Всего на сайте:
303 тыс. 117 статей

Главная | Психология

Психолого-педагогическая помощь  Просмотрен 89

 

Рассмотрим современные тенденции в организации специальной поддержки людей с аутизмом в подростковом и юношеском возрасте.

Первое, что нужно отметить, это осознание специалистами особой важности поддержки семьи в период вхождения подростка с аутизмом во взрослую жизнь. Как уже обсуждалось, в это время его близкие, вроде бы уже смирившиеся со сложностями своей жизни и адаптировавшиеся к ним, могут снова испытать стресс, сравнимый с их переживаниями в момент постановки диагноза ребенку. Это время может переживаться ими как подведение итогов многолетней «борьбы» за нормализацию его развития и социализацию. Если они оцениваются близкими как неудовлетворительные, даже самые преданные и стойкие родители, осознавая невозможность подготовки подростка к самостоятельной взрослой жизни, могут пережить тяжелый кризис, потерю веры в свои силы, в благополучное будущее своего ребенка.

Специалист в этом случае тоже оказывается в очень трудной ситуации. Зарубежный опыт показывает, что в наибольшей степени успешной социализации повзрослевших детей с аутизмом способствует создание специальных социальных ниш. Это семейные дома, места профессиональной подготовки и деятельности, отдыха, творчества и общения, где они, с разной степенью поддержки и интеграции в нормальную среду, могут осмысленно реализовать себя. В России такая система организации психологической и социальной поддержки человека с последствиями детского аутизма в настоящее время не создана.

Поэтому мы не можем успокоить родителей, сказав им: ваш взрослеющий ребенок может достичь разной степени самостоятельности, для него существуют разные варианты возможностей социальной адаптации, и при этом в любом случае его жизнь будет осмысленной – он будет ощущать свою ценность и испытывать симпатию окружающих. Так же как и близкие, мы понимаем, что будущее таких детей у нас во многом зависит от различно складывающихся обстоятельств.

Беспомощность родителей в это время часто проявляется в том, что ребенка просто оставляют в покое. Как раз в этот период он, как было сказано выше, оканчивает школу или переходит на надомное обучение, и отпадает необходимость ежедневной мобилизации для поддержания уже сложившейся колеи социальных взаимодействий, теперь можно остаться дома и передохнуть. Временно всем действительно становится легче, однако на внешние обстоятельства накладываются и внутренние – характерное для такого ребенка в подростковом возрасте снижение активности.

Это начинает тревожить близких, со временем ребенок может активно сопротивляться попыткам вывести его из дома, и чем дальше, тем труднее уговорить его это сделать.

Могут теряться не только интересы, но и, казалось бы, отработанные бытовые навыки, становится трудно заставить его чем-то заняться, обслужить себя, вообще встать утром и привести себя в порядок. Назревают домашние конфликты, общая ситуация постепенно ухудшается.

Поддерживая ребенка и его близких в этот период жизни, специалист должен попытаться уберечь их от подобного хода событий. Этому может помочь само осознание, что временное облегчение жизни всей семьи из-за домашнего уединения ребенка может обернуться новыми проблемами, что вредная для каждого ребенка изоляция и социальная депривация в данном случае особенно губительны. Опыт показывает, что прогноз дальнейшего социального развития в значительной степени зависит от жизненных установок всей семьи, от того, ставятся ли перед подростком в это время новые жизненные задачи, имеет ли он возможность выхода в более сложную социальную среду. Такая возможность иногда значит даже больше, чем уровень психического и социального развития, достигнутого им к подростковому возрасту. Мы видели, как в условиях социальной депривации останавливаются в своем развитии достаточно «перспективные», высокоинтеллектуальные дети и как продолжается социальное развитие исходно более проблемных, но решающих реальные жизненные задачи в мобилизующей и стимулирующей среде.

Другой реакцией и профессионалов, и близких в это время подведения итогов может стать радикальное изменение установок коррекционной работы. В этом случае ребенка не оставляют в покое, но на первый план выходят конкретные и практические задачи сегодняшнего дня, а не работа на будущее, на длительную перспективу психического и социального развития ребенка.

Прагматический подход стремится, с одной стороны, приспособить ребенка к существующей ситуации, натренировать необходимые бытовые, социальные, коммуникативные, профессиональные навыки. С другой стороны, делаются попытки приспособить ситуацию к возможностям ребенка – упростить ее настолько, чтобы ребенок мог самостоятельно к ней адаптироваться.

Безусловно, это крайне необходимое направление работы; в то же время опыт показывает, что потенциал психического и социального развития ребенка с аутизмом к подростковому возрасту не исчерпывается. Ограничение помощи адаптацией ребенка к стереотипным, специально созданным для него условиям в своем крайнем выражении тоже может иметь следствием его социальную депривацию.

Мы видим, как уже вполне взрослые люди с аутизмом продолжают продвигаться в осмыслении картины мира, постепенно достигают большей активности и гибкости в отношениях с ним, начинают использовать отработанные навыки социально-бытовой адаптации в новых ситуациях, учатся понимать себя и других людей, строить с ними более сложные и адекватные отношения. Это движение вперед возможно, если они получают разнообразные впечатления, имеют стимулы к освоению нового, накапливают жизненный опыт и имеют специальную психологическую поддержку в его осмыслении.

Здравый смысл подсказывает, что между развивающим и приспосабливающим направлениями психологической помощи в каждом отдельном случае должен быть найден разумный компромисс. Рассмотрим далее опыт, накопленный специалистами в разрешении этих взаимодополняющих задач.

 

Предыдущая статья:Межличностные связи и социальные взаимодействия Следующая статья:Выработка навыков социальной жизни
page speed (0.2283 sec, direct)