отряхивал её и выпустил из ру­ки, когда собака схватила банкноту[xxxiv]. Меняет ли дело это обстоятельство? Да, несомненно, ибо в таком случае перед нами был бы факт нарушения обязательства ссудополуча­теля по возврату предмета ссуды; более того, ссудополу­чатель (Даам) утратил и самый предмет ссуды. Факт же нарушения обязательства является основанием возникнове­ния другого обязательства — по возмещению причиненных нарушением убытков. В данном случае даже не имеет зна­чения, погиб ли предмет ссуды случайно или по вине ссу­дополучателя, ибо последний отвечает даже за случайную гибель предмета ссуды[xxxv]. Таким образом, у Шорна была бы возможность выбора иска — либо к Дааму об убытках из нарушения договора ссуды, либо к Зейделю о возмещении вреда, причиненного неправомерным виновным бездействи­ем.

Предыдущая статья:Дело об уникальной книге, сердобольном чиновнике и незапертой двери (№ 149) Следующая статья:Дело о неудавшемся фокусе
page speed (0.0253 sec, direct)