Всего на сайте:
248 тыс. 773 статей

Главная | Литература

Глава двадцатая. Генерал Трофимов выслушивал доклад майора Проскурина. Уже минут двадца..  Просмотрен 65

  1. Глава двадцать первая. Теперь Иван Иванович начал бояться. Теперь он начал бояться по-настоящ..
  2. Глава двадцать вторая. В последнее время к работникам следственной бригады Старкова зачастили..
  3. Глава двадцать третья. — Я слышал, что у вас случились какие-то неприятности? — поинтересовал..
  4. Глава двадцать четвертая
  5. Глава двадцать пятая. Уже много часов подряд майор Проскурин отсматривал выписки из медицинс..
  6. Глава двадцать шестая. Папа встретился со своим старинным, двадцатилетней давности, приятелем..
  7. Глава двадцать седьмая
  8. Глава двадцать восьмая
  9. Глава двадцать девятая
  10. Глава тридцатая. — Иван? Какой Иван? Ах, Ванька? Не, Ванька не был. Ну точно не был! Ле..
  11. Глава тридцать первая. — Ваши документы, пожалуйста! — попросил сержант. Иван Иванович Ивано..
  12. Глава тридцать вторая. Результаты работ докладывал один из замов по оперативной работе. Скучн..

Генерал Трофимов выслушивал доклад майора Проскурина. Уже минут двадцать выслушивал. И все более заинтересовывался тем, что тот говорил.

Все более и более.

— В целом характер и сценарий имевших место на улице Агрономической происшествий, что в том, что в другом случае, похожи по месту действия, тактике, почерку, используемому оружию и некоторым другим характеристикам. В целом их можно охарактеризовать как спонтанное боевое столкновение двух примерно равных по числу и качеству вооружения группировок.

Получив затребованные мною дубликаты следственных материалов, предоставленных Министерством внутренних дел по подписанному вами официальному запросу, и ознакомившись с ними, я пришел к выводу, что проводимое силами следственной бригады городского отдела милиции следствие ведет поиск в не совсем верном, на мой взгляд, направлении. Сосредоточившись на поиске преступников и свидетелей, они упустили из виду общий характер преступления.

Рассматривая два этих происшествия под данным углом зрения, я обнаружил ряд важных для понимания сути происшествия фактов.

Так, при выяснении характера используемого во время столкновения оружия я обратил внимание, что применялись по большей части стандартные образцы автоматического и полуавтоматического, состоящего на вооружении армии и спецслужб оружия, снабженные глушителями.

— Откуда такая информация? Я имею в виду глушители?

— Проведенные силами следственной бригады МВД и лично мной опросы выявили, что большинство жителей, проживающих в прилегающих к месту происшествия домах, почти ничего не слышали. При том, что огневая интенсивность боя превосходит средние величины, а число выстрелов исчисляется сотнями. Кроме того, два свидетеля рассказали о том, что видели характерные цилиндрические набалдашники на дулах.

— Так, понял. Продолжайте.

— Исследуя траектории полета пуль и характер огнестрельных ранений, полученных потерпевшими, я обратил внимание на то, что, зачастую стреляя из наиболее неудобных положений, стрелки тем не менее поражали живую силу противника в наиболее уязвимые точки тела. Что косвенным образом доказывает их особую выучку и умение вести бой в особо сложных условиях. Простой уголовник в подобной ситуации вряд ли сможет вообще попасть в цель. В то время как подавляющее большинство ранений, полученных потерпевшими, приходилось в область головы, сердца и других жизненно важных органов.

— То есть вы хотите сказать, что в происшествии принимали участие люди, имеющие опыт работы в спецчастях?

— Я не исключаю такой возможности. Тем более что общий тактический почерк боя, в том числе его кратковременность, ограниченность места действия, соблюдаемая при этом звуковая маскировка и некоторые другие признаки впрямую говорят, что принимавшие в нем участие люди имеют соответствующую квалификацию.

— Продолжайте.

— Придя к изложенным мною выше заключениям, я вынужден был подвергнуть сомнению один из выводов, сделанных предварительным следствием, в отношении участия в происшествии некоего гражданина Иванова Ивана Ивановича, на поиске которого в настоящее время и сосредоточилась следственная бригада МВД. На основании того, что отпечатки его пальцев были обнаружены на рукоятке пистолета, из которого были убиты три жертвы, он признан следствием соучастником данного происшествия и также признан подозреваемым в данном вооруженном нападении, повлекшем за собой многочисленные человеческие жертвы. В то время как собранная мною в отношении гражданина Иванова информация, равно как его психологический и психофизиологический портрет, не соответствует предлагаемой следствием версии его участия в происшествии. Вряд ли человек, никогда не имевший дела с оружием и не участвовавший в боевых действиях, мог поразить троих, а по другой версии — пятерых бойцов противника.

— А если предположить, что он ранее проходил курсы спецподготовки, в дальнейшем залегендированные службой в каких-нибудь строительных войсках?

— Нет. Я навел справки через военкомат. Где выяснил, что он никогда не призывался в ряды Вооруженных сил, будучи забракован медкомиссией по причине ярко выраженного плоскостопия и некоторых других заболеваний. Кроме того, отраженный в его трудовой книжке список мест работы и учебы позволяет отследить его местопребывание с точностью до недели, начиная с выпуска из сто тринадцатой средней общеобразовательной школы.

— Значит, не служил?

— Нет. Не служил.

— Но отпечатки пальцев на оружии, из которого были убиты три человека, оставил?

— Оставил.

— И что вы по этому поводу думаете?

— Я выдвинул несколько версий, объясняющих данное конкретное обстоятельство. В том числе, что гражданин Иванов Иван Иванович все-таки служил в спецподразделениях, но каким-то образом смог не отразить это в своем послужном списке.

В том числе, что гражданин Иванов Иван Иванович не является Ивановым Иваном Ивановичем, а является каким-нибудь неизвестным лицом, использующим биографию Иванова Ивана Ивановича в своих, неизвестных нам целях. В том числе лицом, не имеющим гражданства нашей страны и осуществляющим на его территории нелегальную шпионскую деятельность.

В том числе, что гражданина Иванова Ивана Ивановича подставили специально, например, заставив его взять тот пистолет насильно или вложив тот пистолет в его мертвую руку с целью получения читаемых отпечатков и введения в заблуждение последующего следствия.

И наконец, что гражданин Иванов Иван Иванович оказался на месте происшествия случайно, случайно взял пистолет и случайно оставил на нем отпечатки своих пальцев.

Проработку версий я начал с последнего, требующего наименьших временных и физических затрат предположения. С предположения, что он был случайным свидетелем преступления.

Для чего отправился на место происшествия и провел тщательный осмотр потайных мест, где предположительно мог находиться человек, непреднамеренно оказавшийся в момент боя в квартире.

— Почему обязательно потайных?

— Потому что в других его непременно бы заметили и уничтожили.

— Логично. Продолжайте.

— В ходе осмотра внутри платяного шкафа я обнаружил отпечатки пальцев, не внесенные в протокол осмотра места происшествия. Кроме того, я нашел и собрал бывшие там отдельные волоски и частички перхоти. И отдал их на экспертизу.

— Ну? И что?

— Отпечатки пальцев на внутренней поверхности платяного шкафа соответствуют отпечаткам пальцев на пистолете, на стенах и на предметах домашнего обихода и принадлежат гражданину Иванову. Соответственно идентифицируются волосы и частички перхоти, изъятые из шкафа и снятые с одежды по месту прописки гражданина Иванова.

— То есть получается, что либо до боя, либо когда шел бой, гражданин Иванов сидел в шкафу?

— По всей видимости, так.

— Отсюда становится понятным наличие в квартире посторонних штанов и пиджака. Которые также принадлежали Иванову. Но как же тогда отпечатки?

— Вполне возможно, что он оставил их, схватив первый встретившийся на его пути пистолет. Когда выбирался из шкафа. А потом оставил его, чтобы взять другой. Или просто потерял.

— Логично. Итак, значит, получается, что гражданин Иванов Иван Иванович прибыл по понятным делам к своей любовнице, а тут нагрянули вооруженные до зубов неизвестные. А потом другие неизвестные, которые схлестнулись с первыми неизвестными. И которые взаимно перестреляли друг Друга. В то время как гражданин Иванов мирно сидел в шкафу. А когда все закончилось, гражданин Иванов незаметно вышел из своего убежища и покинул квартиру. Единственный живым покинул. Так?

— По всей видимости, так.

— Но зачем они, кроме, естественно, гражданина Иванова, у которого была на то своя конкретная надобность, приходили в квартиру? Зачем?

— На этот вопрос я ответить затрудняюсь. Впрочем, могу высказать одно предположение. В связи с вновь открывшимися в ходе расследования фактами.

— С какими фактами?

— Полученная мною дополнительная информация свидетельствует, что, кроме гражданина Иванова, эту квартиру неоднократно посещал еще один гражданин, тело которого было впоследствии обнаружено среди прочих трупов.

— Каким образом ты узнал, что он там бывал?

— Опросил соседей.

— Но следователям МВД соседи ничего подобного не говорили.

— Следователи МВД не умеют спрашивать.

— А ты умеешь?

— Умею.

— И конечно, с нарушением существующих процессуальных норм?

— Но вам ведь нужен был результат. А не его аргументированное отсутствие. Так что пришлось отступить от некоторых правил... Пришлось надавить.

— Пугал удостоверением? И статьей за измену Родине?

— Пугал.

Потому что другого выхода не оставалось. Большинство соседей — люди пожилого возраста с воспитанным с тех самых времен их молодости чувством глубокого уважения к органам госбезопасности, представителям которых они, согласно их доброй воле, дали чистосердечные показания.

— Ладно, проехали... Кто он, этот человек?

— На этот вопрос я пока ответить не могу.

— При нем что, документов не было?

— Нет. Документов не было. При нем вообще ничего не было. И на нем ничего не было. Кроме трусов и майки.

— Еще один в трусах?

— Еще один.

— Еще один любовник? Один голый в шкафу, другой в том же виде на постели? И еще, чуть позже два отделения ухажеров в полной боевой амуниции и при оружии, отлучившиеся по любовной надобности с учений и разодравшиеся и перестрелявшиеся по поводу того, что одну бабу на всех не поделили? Все как в очень пошлом анекдоте. Который в жизни имел трагические, по крайней мере для большей части персонажей, последствия. Не слишком ли это сложно?

— Но отчего тогда оба они были в нижнем белье?

— Тоже верно. В белье на боевые операции не ходят.

— И в шкафу не сидят. Кроме того, эту версию косвенно подтверждает наличие на постельном белье следов свежего пота и прочих физиологических жидкостей.

— Пот не бывает свежим.

— Пота, выделенного за несколько минут до происшествия, — поправился майор.

— То есть всем этим ты хочешь сказать, что вооруженные боевики могли прийти не за гражданином Ивановым, как можно было предполагать, а за другим, неизвестным гражданином, который так же, как гражданин Иванов, заглянул на огонек к своей любовнице?

— Или за каким-то предметом, который мог иметь при себе неизвестный, впоследствии убитый гражданин.

— Ну что ж. По крайней мере «неизвестный» — он совершенно неизвестный. И значит, может обещать дополнительную интересную информацию. В отличие от Иванова, за которым никаких боевых грешков не водится и который ни в каких порочащих его связях замечен не был. Который чист как стекло. Почему бы и нет... У тебя есть его фотография? Того неизвестного?

Майор вытащил из дела фотографию. И передал ее генералу.

На фотографии было лицо трупа. Которого помощник фотографа удерживал в нужном положении за волосы. Глаза трупа были открыты. Правая верхняя часть лица трупа была изуродована убившей его пулей.

— Это он?

— Он. Одна из соседок смогла опознать его.

— Странно, у меня такое ощущение, что я его где-то видел, — сказал генерал.

— Не могу сказать где, но видел. Может, на сборах? Или в академии? Или на отдыхе? Нет, не помню. Хотя уверен, что видел...

Майор пожал плечами. Хотя ему очень хотелось сказать насчет того, где все встречаются, у шкафа. И майору, наверное, сказал бы. Но не генералу.

— Нет. Не помню. Давшие показания соседи про него, конечно, ничего не знают?

— Нет. Все соседи утверждают, что видели его несколько раз в присутствии потерпевшей. В разговоры с ним не вступали. У потерпевшей о нем не спрашивали.

— Архивы МВД запрашивали?

— Запрашивали. В их картотеках данный гражданин не значится ни среди профессиональных преступников, ни среди находящихся в розыске и пропавших без вести лиц.

— А в наших?

— В наших тоже.

— То есть ничего?

— Ничего.

— Ну, может быть, какие-нибудь характерные приметы? Родинки, следы операций, шрамы, мозоли?

— Шрамы есть. Пулевые. В области спины и правого предплечья. С характерными входными и выходными отверстиями. И еще есть слабо выраженные синяки.

— Какие такие синяки?

— На левом плече.

— Хочешь сказать, от подмышечной кобуры?

— Вполне может, что от кобуры. Если, конечно, это не случайность. Если это не след от, например, лямки сумки или рюкзака.

— Лямки, говоришь?.. Вот что, запроси-ка ты его по всем пропавшим работникам безопасности, ГРУ и прочих силовых ведомств. И по недавно уволенным и не проживающим по месту прописки работникам. И еще запроси все ведомственные поликлиники по несчастным случаям, связанным с огнестрельными ранениями в область спины и правого предплечья. Может, что и отыщется. Если предположить, что синяк на его плече не от рюкзака. И еще предположить, что не зря в ту квартиру нагрянули и в той квартире погибли парни, которые из любых положений умудряются попадать только в голову и сердце...

Предыдущая статья:Глава девятнадцатая. — Все. Ушел, гад! — зло сказал один из чуть не потерявших штаны парней.. Следующая статья:Глава двадцать первая. Теперь Иван Иванович начал бояться. Теперь он начал бояться по-настоящ..
page speed (0.1525 sec, direct)