Всего на сайте:
303 тыс. 117 статей

Главная | История

РАССКАЗ 3 страница. Знай — состраданье близких ненадежно. Кто долю здесь для будущ..  Просмотрен 285

  1. РАССКАЗ 2 страница. Ввек не испить до дна нам горькой чаши, Коль не убьют царя про..
  2. РАССКАЗ 4 страница. Пересекает степи, словно море. Ответил вестнику румийский шах:..
  3. РАССКАЗ 5 страница. Всех этих мук снести я не могу. И прочь — увы! — уйти я не мог..
  4. РАССКАЗ 6 страница. И мотылек ответил: «О глупец, Пусть я сгорю, не страшен мне конец...
  5. РАССКАЗ 7 страница. «Смерть мне!» — вопил он, но не умирал И никому покоя не давал..
  6. РАССКАЗ 8 страница. Всю жизнь он воевать был принужден, Был город им и округ защищ..
  7. РАССКАЗ 9 страница. Тот воровать пошел. Его поймали, Сломали руку, всё на нем порвали...
  8. РАССКАЗ 10 страница. Затем приказы шаха исполнял. Когда хараджа сборщик, стыд утрат..
  9. РАССКАЗ 11 страница. В чертоге мира вечные лампады. Он золото рождает из песка И ..
  10. РАССКАЗ 12 страница. А друг хотел последовать ему. И некто мудрый из укрытья вышел,..
  11. РАССКАЗ 13 страница. Нет проку в богоборчестве моем. И мудрость не от мысли мне яви..
  12. РАССКАЗ 14 страница. Сам — легендарный богатырь, дед Рус­тама. Такаш — так называли сул..

Знай — состраданье близких ненадежно.

 

Кто долю здесь для будущего взял,

Тот счастья мяч перед собой погнал.

 

Ничья молитва душу не утешит,

И всяк своей рукою спину чешет.

 

Все, что имеешь — миру открывай,

И в землю, словно клад, не зарывай.

 

Блажен, кто в стужу бедняка укроет,

Грехи того творца рука прикроет.

 

От двери прочь скитальца не гони,

Чтоб не скитаться в будущие дни.

 

Мудрец, благодеяний грех чуждаться!

Твори добро, чтоб после не нуждаться.

 

Иди, давай бальзам больным сердцам,

Кто знает — вдруг больным ты будешь сам.

 

Иди, врачуй горенье ран душевных,

Не забывай о днях своих плачевных.

 

Давай просящим у твоих дверей,

Ведь ты не нищий у чужих дверей.

 

* * *

 

Ты сироту ребенка приюти,

Как сына, щедрой тенью защити,

 

Занозу вынь ему, омой от пыли,

Росток погибнет, что корней лишили.

 

Коль сироту увидишь пред собой,

С опущенною низко головой,

 

Ты не ласкай пред ним своих детей.

Кто сироту утешит средь людей?

 

Он плачет! Кто ему осушит слезы?

Он зол, кто стерпит сироты угрозы?

 

Страшись! Когда рыдает сирота,

Колеблется над миром высота.

 

Склонись к нему, о мудрый, милосердный,

Утешь его, ходи за ним усердно.

 

Он сень утратил — отчую семью;

Взлелей его, прими под сень свою.

 

Я был превыше венценосцев мира

В объятиях отца, на лоне мира.

 

Не смела муха моего лица

Коснуться перед взорами отца.

 

Теперь один я. Если враг нагрянет,

Моим уделом плен и рабство станет.

 

Утратив сень родную с детских лет,

Изведал долю я сиротских бед.

 

* * *

 

В пути у плачущего сироты

Колючку некто вынул из пяты,

 

И Пиру он Худжантскому приснился,

Что вечный сад за то пред ним открылся.

 

Кто милосердия путем идет,

Тот вечных удостоится щедрот.

 

Не сделав дела доброго, не чванься, —

Я — первый, мол, а ты за мной останься!

 

Когда судьба стрелой своей разит,

Она — как знать — и меч свой обнажит.

 

Ты — царь, ты видишь тысяч поклоненье,

Так возноси творцу благодаренье,

 

Что одаряя тысячи людей,

Ты сам не ищешь помощи ничьей.

 

А щедрость — шахское, по слухам, свойство;

Нет! Лгу я, — то высоких духом свойство!

 

РАССКАЗ

 

Слыхал я: у Халила две недели

Покои дома без гостей пустели.

 

А благородный муж не ест, не пьет,

Ждет: странник бедный, может быть, придет.

 

Он дом покинул, за оазис вышел,

И вот — шаги в степной тиши услышал.

 

И видит: странник по степи пустой

Идет один — согбенный и седой.

 

Халил ему навстречу устремился

И с ласковою речью обратился:

 

«О друг, мне милость оказать изволь!

Войди в мой дом, вкуси мой хлеб и соль!»

 

«Добро!» — сказал старик, и в двери дома

Высокого вошел он, как знакомый.

 

Прислужники Халиловы пришли,

В чертог с почетом странника ввели.

 

Велел Халил — и скатерть расстелили.

И сели все, и гостя посадили.

 

И общий глас молитвы прозвучал:

«Хвала аллаху!..» Только гость молчал.

 

«Почтенный гость, — сказал пророк великий, —

Скажи: неверный ты иль безъязыкий?

 

Закон наш — перед тем, как сесть вкушать,

С молитвой к богу вечному взывать!»

 

А гость: «Я чужд обычаю такому,

Я одному молюсь — огню живому!»

 

И понял тут Халил, что этот гость —

Огнепоклонник. Опершись на трость,

 

Он встал и гнать велел его с позором,

На скверну не глядеть пречистым взором.

 

Но вдруг раздался шум незримых крыл,

Суруш влетел и молвил: «О Халил!

 

Века прошли и был ему, как тень я...

А ты его отверг в одно мгновенье.

 

Пусть молится огню он! Почему ж

Вдруг милости лишать его, о муж?»

 

Эй, всадник, не глумись над тем, кто пеший!

На дверь щедрот, о царь, замка не вешай!

 

И ты, ученый муж, духовно слеп,

Коль хочешь мудрость продавать за хлеб.

 

И шариат и разум нам толкуют,

Что верою лишь низкие торгуют...

 

А ты — бери! Ведь — благо — люди тут,

Что продается дешево — берут».

 

* * *

 

Раз плут к ученому, что жил в соседстве,

Придя, сказал: «Увяз я в глине бедствий!

 

Меня терзает жадный ростовщик,

Тюрьмой грозит, хоть долг мой невелик.

 

Но срок прошел, и вымогатель старый

Взамен дирхемов требует динары.

 

Я по ночам не сплю! И каждый день

Он по пятам идет за мной, как тень.

 

Угрозами мне душу истомил он,

Дверь моего жилища сокрушил он.

 

Ведь он богат, но хищный, словно волк,

Содрать с меня он хочет этот долг.

 

Он в книге веры ничего не смыслит,

Он честь и разум лишь на счетах числит.

 

 

Чуть из-за гор возникнет солнца лик,

Стучится в дом мой этот ростовщик.

 

Как мне уйти от происков бесчестных,

Где взять мне два червонца полновесных?»

 

Ученый муж добросердечен был,

И два червонца плуту он вручил.

 

Как золото, от радости сияя,

Ушел он, золото в горсти сжимая.

 

Хозяину сказали: «О мудрец!

Ведь это — попрошайка и хитрец.

 

Обманом даже льва он оседлает,

И сам свои проделки прославляет!»

 

«О человек, ты лучше бы молчал! —

Ему хозяин в гневе отвечал, —

 

Ведь если впрямь попал он в сеть к невзгодам,

То честь его я спас перед народом.

 

А если он провел меня, ну что ж —

Я не жалею, ты и сам поймешь, —

 

Я дал червонец, честь свою спасая,

От этого дрянного негодяя».

 

Зло отстраняй, мудрец, добро твори, —

И злым и добрым серебро дари.

 

Блажен, кто в круге мудрых и счастливых,

Воспринимает нрав благочестивых.

 

Когда ты мудр, то мудро и суди,

С благоговеньем внемли Саади.

 

Не о кудрях и родинках поет он,

О добрых нравах речь свою ведет он.

 

РАССКАЗ

 

Скончался раз богач скупой один,

Наследником богатств остался сын.

 

Он не дрожал над золотом, как скряга,

Открыл он руки для добра и блага.

 

Любой дервиш во двор его входил

И там, как гость, радушно принят был.

 

Не стал держать он золото в оковах,

Презрел обычай он скупцов суровых.

 

Но некто начал сына порицать:

«Нельзя казну на ветер расточать!

 

В году один лишь урожай бывает,

Безумен тот, кто вмиг его сжигает.

 

Не в меру тратя, попадешь в беду!

Позволь тебе я притчу приведу:

 

Какой-то старец, сына провожая,

Сказал: «О ты, душа моя живая!

 

Поезди, страны дальние познай,

Будь щедрым, смело деньги расточай!»

 

Сын дальновидный, мудрый и смиренный,

Сказал отцу: «О муж благословенный!

 

Богат ты, но держи расчет и власть,

Дабы внезапно в бедствие не впасть».

 

Учила дочку женщина простая:

«На черный день оставь от урожая!

 

Держи кувшины полными. Вода

Течет в арыке нашем не всегда!»

 

Живя по вере, рай купить мы можем,

А золотом льва укротить мы можем.

 

Ты, тратя золото, расчетлив будь,

О кознях вражеских не позабудь.

 

Радушный, чье богатство расточится,

К друзьям вчерашним тщетно в дверь стучится.

 

Богат ты — и тебе твой предан друг...

А разоришься — он исчезнет вдруг.

 

Тот, кто богат — владеет всем на свете,

Он джинна Сахра завлекает в сети.

 

Красавицами ты любим теперь,

А обеднеешь — не стучи к ним в дверь.

 

Диви-сафеда златом одолеешь,

Но ты — ничто, коль денег не имеешь.

 

Всех нищих ты не сможешь накормить,

А сам ты — исхудаешь, словно нить!»

 

Так высказал отца его приятель

Те наставленья, как доброжелатель

 

Речам разумным благородный внял

Достойно, хоть от гнева он дрожал.

 

И молвил: «Замолчи во имя чести,

Почтенный муж, чье сердце не на месте!

 

Богатство, что отец мне подарил,

В наследство он от деда получил.

 

Всю жизнь они дрожали над казною,

И ни гроша не унесли с собою.

 

Они с глубокой горечью ушли,

Что взять с собой богатство не могли.

 

Народу раздаю я эту малость,

Что мне от деда и отца досталась.

 

Пусть лучше странник ест со мной и пьет,

Чем завтра деньги вновь скупец запрет!»

 

Итак — ешь, пей и пышно одевайся,

И бедным людям радость дать старайся.

 

Берет себе и раздает мудрец.

С тоской оставя все, умрет скупец.

 

Ты жив, так черпай благо ежечасно,

Лишь здесь твое добро тебе подвластно.

 

Благотворя, ты купишь благодать,

Спеши, чтобы потом не голодать.

 

Так юноша тот щедрый жил безбедно,

Покамест все не расточил бесследно.

 

И кто-то молвил: «О как много сил

Ты на пути служенья положил!»

 

И тот в ответ такое молвил слово:

«Нет ничего не делал я такого!..

 

Да будет то, что небом решено,

А за добро награды ждать грешно!»

 

 

Вот — тарикат! Идите неизменно

По нем, склоняя голову смиренно.

 

Шейх, что всю ночь в молитвах простоял,

Дервишам утром скатерть расстилал.

 

Не Саади, Сухраверди ученье,

Что доблесть мужа — на пути служенья.

 

Шихаб, муршид мой мудрый мне сказал,

Когда я с ним за море уплывал:

 

«О людях плохо никогда не думай,

Противен себялюбец лишь угрюмый!»

 

Он мне в слезах читал на корабле

О муках ада, о кромешной мгле.

 

Всю ночь тогда я пролежал бессонно,

Виденьем адской бездны потрясенный.

 

И молвил шейх: «Что ж, пусть я в ад сойду,

Чтобы другой не мучился в аду!»

 

Тот, кто о благоденствии народном

Заботился — и богу стал угодным.

 

РАССКАЗ

 

Жена сказала мужу: «Ты ступай,

Но хлеба здесь у нас не покупай.

 

Наш хлебопек — обманщик. Он бессменно

Хлеб не пшеничный продает — ячменный.

 

Его лепешек подгорелый дух

Не привлекает даже племя мух».

 

И тут с улыбкой муж благочестивый

Сказал жене: «О светоч мой счастливый!

 

Пекарню здесь завел он лишь для нас.

В убытке он — и ждет меня сейчас.

 

А если покупателя лишится,

Бедняга этот вовсе разорится!»

 

Упавшему спасительную длань

Протягивай — добросердечным стань!

 

Встань! Милосердия неси напиток

Открывшим лавку здесь, себе в убыток!

 

Будь Джаванмардом — скатерть расстели,

Твори добро, как царь мужей — Али!

 

РАССКАЗ

 

Слыхал я — старец раз, идя в Хиджаз,

Два шага сделав, совершал намаз.

 

Колючками изранен, он — в исподнем —

Шел, распаляясь на пути господнем.

 

И под конец, что он — и впрямь святой,

Возмнилось голове его пустой.

 

По наущенью дьявола, в пустыне,

Упал он в кладезь бедственной гордыни.

 

Хоть благодати он не заслужил.

Гордыни глаз его с дороги сбил.

 

Но некий ангел молвил милосердно

Ему: «О муж — в служении усердный!

 

Не мни, что богу прибыль ты даешь,

Коль через два шага поклоны бьешь.

 

Утешь сердца несчастных, изнуренных,

Не расточай души в пустых поклонах!»

 

РАССКАЗ

 

Сказала полководцу раз жена:

«Восстань, о муж мой, пища нам нужна!

 

Возьми в поварне царской нашу долю,

Пусть наши дети наедятся вволю!»

 

Военачальник молвил: «О жена,

Султан постится, кухня холодна!»

 

А сердце женщины нужда томила,

Она главу печально опустила:

 

«Увы, зачем постится наш султан?

Ведь праздник нам, когда он сыт и пьян!»

 

Дающий, сидя за вином и брагой,

Не выше ли чем богомольный скряга?

 

Поститься с чистым сердцем может тот,

Кто щедро хлеб голодному дает.

 

Запас себе на пир не сберегая,

Постись, других к посту не принуждая.

 

РАССКАЗ

 

Был некто очень щедр, но не богат,

Дарить хотел он — как цари дарят.

 

Не дай богатство низкому, — о боже!

Казну великодушному умножи!

 

Великодушные бедны. За что ж

Ты, боже, редко счастье им даешь?

 

Итак — тот щедрый муж, но не богатый,

Желанием творить добро объятый,

 

Как горный ниспадающий поток,

Все раздавал, а приобресть не мог.

 

Понятно — вовсе обеднел он вскоре

И получил письмо в своем он горе.

 

«О муж добросердечный, помоги,

В темницу я посажен за долги!»

 

А щедрый муж? — Хоть денег не имел он,

Но все ж спасти беднягу захотел он.

 

И уваженьем общим облачен,

Ручательство дал заимодавцам он.

 

Сказал: «Беднягу вы освободите!

А убежит он — долг с меня взыщите».

 

Потом пошел в тюрьму, сказал: «Вставай,

Пока ты жив. И быстро убегай!»

 

И тот, как воробей, из заключенья

Порхнул и не промедлил ни мгновенья.

 

Как будто вешним ветром унесен,

Пыль поднимая, вдаль умчался он.

 

Сказали мужу: «Ты его верни нам,

Иль серебром весь долг его плати нам!»

 

Но нечем было заплатить ему,

И он за долг чужой пошел в тюрьму.

 

 

За долг чужой надолго в плен попал он,

Но жалоб не писал и не стонал он,

 

Хоть мучился, хоть ночи он не спал.

И некто, навестив его, сказал:

 

«Как ты попал сюда — скажи на милость?

Ведь ты не вор! — Так что же приключилось?»

 

Тот отвечал ему: «О добрый друг,

К чужим деньгам не простирал я рук.

 

Но здесь бедняк томился в заключенье,

И сел сюда я — для его спасенья.

 

Свободным быть вменил себе я в стыд,

Увидев, что бедняк в цепях сидит».

 

И умер он в тюрьме, но с доброй славой

О жизнь прекрасная! О величавый,

 

Вовек неувядающий венец!

О чистый светоч истинных сердец!

 

Он мертв. Но выше сердцем и делами

Людей, живущих с мертвыми сердцами.

 

Все рушится, все сгинет и пройдет,

Но лишь живое сердце не умрет.

 

РАССКАЗ

 

В пустыне странник увидал усталый

Собаку, что от жажды издыхала.

 

Он в колпаке своем воды принес,

Но даже встать не мог несчастный пес.

 

Но он простер собаке длань служенья,

Приподнял, напоил, принес спасенье.

 

Избранник видел все, что делал он,

И был тот муж во всех грехах прощен.

 

Ты, злой тиран, возмездья опасайся!

Стань щедрым, искупить свой грех старайся!

 

Собаку спасший был прощен. Итак

Благотвори! Ведь выше пса — бедняк.

 

Будь щедрым, милосердным, сколько можешь,

Тем выше ты, чем больше щедрость множишь.

 

Пусть богачи кинтарами дарят,

Ты беден, но дороже твой кират.

 

Судья предвечный лишнего не спросит,

Пусть каждый в меру сил своих приносит.

 

Слона степной кузнечик тяжелей,

Коль им придавлен жалкий муравей.

 

* * *

 

Будь к людям мягок, мудрый муж, всегда,

Дабы найти защиту в день суда.

 

Тот, кто от века стал щитом несчастных,

Тебя не бросит на путях опасных.

 

Не обижай и жалкого раба,

Вдруг сделает царем его судьба.

 

Не угнетай униженных и слабых,

Будь им защитой, поддержи хотя б их.

 

Круговращенья лет изменчив круг,

Не ждешь — и ферзью пешка станет вдруг.

 

И тот, кто судьбы взглядом презирает,

В сердца посева злобы не бросает.

 

Чтоб сохранить свой щедрый урожай,

Идущих вслед жнецам не обижай.

 

Не бойся к бедным щедрым быть, как море,

Чтоб самого себя не ввергнуть в горе, —

 

Смотри: вчерашний царь в беде, а там —

Владыкою вчерашний стал гулям.

 

Не причиняй обид сердцам подвластным,

Страшись, чтобы не стал ты сам подвластным.

 

РАССКАЗ

 

Бедняк поведал богачу рыдая,

Что нищета его терзает злая.

 

Но жалостью не тронулась душа

Богатого. Он не дал ни гроша.

 

Затопал он ногами, рассердился,

И встал бедняк и небесам взмолился:

 

«Зачем, ему подобные, живут?

Как видно не страшит их божий суд!»

 

Богач услышал это. И вскипел он,

С позором бедняка прогнать велел он.

 

Имел он много, не дал ничего.

И счастье отвернулось от него.

 

И бедняка зачлась ему обида,

Беда пришла по воле Утарида.

 

Стал бедным он и голым, как чеснок,

Без помощи друзей он изнемог.

 

Он в сети лютой нищеты попался,

Как фокусник с пустым мешком остался.

 

И униженья, оскорбленья, зло

Изведал...

Время некое прошло.

 

Слуга его, от найма став свободным,

На службу взят был мужем благородным.

 

Тот муж был щедр, несметно был богат,

Дервишу каждому, как гостю, рад.

 

Раз постучал к нему бедняк убогий

И хлеба попросил во имя бога.

 

Слуге сказал хозяин: «Встань! Прими

Несчастного! Досыта накорми!»

 

Слуга исполнить поспешил веленье,

Но, дверь открыв, он закричал в смятенье!

 

В слезах, с разбитым сердцем, потрясен,

К хозяину бегом вернулся он.

 

Спросил его хозяин: «Что с тобою?

С какой там повстречался ты бедою?»

 

Слуга сказал: «Весь дух потрясся мой,

Как бедный тот старик убит судьбой.

 

Свидетелем его величья был я,

Он был богат, и у него служил я.

 

Он разорился, и теперь — о стыд! —

Как нищий, там он за дверьми стоит».

 

Хозяин молвил: «Это не обидно. —

Таков закон возмездья, очевидно».

 

«Да, это злобный тот скупой богач,

Которого людской не трогал плач.

 

Я — тот бедняк, которого когда-то,

Гнать вон велел слуге скупец богатый.

 

Я погибал. Но милостью творца,

Отерты слезы моего лица!»

 

На смертных вечный промысел взирает,

Он, дверь закрыв, другую отпирает.

 

Пройдут года. Времен круговорот

Потопит гордых, тонущих спасет.

 

РАССКАЗ

 

Коль благороден ты в душе своей,

Внимай о жизни доблестных людей.

 

Да будет награжден твой подвиг каждый!

Шибли мешок зерна купил однажды;

 

Раскрыл мешок он в хижине своей,

Увидел: в груде зерен — муравей

 

Растерянно метался, изнемог он...

Жалея муравья, заснуть не мог он.

 

Встал утром, муравья того он взял,

Отнес его обратно и сказал:

 

«Лишиться мест родных для нас ужасно,

Пусть дома будет муравей несчастный!»

 

И ты смятенных души успокой,

И сам утешен будешь ты судьбой.

 

Как Фирдоуси промолвил несравненный,

Мудрец великий, муж благословенный:

 

«Ты муравья, влачащего зерно,

Не тронь! Ему дыхание дано!»

 

Жесток и милосердия не знает

Тот, чьей виною муравей страдает.

 

Могучей дланью слабого не бей,

Вдруг станешь сам пред ним, как муравей.

 

Утешь смятенных, в бедствии живущих.

Несчастий устрашись своих грядущих.

 

Не сжалилась над мотыльком свеча,

Сама сгорела вся потом свеча.

 

Ты думаешь, что все тебя слабее?

Но некто есть, и он тебя сильнее!

 

Будь щедр, будь милосерден без конца,

Добром лишь можно уловить сердца.

 

Как знать: губя врага, себя ты сгубишь,

Аркан же ласки сталью не разрубишь.

 

Прощай! Великодушие являй!

Напрасной кровью рук не обагряй!

 

Ведь добрый плод от семени дурного

Не возрастет. Не делай дела злого.

 

Исполненный гордыней лишь своей,

Ты лучших можешь потерять друзей.

 

Коль доброта твоя сердца притянет,

И прежний враг твой даже другом станет.

 

РАССКАЗ

 

Юнца я в поле встретил одного,

Бежал козленок по следу его.

 

Сказал я: «Друг, не упусти козленка!

Сорвется он с твоей веревки тонкой!»

 

Веревку юноша с козленка снял,

Сам резво, как козленок, побежал.

 

Козленок — вскачь за ним. Не отставал он.

Из рук юнца пучки травы хватал он.

 

И сделав круг с козленком, прибежал

Тот юноша ко мне и так сказал:

 

«Ты видишь? — Ласка лучше, чем веревка!

Его кормлю я. В этом — вся уловка».

 

Вот так погонщика не топчет слон, —

Ведь со слоном свирепым ласков он.

 

 

О мудрый! Будь ты добрым и со злыми!

Ведь ласков с псами злыми ты своими.

 

И пардус на тебя не нападет,

Коль ел он пять-семь дней твой сыр и мед.

 

РАССКАЗ

 

Дервиш, однажды проходя в лесу,

Без лап увидел жалкую лису.

 

Сказал: «О боже! Кто ж ей помогает?

Как зверь безногий пищу добывает?»

 

И вдруг раздался треск и шум в кустах,

Явился лев с добычею в зубах.

 

Сожрал добычу лев и напоследки

Уснул. Лиса же съела все объедки.

 

Дервиш, придя назавтра, увидал,

Что снова лев лисицу напитал.

 

Открылась мудрость промысла живая

Пред старцем. И пошел он уповая:

 

«Забьюсь, как муравей, я в тишину!

Не взять ведь силой пищу и слону...»

 

И, от мирских себя отторгнув дел, он

Забился в щель горы. И там сидел он.

 

Он верил — пищу бог ему пошлет...

Но ждет-пождет, никто к нему нейдет.

 

Вот отощал и страшно исхудал он,

От голода рассудок потерял он.

 

И голос тайный вдруг раздался в нем:

«Вставай, о лицемер! Стань хищным львом!

 

Ты здесь лисой безногой не валяйся,

Сам ешь и пищу дать другим старайся!

 

Кто падает, как жалкая лиса,

Хоть он могуч, как лев, — презренней пса.

 

Лови добычу, ешь, делись с другими!

Пренебрегай объедками чужими!

 

Ты рук своих трудом себя питай,

Трудись, как муж, и ближних утешай.

 

Лишь мужеложец гнусный, как блудница,

Чужим трудом питаясь, не стыдится.

 

В беде увидев старца — встань, беги,

Упавшему подняться помоги!

 

Господь того лишь счастьем одаряет,

Кто мужествен, кто гибнущих спасает,

 

Великодушный счастьем озарен,

Злодей бездушный радости лишен.

 

Добро созданьям божиим творящий

Счастлив и в жизни сей и в предстоящей.

 

РАССКАЗ

 

Слыхал о славном я одном ученом,

Что жил в пределе Рума отдаленном.

 

Осиротев в родном своем дому,

С толпой дервишей я пошел к нему.

 

Нас принял, обнял и расцеловал он,

Потом, с почетом, всех за стол позвал он.

 

Полна была хозяйская казна,

Да, горе нам, — еда была скудна.

 

Хоть видом был хозяин благороден,

Но сердцем, словно сук сухой, бесплоден.

 

Приветлив с нами он, радушен был...

Но — нас, голодных, он не накормил.

 

Хозяин наш всю ночь не спал, молился,

И я не спал. Я голодом томился.

 

Заря блеснула. Пали стены тьмы.

Хозяин наш спросил, как спали мы.

 

Был среди нас один сердитый малый,

Видавший виды, человек бывалый.

 

«Меня, — сказал, — ты б мог не обнимать!

Ты б лучше есть мне догадался дать!

 

Ты лаской лживой не гневил бы небо,

Ты дал бы лучше мяса нам и хлеба!»

 

 

Не бденье с мертвым сердцем в тьме ночей,

А щедрость — признак доблестных мужей.

 

Твори добро — вот к правде путь прямой!

Молитва — это барабан пустой.

 

В день пробуждения, в предел счастливый

С добром войдешь, а не с молитвой лживой.

 

Без действий притязания — ничто,

Молитвы без деяния — ничто.

 

РАССКАЗ

 

Речь о Хатаме древнем я слыхал,

Конем Хатам чудесным обладал.

 

Тот конь, глаза пленяя красотою,

С огнем небесным спорил быстротою.

 

Когда, бывало, вихрем он летит,

То искры сыплются из-под копыт.

 

В горах он, как поток ревущий в пене,

В полях он, словно ветерок весенний.

 

Когда легко в пустыне он скакал,

То от него и ветер отставал.

 

Молвой Хатам был восхвален без лести.

Румийский царь о нем услышал вести,

 

Что нет людей, чем тот Хатам, щедрей,

Что нет коней, коня его быстрей.

 

Что на коне Хатам, летя в просторе,

Предыдущая статья:РАССКАЗ 2 страница. Ввек не испить до дна нам горькой чаши, Коль не убьют царя про.. Следующая статья:РАССКАЗ 4 страница. Пересекает степи, словно море. Ответил вестнику румийский шах:..
page speed (0.0942 sec, direct)