Всего на сайте:
248 тыс. 773 статей

Главная | Литература

Восход Орды, Глава 22, Может ли нечто быть одновременно благословением и проклятием? Избав..  Просмотрен 43

  1. Восход Орды, Глава 10, Я никогда так не гордился моим отцом, пока Дректар не рассказал мне..
  2. Восход Орды, Глава 11, Нерзул... Гулдан. Два из темнейших имен, омрачающих историю моего н..
  3. Восход Орды, Глава 12, Все мы слабы, в одном или в другом. И то не зависит от рода. Иногда..
  4. Восход Орды, Глава 13, Почему мы не заметили этого? Как легко переложить вину на харизмати..
  5. Восход Орды, Глава 14, Рассказывая мне обо всем этом, Дректар плачет; слезы капают из глаз..
  6. Восход Орды, Глава 15, Дректар рассказывал ломаным голосом, как рушилась слава, разрушалас..
  7. Восход Орды, Глава 16, Теневой Совет. Даже сейчас, спустя столько лет, мы так мало знаем..
  8. Восход Орды, Глава 17, Дом. Какой бы ты расы ни был, это слово, его смысл, наполнит твое..
  9. Восход Орды, Глава 18, Я представитель второй волны шаманов, ровно как и лидер второго, и,..
  10. Восход Орды, Глава 19, Я горжусь своим наследием. Я горжусь тем, что могу назвать Дуротана..
  11. Восход Орды, Глава 20, Я расспрашивал многих очевидцев падения города Шаттрат. Когда я про..
  12. Восход Орды, Глава 21, C этого момента мы потеряли все. Мы отвернулись от баланса и гарм..

 

Может ли нечто быть одновременно благословением и проклятием? Избавлением и обречением? За оные я держу случившееся далее в истории моего народа. Демонические энергии, используемые столь свободно и без оглядки на цену, которую приходилось платить, вытянули все дающее жизнь из мира Дренор. Кил'джеден хотел увеличить число орков, чтобы мы стали внушительной армией, и этого он добился, ускорив рост наших юнцов и лишив их детства. И теперь численность орков больше, чем когда-либо, и нет способа накормить голодных. Мне ясно, как, должно быть, было ясно и всем, пережившим те страшные времена, что останься мы на Дреноре, раса наша вероятнее всего вымрет.

Но то, как мы ушли... и почему мы ушли... этот мир все еще кровоточит от причиненной ему раны. Я делаю все, чтобы исцелить ее, в то же время следуя интересам новой Орды, мною созданной, но я не знаю, исцелятся ли когда-либо эти раны.

Жизнь для моего народа - благословение. То, как мы получили ее - проклятие.

* * *

Теневой Совет нервничал, почти так же отчаянно, как Гул'дан после исчезновения Кил'джедена. Но теперь у них было направление, в котором стоило двигаться. Гул'дан созвал Совет и поведал им о словах таинственного незнакомца, назвавшегося Медивом. Он говорил о плодородных землях, чистых водах, здоровых животных, покрытых лоснящейся шерстью. И он говорил еще более возбужденно о созданиях, рекомых "людьми", которые сражаются достаточно хорошо, чтобы оказать достойное сопротивление, но которые неизбежно падут пред превосходством Орды.

"Еда, вода, убийства. И могущество тем, кто согласится помочь воплотить это в жизнь", - произнес Гул'дан искушающим голосом, чуть ли не мурлыкая. Он все верно рассчитал. Их глаза, некоторые - красные и сияющие, иные - все еще коричневые и внимательные, принадлежали ему, и он видел надежду... и жадность... на их лицах.

Работа началась.

Сперва они должны привлечь внимание голодающей Орды. Гул'дан прекрасно знал о том, что с уменьшением запасов еды и сжигающей жаждой насилия, не получавшей выхода, орки принялись нападать друг на друга. Он сподвиг Чернорукого разослать указания во все кланы, приказывая лучшим воинам сражаться один на один или в небольших группах на виду у всех. Победители получают еду проигравшего клана, а также запас чистой воды, не говоря уже о чести и славе. Стремясь к чему-то - чему бы то ни было - притуплении боли от голода, к еде и крови, орки одобрили предложение и у Гул'дана камень с души свалился. Медив хотел получить армию, чтобы атаковать людей. Так не пойдет, если орки перебьют друг друга еще до вторжения.

Дуротан продолжал доставлять ему неприятности. Лидер клана Снежных Волков, наверняка осмелевший от того, что Гул'дан не прикончил его в ночь атаки Шаттрата, начал высказываться более публично. Он назвал искуственно организованные сражения унижающими. Он призывал изыскать способ исцелить землю, чуть ли не в открытую обвиняя чернокнижников в ее состоянии. Другими словами, он чуть-чуть не переходил границу дозволенного, порой все же заступая за нее.

И, как и всегда, кое-кто прислушивался к его словам. Клан Снежных Волков был единственным, кто не отведал крови Маннороха, но были и иные орки низкого положения, отказавшиеся от нее. Больше всего Гул'дана беспокоил Оргрим Роковой Молот. Этот может создать неприятности. Оргриму никогда особенно не нравился Чернорукий и однажды он может что-нибудь предпринять в этом направлении. Сейчас он не становился открыто на сторону Снежных Волков, и был одним из постоянных победителей в организованных сражениях.

Видения продолжались. Медив точно знал, чего хотел: портал между двумя мирами, который может быть создан Теневым Советом и его чернокнижниками с одной стороны, и Медивом и подконтрольной ему магией - с другой.

Подобное не удержать в тайне; портал должен быть достаточно большим, чтобы армии, необходимые Медиву, смогли пройти в него. Кроме того, в Орде царили упаднические настроения. Возбуждение и азарт сражений на аренах, а также созидание портала с подобающими церемониями даст им то, на что стоит обратить внимание.

Медиву идея понравилась. В одном видении он принял облик большой черной птицы, уселся на руке Гул'дана. Когти вонзились в его плоть, черно-красная кровь побежала по зеленой коже, но боль казалась... доброй. К ножке птицы был приторочен маленький клочок бумаги. В видении своем Гул'дан развернул его и увидел рисунок, заставивший его застыть в изумлении. Проснувшись, он перенес его на большой лист пергамента.

Он оглядел рисунок, глаза его горели предвкушением.

"Красиво", - промолвил он.

 

* * *

 

"Не понимаю, чем ты недоволен", - сказал Оргрим, когда он и Дуротан восседали на своих волках, наблюдая за строительством того, что Гул'дан называл Порталом. Всюду, куда бы не поглядел Дуротан, трудились орки. Мужчины были обнажены по пояс, женщины - примерно так же, и зеленая кожа их блестела от пота под солнцем, опаляющим землю. Некоторые их них, работая, орали боевые кличи, иные сосредоточенно молчали. Дорога к этому плато, бежавшая практически по прямой линии от структуры, именуемой ныне Цитаделью Адского Огня, была уже расчищена, и необходимое для строительства оборудование можно было перемещать достаточно легко.

Форма четырех платформ была основана на концепции дренеи. Ирония сего не ускользнула от Дуротана. Изначальная концепция была изменена, увенчала теперь уже знакомыми шипами и острыми углами, отличающими нынешнюю орочью архитектуру. Но Дуротан помнил, как мальчишкой поднимался по подобным ступеням, а затем поднимался по ним вновь с намерением убить всех, кто окажется наверху. Два обелиска возносились в небо, подобно острым копьям, и статуя Гул'дана венчала третий.

Но самым запретным из всех был четвертый, установленных на некотором отдалении от трех остальных.

Он был истинной основой Портала, что обязательно возникнет, как обещал им Гул'дан. Две огромных каменных плиты стояли вертикально, третья лежала между ними, образуя самые грубые ворота. На камнях стали проявляться формы, с двух сторон - закутанных в робы фигур, над которыми реяло некое подобее змеи.

"Разве это не лучше, чем позволять им приезжать в твой лагерь и позволять убивать членов твоего клана?" - продолжал Оргрим.

Дуротан кивнул. "Это так, в некотороым смысле", - сказал он. - "Но мы до сих пор не знаем, куда ведет этот портал".

Оргрим обвел рукой безжизненную землю. Полуостров Адского Огня был одной из самых поврежденных областей мира, но далеко не единственной. "А есть разница? Мы знаем, откуда этот портал".

Дуротан хмыкнул с намеком на веселье. "Думаю, в этом ты прав".

Он чувствовал на себе пристальный взгляд серых глаз Оргрима. "Дуротан... Я раньше не спрашивал у тебя об этом, но... почему ты не позволил своему клану испить пойла, которое предлагал Гул'дан?"

Дуротан поглядел на своего друга и ответил вопросом на вопрос. "А сам почему не пил?" - поинтересовался он.

"Было в этом что-то... неправильное", - вымолвил наконец Оргрим. - "Мне не понравилось, что оно творит с другими".

Дуротан пожал плечами, надеясь, что друг его не будет слишком углубляться в тему. "Я почувствовал то же, что и ты".

"Может быть", - протянул Оргрим, но вопросов больше не задавал.

Дуротан не видел необходимости делиться тем, что узнал сам. Он смог защитить свой клан от ужасов, что сотворила бы с ними демоническая кровь. Он открыто противостоял Гул'дану, и пока что никаких карательных действий со стороны того не последовало. И у Оргрима, хвала предкам, хватило мудрости осознать, что там что-то не так, и тоже отказаться. Пока что этого было достаточно для Дуротана, сына Гарада, вождя клана Снежных Волков.

"Я сражаюсь сегодня", - сказал Оргрим, меняя тему. - "Ты придешь?"

"Я знаю, что ты делаешь это ни ради славы, а для своего клана", - вымолвил Дуротан. - "Ты сражаешься, чтобы выиграть для них еду и воду. Но я не покажусь на этих... действах. Орки не должны сражаться с орками. Даже в ритуальных боях".

Оргрим вздохнул. "Ты не изменился, Дуротан. Ты всегда боялся, что я одолею тебя".

В голосе его слышалось веселье. Дуротан обернулся и, впервые за много-много долгих месяцев, открыто и тепло улыбнулся.

* * *

День настал.

Ночью, пока кольцо чернокнижников зорко следило, чтобы ни один любознательный прохожий не стал свидетелем темного ритуала, несколько каменьщиков трудились изо всех сил, вырезая последнюю печать на основании портала. Как только они закончили, вытирая пот с лиц и улыбаясь друг другу, их быстро убили. Кровь тех, кто создал печать, напитает ее энергией, как поведал Гул'дану Медив. У Гул'дана не было причин сомневаться в мудрости своего нового союзника. Но несчастные каменщики - не последние, кто умрут здесь.

Заря была недоброй, алой и оранжевой, а воздух - тяжелым и затхлым. Возведение портала закончилось уже несколько дней назад, и теперь завершались остальные задачи. Военные машины, что опустошили Шаттрат несколько месяцев назад, были снова приведены в действие, починены, смазаны маслами и проверены в действии. Старую броню полировали, мечи острили, ковали распрямляли вмятины на нагрудниках и шлемах.

Великая армия орков, нанесшая столь сокрушительный удар дренеи, вновь приводилась в боевую готовность.

Нескольким кланам наказали остаться. Гул'дан приложил все усилия, чтобы убедить вождей Отрубленной Руки, Теневой Луны, Повелителей Грома, Кровоточащей Раны и Смеющегося Черепа в необходимости их здесь. Сложнее всего оказалось убедить Грома и Песнь Войны. Какое-то мгновение, когда вождь ревел на него, Гул'дан задумался, правильно ли поступил, дав ему отведать демонической крови. Больше остальных утрачивал он контроль над своими эмоциями; несмотря на лесть Гул'дана о том, сколь ценен Гром для него и как нужен он здесь, именно дикость и непредсказуемость Грома были причинами, по которым Гул'дан хотел оставить его. Он не мог рисковать, вдруг Грому в голову придет какая-нибудь безумная идея и он не подчинится приказам. Медиву это не понравится, очень не понравится.

Чернорукий приказал всей Орде собраться у Цитадели Адского Огня. В течение последних нескольких дней некоторые кланы, вернувшиеся на свои исконные земли, в числе их и Снежные Волки, перебрались к оной и разбили лагеря в окрестностях. Они подчинились приказу вооружиться, будто отправляются в бой, хотя лишь немногие понимали, что происходит на самом деле.

Один за одним, собрались все кланы. Представители каждого из них опоясались изукрашенными поясами своих традиционных цветов, надев их на доспехи, и в этот жаркий ветреный день стяги их гордо реяли.

Гул'дан и Нер'зул глядели на собравшихся. Гул'дан обратился к своему бывшему наставнику: "Ты и твой клан будете среди тех, кто останется", - коротко бросил он.

Нер'зул кивнул, почти что смиренно. "Как я и предполагал", - молвил он. Он мало говорил в эти дни, что Гул'дана вполне устраивало. Но предполагал, что старейший орк может попытаться вырвать у него власть после того, как Кил'джеден их оставил, но вероятно Нер'зул был слишком сломлен, чтобы сделать даже это. Гул'дан с презрением вспомнил недавние времена, когда он боготворил Нер'зула и завидовал ему. Каким глупцом он был! Он мудрел и учился, даже горечью лжи. Хотя были времена, когда ему казалось, будто в глазах Нер'зула что-то сверкало, как сейчас. Он вперил пронзительный взор в старейшего орка и решил, что это все-таки просто отблеск света.

Вернув свое внимание собравшимся кланам, он улыбнулся.

Даже если замыслы его простирались куда дальше простого кровопускания, он не мог сдержаться и не выразить восхищения увиденным. Они были великолепны! Безжалостное солнце сверкало на их доспехах, их стяги реяли на ветру, их зеленые лица сияли в предвкушении. Если все будет так, как обещал Медив, эта минута окажется поворотной пред грядущим величием.

Послышался барабанный бой. Глубокий, древний, он разносился по земле, проникал через скалы, достигая сердец Орды. Многие откинули головы назад и взвыли, начав двигаться, попадая в шаг друг с другом, вновь как единый народ.

Сам Гул'дан и шагу не сделал. Когда все они соберутся у Портала, его магически переправят туда иные чернокнижники. Он мог наслаждаться видением парада своего войска, топавшего по широкой ровной дороге к Порталу.

* * *

Перед Порталом стоял ребенок дренеи.

Где они отыскали его? Дуротан вообще не видел дренеи в последние месяцы, как и все остальные. Должно быть, они считают великой удачей то, что разыскали дренеи, да еще столь юного.

Они шли впереди толпы наряду с кланами Повелителей Грома и Драконьей Утробы. Возведение врат Портала завершилось, и были они прекрасны и пугающи одновременно. Две облаченные в балахоны фигуры, глаза которых сияли алым под воздействием магии или искусной технологии, обрамляли зев. Вырезанное в камне змееподобное создание венчало верх, пасть его, усеянная острыми зубами, была широко открыта. Оно вытягивало длинные когти, как у ящерицы, а по длинной шее его и телу спускался гребень. Дуротан никогда не видел никого подобного, и подивился, как мысль изобразить такое создание пришла в головы каменщиков. Может, кошмаром навеяло? Он хмыкнул. Вообще-то, конструкция весьма впечатляла.

Но он лишь мельком оценил умения тех, кто создал эту структуру. Взгляд его был прикован к юному дренеи. Он касался таким маленьким на фоне огромной арки - маленьким, худеньким и израненным. Он глядел отсутствующим взглядом на море орков, воющих на него, и был настолько за пределами испуга, что, наверное, не чувствовал больше ничего.

"Что они собираются сделать с ним?" - вслух поинтересовалась Драка.

Дуротан покачал головой. "Я боюсь худшего", - сказал он.

Она взглянула на него. "Я видел, как некоторые убивали детей в бою", - молвила она. - "Они были охвачены жаждой крови - я не одобряю этого, но понимаю, как такое может случиться, но наверняка они не собираются использовать этого ребенка в ритуальном жертвоприношении!"

"Надеюсь, ты права", - ответил Дуротан, но никакой другой причины присутствия малыша он придумать не мог. Если это действительно так, он не сможет просто стоять и смотреть. Но он не желал вреда своему клану, и надеялся, что ошибается.

Чернокнижники произносили какое-то заклинание и, к изумлению Дуротана, прямо перед его глазами возник Гул'дан. Орда зашепталась, и Гул'дан благосклонно улыбнулся оркам.

"Сегодня - великий день для орков!" - возвестил он. - "Вы все видели, как строился этот Портал, восхищались искусством каменщиков и олицетворением его как славы Орды. Сегодня я открою вам посещавшие меня видения!"

Он указал на врата. "Далеко-далеко отсюда, в землях под названием Азерот у меня есть союзник. Он предлагает нам землю. Она зелена и плодородна, полна чистых вод и жирной дичи, на которую можно охотиться. Но самое лучшее, мы продолжим возносить славу кровопролития. Раса под названием "люди", враги нашего союзника, попробуют воспрепятствовать нам получить земли. Мы уничтожим их. Их темная кровь обильно обагрит наши мечи. Так же, как мы уничтожили дренеи, теперь мы уничтожим и людей!"

Поднялся радостный крик. Драка недоверчиво покачала головой. "Как они все могут продолжать делать это? Неужто они не понимают, что и новая земля пострадает так же, как и наша, если мы продолжим движение по этому пути?"

Дуротан согласно кивнул. "Но, в то же время, выбора нет. Нам нужна еда, вода. Мы должны войти в этот Портал". Драка вздохнула, видя в утверждении логики, но все равно ей это не нравилось.

"Прямо сейчас союзник наш пытается открыть Портал со своей стороны. А теперь, приступим и мы". Он указал на маленького пленника-дренеи. "Кровь - чистое подношение тем, кто дарует нам эти великие силы. А кровь ребенка еще чище. Кровью наших врагов мы откроем Портал и ступим в славный новый мир, начав новую страницу в истории Орды!"

Он приблизился к связанному ребенку, который глядел на него пустыми глазами. Гул'дан поднял инкрустированный драгоценностями кинжал. Он засиял в солнечном свете.

"Нет!"

Слово сорвалось с губ Дуротана. Все обернулись к нему. Он выступил вперед. Если это новое начинание начнется с крови невинного ребенка, ничего хорошего из него не выйдет. Он и трех шагов не сделал, как его толкнули и он тяжело упал на выжженную солнцем землю. В то же мгновение он услышал боевой клич Драки и удары металла о металл, когда она бросилась в атаку.

Разразился хаос. Он поднялся на ноги и увидел лежащего на земле ребенка. Синяя кровь хлестала из его перерезанного горла.

"Гул'дан, что ты сделал с нами!" - прокричал Дуротан, но протест его был заглушен ревом взъярившейся толпы орков. Снежные Волки бросились на защиту своего вождя, и звуки сражения стали оглушительны. Дыхание было выбито из Дуротана, когда атаковавший его - непонятно, из какого клана - продолжил схватку. Дуротан взмахнул топором. Противник пригнулся, двигаясь быстрее, чем ожидал Дуротан, бросился на него, и...

Тон криков внезапно изменился, когда земля затряслась у них под ногами и глубокий резкий звук пронзил тела до костей. Сражение прекратилось и орки, как один, уставились на Портал. Еще несколько секунд назад между колоннами можно было видеть лишь земли полуострова Адского Огня. Теперь же там была чернота и россыпь звезд, как будто они глядели в безумное ночное небо. Даже Дуротан впечатлился увиденным. Но пред очами его чернота засияла и обратилась в то, что испугало и озадачило его.

Гул'дан говорил о прекрасной земле, богатой откормленной дичью, плодородными полями, голубыми небесами. Дуротан и в самом деле глядел на землю, никогда не виданную ранее, но она была слишком далеко от идеальной картины, описанной Гул'даном. Там было так ужасно сыро, как и ужасно сухо в Дреноре. Тяжелое марево висело над омерзительными водами и раскачивающейся болотной травой. Жужжание и писк наполняли воздух. По крайней мере, подумалось Дуротану, в этом странном месте была жизнь.

Недовольный шепоток пробежал по толпе. И это туда Гул'дан хотел отправить их? На первый взгляд, ничем не лучше их собственного мира. Но опять же, понял Дуротан, вода означала жизнь. Хоть небо было оранжевым, а не голубым, а земля - болотистая, а не полная цветов и лугов, там можно было жить.

Он оглянулся на Гул'дана, а недовольным ропот все усиливался. Гул'дан определенно пытался скрыть свой собственный шок. Он замахал руками, призывая к молчанию.

"Азерот - большой мир, как и наш!" - выкрикнул он. - "Вы знаете, как может отличаться земля в одном месте от другого. Я уверен, что так и там. Это место... не выглядит столь приглашающим, как мне..." Он запнулся, явно приходя в себя от изумления. "Но глядите, это действительно новая земля! Она реальна! Вы!"

Гул'дан указал на два десятка орков в полном боевом облачении, замерших у Портала. Они обернулись к нему. "Вы избраны стать первыми, кто ступит на новую землю. Вперед же, во имя Орды!"

Орки колебались всего секунду, а затем самоотверженно побежали к Порталу.

Изображение в нем исчезло.

Дуротан обернулся, чтобы вновь взглянуть на Гул'дана. Чернокнижник прилагал все усилия, чтобы казаться спокойным, но он был слишком возбужден для этого.

"Они наши лазутчики", - молвил Гул'дан. - "Они вернутся с вестями об этом мире".

И не успели собравшиеся орки начать беспокоиться, изображение болота появилось вновь и орки выбежали из него. Они улыбались до ушей. Больше, чем половина их тащила тела больших животных. Одно из них было какой-то рептилией, чешуйчатой, хвостатой, с короткими ногами и огромной челюстью. Иное было четвероного, длиннохвосто и мохнато, ноги его заканчивались копытами, голову венчали небольшие круглые ушки, а желтый, лоснящийся мех усеивали пятна. Обе твари явно были хорошо откормлены.

"Мы убили и съели оба вида животных", - сказал лидер лазутчиков. - "Плоть их съедобна. Вода там чиста. Нам не нужна красивая земля. Нам нужна та, которая может приютить нас и прокормить. Азерот даст нам все это, Гул'дан".

В толпе вновь поднялся гул. Невольно взгляд Дуротана упал на животных, принесенных лазутчиками, и в желудке у него заурчало. Он ел последний раз два дня назад.

Гул'дан заметно расслабился. Он поглядел на Дуротана и глаза его сузились. Дуротан почувствовал горький комок в горле.

В нем и его клане нуждались. Он знал это. Знал он также, что защита им ребенка - и реакция иных кланов, многие из которых встали на защиту Снежных Волков - не будет забыта. Он подозревал, что Гул'дан прикажет казнить его или изгнать, но, похоже, Дуротан и Снежные Волки еще играют какую-то роль в замыслах Гул'дана и Чернорукого.

Да будет так. Сейчас он будет сражаться вместе с сородичами. А завтра придет час позаботиться о себе самом. Каков бы ни был исход, Дуротан знал, что умрет с непосравмленной честью.

Гул'дан вновь обратился к толпе ожидающих орков и сделал глубокий вдох.

"Вот и настал момент судьбы", - промолвил он.

- "С другой стороны ждет новое начало. Новый враг, которого надлежит разгромить. Вы чувствуете это, так ведь? Жажда крови одолевает вас? Следуйте за Черноруким! Слушайте его приказы и будет править миром по праву! С той стороны Портала - ваш мир! Возьмите его !"

Крики были оглушительны. Толпа устремилась вперед. Даже Дуротан обнаружил, что сердце его забилось быстрее в предвкушении нового мира, столь плодородного и богатого и готового к захвату. Возможно, опасения его необоснованы; возможно, это и в самом деле новое начало. Дуротан любил свой клан, любил свой народ. Он хотел видел, как они процветают. И он, как и все остальные орки, наслаждался убийством.

Возможно, все будет хорошо.

Сжимая топор в руке, с надеждой в сердце Дуротан вместе со своим народом бежал к Порталу, к месту, рекомому Азеротом. Он воздел свои руки и подхватил крик, срывающийся с губ каждого орка, бегущего вперед:

"За Орду!"

 

Эпилог

 

Вот так наш народ начал жизнь в этом мире по имени Азерот. Мы вырвались из Портала словно сама смерть, потоком обезумевших от крови убийц в поиске бойни, так что неудивительно, почему многие люди так нас ненавидят даже до сих пор. Но, возможно, эта летопись, написанная мной, будет однажды прочитана людьми, эльфами, гномами и дворфами. Возможно, они хоть немного поймут, что мы тоже испытали страдания и гонения.

Подозрение моего отца, что он и его клан станут изгнанниками, оказалось верным, Гул'дан сослал их вскоре после того, как клан Снежных Волков вошел в Азерот. Они были вынуждены обосноваться в суровых горах Альтерака. Белые волки, которые до сих пор охотятся в том месте, пришли туда вместе со Снежными Волками, последовав за моим кланом через Портал - их преданность нельзя было поколебать речами того, кто затаил злобу.

Когда родился я, мой отец понял, что он обязан рассказать другим оркам все, что знал о том, что произошло с ними. Он отправился к своему старому другу, Оргриму Роковому Молоту, который поверил ему и мог бы объединиться с ним, если бы моего отца коварно не прикончили. Когда я вырос, я стал другом Оргрима, как когда-то им был мой отец; и именно я исполнил пророчество Рокового Молота.

В их честь эту землю называют Дуротаром, а наш самый великий город - Оргриммаром. И я надеюсь, что...

 

* * *

 

"Мой вождь!" Сильный, грубый голос принадлежал Эйтриггу.

Тралл остановился в середине предложения, убрав перо, чтобы с него не капало на пергамент. "Что случилось?" спросил он старого орка, который был одним из его самых верных советников.

"Есть новости - новости из Альянса. Один из наших информационных собирателей узнал нечто, что, как он настаивает, Вы должны узнать только от него".

Тралл не любил слово "шпион", но, тем не менее, у него были шпионы, поскольку он был уверен, что в свою очередь и у Джайны Праудмур были свои шпионы в его землях. Это было так предсказуемо, и часто приносило свои плоды. Однако когда его собиратель настаивал на личной встрече с Траллом, как сейчас - это было большой редкостью. Значит, в самом деле, случилось что-то важное.

"Пригласите его и оставьте нас", приказал он. Эйтригг кивнул и через мгновение был введен маленький, худой, невзрачный человеческий мужчина. Он выглядел изнуренным, недокормленным и напуганным.

Тралл без раздумий встал в свой полный внушительный рост, но затем он понял, что это могло напугать человека. "Вы хотите еды или питья?" спросил он, пытаясь говорить как можно нежнее.

Шпион потряс головой, а затем добавил ломаным голосом: "В-воды, пожалуйста,". Сам военный вождь налил кубок и вручил его человеку, который жадно все проглотил одним глотком, вытерев затем свой рот рукой.

"Прими мою благодарность, военный вождь", сказал шпион, выглядевший уже немного более успокоившимся.

"Что случилось?" спросил Тралл.

Человек побледнел. Тралл вздохнул про себя. Он никогда не был столь безжалостным - или столь глупым - чтобы убивать посыльных лишь за то, что они принести плохие вести. Такое поведение просто отбило бы у всех охоту служить посыльными. Он улыбнулся, как он надеялся, успокаивающе для человека.

"Не бойтесь. Ваши новости, хорошие или дурные, все равно долгожданны, коли они помогут мне защитить мой народ", заверил он.

Человек взял себя в руки. Он глубоко вздохнул.

"Мой лорд", начал он. Он запнулся, и затем мрачно продолжил, "дренеи пришли в Азерот".

Тралл был озадачен. Он обменялся взглядом с Эйтриггом, который просто пожал плечами.

"Несколько дренеи было в Азероте уже в течение многих лет", сказал он. "Их прозвали Потерянными. Мы знаем о них. Это не новость для нас, мой друг".

Человека словно прорвало. "Вы не поняли", стал он настойчиво объяснять. "Не те патетические существа - а дренеи ! Там - там было судно. С небес. Оно упало словно адский камень две ночи тому назад".

Тралл затаил дыхание. Никто в Калимдоре не мог не заметить, как странный объект в ночном небе, похожий на звезду, с грохотом обрушился на землю. Так это... не было никакой звездой, ни даже инферналом. Это было судно....

Человек продолжал. "Праудмур согласилась помочь им. Среди них есть один - бледный, благородный, он ими командует, хотя физически он не силен. Они зовут его Велен".

Тралл изумился. Дренеи? Пророк Велен? Здесь?

Он медленно опустился на свой стул, поскольку до него дошел полный смысл всего происходящего.

Худший враг, которого когда-либо знали орки, прибыл в Азерот. И он входил в Альянс.

Как теперь возможен мир между Ордой и Альянсом?

"Да спасут нас предки", прошептал Тралл.

Предыдущая статья:Восход Орды, Глава 21, C этого момента мы потеряли все. Мы отвернулись от баланса и гарм.. Следующая статья:ИГРАЕМ С ГЛАГОЛАМИ
page speed (0.0427 sec, direct)