Всего на сайте:
303 тыс. 117 статей

Главная | Религия

ДАВНЯЯ СТРАСТЬ  Просмотрен 113

 

Это началось за два года до моего крещения.

Хотя, если быть строго последовательным и откровенным, то намного раньше.

А именно – спустя четыре года после моего появления на Божий свет.

В 1958 или 1959 году.

То самое время, которое начинает, пусть на обрывках памяти, но на всю жизнь запоминать человек.

Тогда я, прогуливаясь с родителями, нашел необычную, как мне сказали – старинную – монету.

Хорошо помню, что она была медная и с двуглавым орлом, который тогда являлся диковинкой.

Родители, а вслед за ними и все, кому я показывал эту монету, так хвалили меня, что я, уже тогда любивший похвалы, быстро понял, что сделал нечто очень хорошее, и на всю жизнь приобрел особенную привязанность к старинным монетам.

Или, как потом это выяснилось – страсть.

Но тогда я и понятия не имел, что существует на земле такое слово.

Просто, спустя три-четыре года начал собирать их.

Конечно, по одной, самое большее - две в год.

Выпрашивал их у родственников, соседских мальчишек или в гостях, где первым делом спрашивал:

«А у вас старинных монет, случайно нет?»

И надо же, если было, - давали!

Дальше - больше.

Еще чуть повзрослев, я стал ходить по бабушкам, которые, видя не по возрасту многоглаголивого и велеречивого отрока, умилялись и доставали из неповторимо пахнувших стариной сундуков: целые рулоны ненужных и в то время, когда они были в обороте, двадцати- и сорокарублевых «керенок», огромные, еще царские, кредитные билеты с изображениями Петра I и Екатерины II, розово-зеленоватые двадцатипятирублевки с овальной рамкой, в которой было лицо удивительно сильного и с еще более добрыми глазами человека.

Как было внизу написано – Александра III.

Изредка у сердобольных старушек отыскивались для меня медные монеты достоинством от одной до пяти копеек.

И совсем уж нечасто – полтиннички, а один раз даже рубль Николая II!

Так в десять лет у меня уже была целая коллекция, которая заняла первое место на конкурсе нумизматов в районном центре.

Разумеется, в категории для детей и юношей.

Это я хорошо запомнил, потому что у взрослых было не только изобилие серебряных, но порой даже золотые монеты.

Потом эта коллекция куда-то рассеялась.

Помню только, что основную часть ее, во главе с моей гордостью, потому что она была самой старинной – двумя копейками Екатерины II, я (в 11 лет!) проиграл двум соседским парням в домино.

Затем была другая коллекция, уже посерьезней.

Третья…

Четвертая…

Ведь шли годы, десятилетия. И жизнь, как бы, делилась на отдельные периоды с переездами в другие города.

Если и было в ней что-то постоянное, так это – упрямое неверие в Бога и состояние греховности, в котором, даже не подозревая этого, жил я тогда.

И вот однажды случайно (это теперь я понимаю, что по Промыслу Божьему!), зайдя в московский клуб нумизматов, я узнал, что, оказывается, существуют и античные монеты!

Это меня поразило.

Тем более, что самой ранней монетой моей тогдашней коллекции была полушка 1735 года.

И более древние, как думалось мне тогда, можно только увидеть в музеях за толстым стеклом.

А тут можно было не только подержать их в руках, но и купить их.

Причем, некоторые, - самые потертые и битые, но которым было по две и более тысячи лет, почти за копейки!

Так, медячки египетского царя Птолемея, можно было приобрести у давно уже покойного старичка профессора-математика, например, за три рубля.

А асс императора Октавиана Августа – за 10.

Что я тогда и сделал.

А потом, взяв сразу несколько подработок, стал трудиться за десятерых.

Не доедал.

Не досыпал.

Отказывал себе во всем.

Ходил в дырявой обуви.

И в итоге собрал весьма приличную коллекцию.

Причем, больше всего меня почему-то привлекали монеты, с красивыми изображениями Зевса, Афины, Аполлона и других языческих божеств, чеканенные до Рождества Христова или, как тогда говорили – до нашей эры.

Очевидно, это было по принципу: чем старше, тем лучше.

Но вот однажды - ты тогда уже уехал в свой монастырь - один наш общий знакомый Аркадий Молчанов[8], он и тогда уже был очень известным историком, и мы, если помнишь, часто, после сомнений и споров с другими специалистами, ходили к нему брать консультацию, так сказать, в последней инстанции, показал мне крошечную медную монетку и сказал, что это – лепта Понтия Пилата.

- А разве он существовал? - удивился я.

Все дело в том, что, начитавшись еще в школе антирелигиозных книг, я был убежден, что Пилат – это просто выдумка древних христиан, а его имя происходит от слова «пиллум» то есть, дротик или метательное копье.

Но нет!

С присущей ему педантичностью и даром убеждения, Аркадий очень подробно рассказал мне о Пилате.

На мой прямой вопрос: верит ли он сам в Бога, тихо, чтобы не слышали другие, но твердо ответил:

- Да, верю. Иначе - что бы тогда я понял в нашей Русской истории, не говоря о Всемирной?..

Поглядел на мое изумленное лицо…

«Надо же ученый с таким именем, а главное поистине великим аналитическим, да и практическим умом – и верит!» - думал тогда я.

И, в следующую нашу встречу принес, не для продажи, а только показать, лепты: Ирода Великого, во время царствования которого произошло Рождество Христово, Ирода Архелая, который также упоминается в Евангелии, монеты финикийских городов Тира и Сидона, денарий Тиберия…

И, наконец, с присущей ему порой академической строгостью посоветовал не читать больше всякую абсолютно несостоятельную, с точки зрения науки, литературу типа «Забавная Библия» и ей подобных, и обратиться, как поступают здравомыслящие люди, к первоисточникам.

Благо это было нетрудно в клубе, даже по тем временам, я буквально тут же достал Новый Завет.

Начал читать его.

Благодаря монетам, многое из описываемого в нем, приобретало реальные, почти зримые и даже ощутимые черты.

Все это трудно описать словами…

Но сам посуди: коль существовал тот же самый Понтий Пилат, коль были Ирод Великий, Октавиан Август, приказавший провести во всем Римском мире перепись и проводивший ее в Сирии, которой подчинялась Древняя Иудея, Квириний, если жили Ирод Архелай, Тиберий, Эдесский царь Абгар, – почему бы не быть тогда и Христу?

Я, если так можно выразиться, ведь это было на первых порах – таким образом больше доверял всему тому, что читал.

И – чудо – многие из монет, на которые я и внимания не обращал раньше, стали теперь самыми главными и желанными.

Причем, на этот раз особенно те – которые были отчеканены после Рождества Христова! Хотя, с радостью приобретал я и те, которые так или иначе были связаны с более ранними библейскими событиями.

Я разглядывал их.

И сердце сладостно замирало от реального подтверждения существования многих людей, городов, исторических дат, о которых я уже знал из Библии.

Особенно мне понравилась тема путешествий святого апостола Павла.

Что ни монета – то материальное подтверждение посещения им самых различных городов и стран: Тарс, Дамаск, Антиохия, Иерусалим, Миры Ликийские, Родос, Регий, Филиппы, Троада, Пергам, Коринф… Да разве все сразу их перечесть?

Можно разве что добавить к этому - лепты прокураторов Феликса и Феста, вершившего над ним суд.

И самое главное, что закончилось это все тем, что я вдруг, незаметно для себя уверовал и… крестился.

Так же, как и тебе – ох, и вспоминал я тебя тогда! - сразу же захотелось всем и везде говорить о вере, о Боге.

Если не мог убедить кого-то словами и цитатами из духовных книг, тогда брал на помощь монеты.

И представляешь, частенько они помогали!

Особенно тем, кто был воспитан дома и советской системой образования материалистом, что называется, до мозга костей и твердил, как я когда-то:

«Я - хирург (математик, химик и так далее) и этим сказано всё!»

Тем же, у кого с детства в семье были бабушки (или, почему-то, как редкое исключение, дедушки), сохранившие ту живую веру, которой из поколения в поколение жили наши предки, и объяснять ничего было не нужно.

Они только смотрели на монеты, радовались тому, что могут увидеть и даже подержать в руках «то самое время» и… укреплялись в своей и без того крепкой вере!

Прошло время.

Как полагается, я и сам понемногу воцерковился.

Стал подпевать на клиросе, потом читать – сначала часы, потом Апостола.

И вот теперь - даже алтарник при нашем храме.

Давняя страсть, слава Богу, прошла.

Не скажу, что безболезненно и так сразу.

Но с годами - улетучилась, словно ее не бывало.

И эту коллекцию я готовлюсь отдать теперь на всеобщее обозрение. Дело в том, что к нам приезжают паломнические группы со всей России. И как только достроят дом, где у нас будет воскресная школа и комната под церковный музей...

«Но, впрочем, что это я все о себе, да о себе? – вдруг оборвал себя на полуслове мой знакомый. – Давно пора перейти уже - и к монетам!»

 

Предыдущая статья:ЗЕМНОЕ О НЕБЕСНОМ Следующая статья:ВЕТХАЯ БЫЛЬ
page speed (0.0139 sec, direct)