Всего на сайте:
236 тыс. 713 статей

Главная | Философия

Ницше и современная западная мысль  Просмотрен 32

Сборник статей

 

Под редакцией

Виктора Каплуна

 

ЕВРОПЕЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ

___________

 

ЛЕТНИЙ САД

 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ – МОСКВА - 2003

 

 

Издание осуществлено

при финансовой поддержке Фонда

Джона Д. и Катерин Т. Макартуров

 

Ницше и современная западная мысль: Сб. статей / Под ред. В. Каплуна. — СПб.; М.: Европейский университет в Санкт-Петербурге: Летний сад, 2003. — 592 с. — (Европ. ун-т в Санкт-Петербурге. Тр. ф-та полит, наук и социологии; Вып. 9).

 

Что представляет собой философия Ницше сегодня? Каково ее место в европейской культурной традиции и ее значение для современной западной социально-политической и этической мысли? «Некоторые рождаются посмертно»,— писал Ницше в конце XIX века, предвидя судьбу своего творческого наследия. Эта судьба стала своеобразным отражением эпохи: безвестность при жизни, огромная популярность в начале XX века, фальсификация текстов и идей, мрачная тень нацизма, совершенно иной Ницше, рождающийся в результате «революции» в западном ницшеведении 1960—70-х годов... Этот новый Ницше, оказавший существенное влияние на западную мысль последних десятилетий, почти не известен российскому читателю. В сборник, призванный восполнить этот пробел, вошли статьи специалистов из Германии, России, США, Франции и Швейцарии, освещающие современное состояние проблемы.

Для историков философии и специалистов в области социальной и политической теории, студентов гуманитарных вузов, а также широкого круга читателей.

 

© Европейский университет в Санкт-Петербурге, 2003

© Коллектив авторов, 2003

© «Летний сад», оформление серии, макет, 2003

 

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА

 

Что представляет собой философия Ницше сегодня? Каково ее место в европейской культурной традиции и ее значение для современной западной социально-политической и этической мысли? «Некоторые рождаются посмертно», — писал Ницше в конце XIX века, предвидя судьбу своего творческого наследия. Эта судьба стала своеобразным отражением эпохи: безвестность при жизни, огромная популярность в начале XX века, фальсификация текстов и идей, мрачная тень нацизма, совершенно иной Ницше, рождающийся в результате «революции» в западном ницшеведении 1960—70-х гг. Этот новый Ницше, оказавший существенное влияние на западную мысль последних десятилетий, почти не известен российскому читателю.

Данная книга призвана восполнить этот пробел. В ее основу легли материалы международной конференции «Ницше и идея Европы», прошедшей в июне 2001 года в Европейском университете в Санкт-Петербурге. В конференции, которая была организована ЕУСПб совместно с Гёте-Институтом в Санкт-Петербурге и при поддержке Французского института и Французского университетского колледжа в Санкт-Петербурге, приняли участие специалисты из Германии, России, США, Франции и Швейцарии. Однако данная книга не является в строгом смысле слова «сборником материалов конференции». Большинство представленных на конференции докладов было для данного сборника специально переработано и тематически расширено.

Кроме того, в книгу включен ряд дополнительных материалов.

Сборник состоит из трех разделов и приложения. В первом разделе обсуждаются политические аспекты философии Ницше. Сюда вошли статьи Трейси Б. Стронга (Университет [6] Калифорнии, Сан-Диего), Хеннинга Оттмана (Мюнхенский университет им. Людвига Максимилиана), Урса Марти (Университет Цюриха), Виктора Каплуна (Европейский университет в Санкт-Петербурге), Лесли П. Тиле (Университет Флориды), Иринга Фечера (Университет им. Гёте, Франк-фурт-на-Майне), Олега Хархордина (Европейский университет в Санкт-Петербурге), Жана-Пьера Фая (Европейский исследовательский университет, Париж) и Юлии Синеокой (Институт философии Российской академии наук, Москва).

В статье Трейси Б. Стронга описывается философия Ницше раннего периода его творчества (период профессуры в Базеле). Автор показывает, что в этот период у Ницше был проект своего рода «культурной революции», представлявший собой попытку дать практические ответы на фундаментальные для Ницше вопросы «Что такое философия?» и «Как возможна философия в современных обществах?». Автор указывает на обусловленность этого проекта глубоким интересом Ницше к античной философской культуре и подчеркивает, что между разными периодами его творчества нет принципиального разрыва и что вся философия Ницше должна рассматриваться как продолжение и развитие этого раннего проекта. Такой подход к философии Ницше представляет собой, среди прочего, критику достаточно распространенного в ницшеведении XX века представления, согласно которому все творчество Ницше было принято делить на три несовместимых друг с другом и взаимоотрицающих этапа.

В статье Хеннинга Оттмана выделяются и анализируются три типа понимания политики, соответствующие трем периодам творчества Ницше: эстетизированная культур-политика, политика просвещения и эмансипации и, наконец, «большая политика», связанная с такими формулами, как «сверхчеловек», «воля к власти» и «вечное возвращение». Автор анализирует сложные и неоднозначные отношения политической философии Ницше с общей традицией западной политической мысли, указывает на ее «несвоевременность» по отношению к наиболее распространенным в эпоху современности представлениям о политическом и предостерегает от поспешных попыток приписать политической мысли Ницше то или иное место внутри ставшего привычным для нас современного политического спектра.[7]

В статье Урса Марти делается попытка реконструировать то, что могло бы быть названо ницшевской теорией государства и представить такую теорию в качестве основного аспекта политической философии Ницше. Автор приходит к выводу, что она представляет собой специфическое соединение крайних форм авторитаризма и либертаризма.

Статья Виктора Каплуна открывается обсуждением наиболее распространенных сегодня подходов к философии Ницше. Автор, в частности, указывает на опасности так называемого «реконструирующего» подхода (весьма популярного в первой половине XX века): при таком подходе интерпретатор на основе отдельных высказываний и фрагментов философа реконструирует и приписывает ему некую «общую теорию», что в случае Ницше может легко привести к некорректным результатам. Затем, опираясь на анализ раннего периода творчества Ницше, автор описывает философию Ницше как единый философский проект, который развивался на протяжении жизни философа и проходил различные стадии, но, тем не менее, сохранял при этом свое внутреннее единство и общую направленность. Цель этого проекта — радикальная трансформация всей западной философской мысли (в частности, нейтрализация тенденции к теоретизации философии, а также берущей начало в философии Платона тенденции к универсализму и трансцендентализму). Автор приходит к выводу, что политическое измерение этого проекта не может быть адекватно понято без сопоставления всей философии Ницше с античными формами философствования.

В статье Лесли П. Тиле анализируется ницшевский «пер-спективизм» как основание особого рода скептической философии, из которой следуют неоднозначные в политическом отношении выводы. Опираясь на принцип «скептической иронии», автор предлагает собственную концепцию отношений между философией и политикой, связанную с соответствующей теорией демократии. Автор приходит к выводу, что заимствованные и воплощенные с определенной долей иронии демократические идеи могут защитить философа от соблазнов как крайней аполитичности, так и крайнего авторитаризма.

В статье Иринга Фечера философия Ницше анализируется в контексте критической философии франкфуртской школы. Автор подчеркивает, что М. Хоркхаймер и Т.

Адорно, [8] в отличие от многих своих современников, не считали Ницше идеологическим предтечей национал-социализма и рассматривали его философию не как теоретическую систему, но как критику — критику культуры буржуазной современности, сложным образом связанной с традициями Просвещения. Следуя собственному представлению о Просвещении, они рассматривают Ницше не как «иррационалиста» и противника Просвещения, но скорее как продолжателя ряда тенденций Просвещения, связанных с его «позитивной» стороной (рост самосознания и раскрепощение индивида), и одновременно как критика «негативной» стороны Просвещения, связанной с рядом опасных тенденций в современных обществах (возвеличивание труда, техническая рациональность в управлении обществом и «природой человека», социальные и политические механизмы, ведущие к массификации обществ и нивелированию человека, всегда чреватые опасностью политической диктатуры).

В работе Олега Хархордина рассматривается ницшевская концепция «дружбы» в контексте античных представлений об этом понятии, в частности, платоновской и аристотелевской традиции «политической дружбы». Автор анализирует актуальность ницшевской концепции в условиях современных обществ и возможность существования в современном мире сообществ (в частности, политических сообществ), опирающихся на сходные представления о совместной жизни людей.

В эссе Жана-Пьера Фая рассматриваются взаимоотношения Ницше и Лу фон Саломе в контексте ницшевских идей о будущей единой Европе. Автор показывает, что фигура Лу была для Ницше своего рода символом этого единого многонационального культурного пространства, в котором должны быть преодолены формы жизни, основанные на ресентименте и чувстве национальной розни.

В статье Юлии Синеокой кратко описывается история рецепции философии Ницше в России XX века и рассматриваются причины и характер популярности философа в современной России. Подчеркивая, что в России философия Ницше превратилась сегодня в источник лозунгов и разного рода идеологем для самого широкого спектра общественных сил (от политиков и бизнесменов до радикалов как правого, так и левого толка), автор прослеживает связь между изменением [9] идеологических настроений в российском обществе за последние десятилетия и интересом тех или иных общественных групп к различным аспектам ницшевской философии.

Второй раздел посвящен проблеме места философии Ницше в традиции западной философской мысли. В него вошли статьи Владимира Бибихина (Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова), Антонии Сулез (Университет Париж VIII), Аллы Лавровой (Московский физико-технический институт), Фолькера Герхардта (Берлинский университет им. Гумбольдта), Николая Иванова (Санкт-Петербургский государственный университет), Кристиана Мёкеля (Берлинский университет им. Гумбольдта) и Артема Магуна (Мичиганский университет — Европейский университет в Санкт-Петербурге).

В статье Владимира Бибихина «На подступах к Ницше» философия Ницше ставится в контекст послегегелевского развития немецкой философии (Л. Фейербах, К. Маркс и Ф. Энгельс, Д. Ф. Штраус, А. Руге, Б. Бауэр, М. Штирнер и др). Обращаясь к этике и философии религии раннего Гегеля, автор показывает, каким образом некоторые фундаментальные мотивы гегелевской мысли (в первую очередь, идея свободы и представление о самом существе и целях философского мышления) в рамках этой традиции отразились в философии его последователей и критиков вплоть до Ф. Ницше.

В статье того же автора «Ницше в поле европейской мысли» рассматривается поздний период творчества Ницше и его учение о «воли к власти» в качестве попытки преодоления современного нигилизма. Автор указывает на укорененность философии Ницше в традиции европейской философской мысли от Парменида до Витгенштейна.

В статье Антонии Сулез философия Ницше рассматривается на фоне одной из наиболее авторитетных философских традиций XX века — традиции философии языка.

Автор анализирует отношение к философии Ницше представителей Венского кружка (в первую очередь, Р. Карнапа) и рассматривает ницшевскую критику языка и культуры эпохи современности в контексте философии Витгенштейна и поствит-генштейновской традиции критики языка. Автор предлагает сравнительный анализ философии Ницше и философии Витгенштейна, указывая на сходство позиций обоих философов [10] в отношении методов «терапии языка» и одновременно на различия в их подходах к языковым средствам философского творчества.

В работе Аллы Лавровой делается акцент на отношении философии Ницше к традиции европейского рационализма. Автор подчеркивает, что, вопреки достаточно распространенному сегодня взгляду на Ницше как на предшественника и вдохновителя современной «постмодернистской» философии, в некоторых отношениях Ницше можно рассматривать скорее как продолжателя традиции европейского рационализма, а не как ее разрушителя. При таком подходе ницшевская критика языка и его «филологический трансцендентализм» оказываются своеобразным развитием традиции кантовской критики и предвосхищением ряда направлений современной философии языка.

В работе Фолькера Герхардта с позиций христианской философской традиции исследуется содержание ряда ниц-шевских понятий и формул, таких как «смерть Бога», «нигилизм», «сверхчеловек», «воля к власти», «смысл земли», «соль земли» и т. д. Автор указывает на глубокие параллели между образной и метафорической системой, развитой в «Так говорил Заратустра», и языком Библии и подчеркивает, что между целым рядом тезисов философии Ницше и основными положениями традиции христианской философской мысли существует прямая генеалогическая связь.

В эссе Николая Иванова представлена оригинальная герменевтика философской поэмы Ницше «Так говорил Заратустра», которая названа здесь «если и не Библией, то азбукой философского модернизма». Эта герменевтическая критика упрощенных философских и филологических подходов к текстам Ницше построена на множестве аллюзий, отсылающих к базовым тропам европейской философской и литературно-художественной традиции.

В работе Кристиана Мёкеля анализируется конкретный случай рецепции философии Ницше (Э. Кассирер). Пример, рассматриваемый в статье, показателен: он хорошо характеризует один из возможных подходов к философии Ницше, получивший широкое распространение в первой половине XX века в среде философов и европейских интеллектуалов. Как показывает автор, Кассирер, не будучи специалистом по [11] Ницше, воспринимал философию Ницше в контексте развившейся в начале XX века философии жизни, рассматривая ее как метафизическую систему, в основе которой лежит оппозиция жизни, понятой как воля к власти, и формотвэ-рящего духа (интеллекта), причем дух в этой метафизической схеме оказывается, в конечном итоге, простой производной воли к власти. Такая интерпретация философии Ницше строилась, очевидно, в основном на книге «Воля к власти», а общее критическое отношение Кассирера к Ницше было во многом связано с тем, что некоторые термины и формулы, взятые из текстов Ницше, получили определенное хождение в среде национал-социалистов.

В статье Артема Магуна на основе ряда концептов Ницше (в первую очередь, доктрины вечного возращения) развивается специфическая метафизика времени, которая противопоставляется Историческому сознанию современного человека, опирающемуся на линейную и финализованную модель исторического времени. Автор подчеркивает, что критика такого эсхатологического и мессианистского типа исторического сознания имеет важное политическое измерение.

В третьем разделе помещена работа Паоло Д'Иорио, в которой рассказывается об истории одной из самых знаменитых философских и литературных фальсификаций XX века (а, возможно, и всей истории философии) — книги под названием «Воля к власти». Благодаря легенде, созданной Ницше-Архивом под руководством сестры философа Э. Фёрстер-Ницше, эту несуществующую книгу Ницше в течение долгого времени считали главным прозаическим произведением философа, по отношению к которому все остальное его творчество следовало рассматривать лишь как подготовительный этап. Эта издательская компиляция (структура и содержание которой к тому же еще и варьировались от издания к изданию) способствовала возникновению целого ряда интерпретаций философии Ницше, несостоятельность которых очевидна для читателя, вооруженного инструментами филологической и исторической критики, а также к искажению общего образа его философии в массовом сознании. П. Д'Иорио показывает, к каким серьезным ошибкам интерпретации может, привести некритическое использование этого произведения в том числе и для собственно философских целей (таких [12] ошибок не смогли избежать и крупнейшие интерпретаторы философии Ницше — М. Хайдеггер, Ж. Делёз и др.). Многочисленные редакторские ошибки и прямые фальсификации при публикации текстов Ницше исправлены и дезавуированы благодаря новому Критическому изданию полного собрания сочинений Ницше, начавшему выходить в 1967 году под руководством итальянских исследователей Дж. Колли и М.

Мон-тинари. Ставшее своего рода революцией в ницшеведении, издание Колли — Монтинари основывается на многолетней исследовательской работе в Архиве Ницше в Веймаре (на сегодняшний день издание еще не завершено, см. наш комментарий на с. 525, сноска 61). В этом собрании всем текстам Ницше, входившим в то или иное издание «Воли к власти», возвращена форма чернового наследия, благодаря чему мы располагаем сегодня совокупностью посмертных фрагментов, расположенных в хронологическом порядке и имеющих форму, соответствующую рукописному оригиналу. Кроме того, издание Колли — Монтинари сделало доступным весь огромный массив не публиковавшихся ранее черновых фрагментов и текстов философа. Детальный научно-критический аппарат издания представляет собой мощный инструмент, который позволяет работать не только с книгами, изданными самим Ницше, но и с черновым наследием философа, избегая текстологических ошибок и связанных с ними ошибок философской интерпретации. Среди прочего, это наиболее авторитетное на сегодняшний день издание сочинений Ницше облегчает читателю доступ в «интеллектуальную лабораторию» философа, представляя его философию не как застывшую догматическую «систему», но как живое движение мысли, как философскую практику, предполагающую постоянный эксперимент, и, в конечном итоге, как особую философскую «форму жизни».

В Приложении помещен перевод известной статьи одного из самых авторитетных «ницшеанцев» второй половины XX века Мишеля Фуко «Ницше, генеалогия, история». В этой статье 1971 года, имеющей существенное значение для методологии современных социальных наук, Фуко обсуждает основные методологические принципы ницшевской «генеалогии» — особого типа исторической дисциплины, противостоящей позитивистски ориентированной «истории историков». [13]

Отметим, что точки зрения авторов статей, представленных в сборнике, совпадают далеко не во всех вопросах. Но хочется надеяться, что, собранные вместе, данные статьи позволят российскому читателю получить представление о современном положении дел в ницшеведении и о месте, которую занимает философия Ницше в современной западной и российской мысли.

Следует, очевидно, упомянуть о том, что по техническим причинам французские участники сборника Ж.-П. Фай и А. Сулез, а также швейцарский участник У. Марта были вынуждены представить свои работы не на родном языке, а на английском, с которого и были сделаны переводы. Статьи И. Фечера и П. Д'Иорио первоначально были опубликованы на языке оригинала, и мы благодарим авторов и издательства (веймарское «Hermann Böhlaus Nachfolger» и парижское «Édition de l’Éclat»), любезно предоставивших нам право опубликовать русский перевод этих статей в нашем сборнике. Цитаты из произведений Ницше даются по изданиям, указанным в разделе «Условные сокращения», кроме случаев, специально оговоренных в постраничных примечаниях. Это в основном собрания, подготовленные Дж. Колли и М. Монтинари, и остается лишь выразить сожаленние в связи с отсутствием, русского перевода хотя бы одного из этих изданий.

Все вошедшие в книгу переводы сверены и, там, где это было необходимо, исправлены редактором сборника.

Данная книга — результат совместной работы многих людей и многих организаций. Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность Московскому представительству Фонда Форда, оказавшего нам финансовую помощь на этапе подготовки конференции, а также посольству Франции в Москве, Французскому Институту в Санкт-Петербурге и Французскому университетскому колледжу в Санкт-Петербурге, принявшим участие в организации конференции. Отдельная благодарность — Гёте-Институту в Санкт-Петербурге и его директору Вилфриду Экштайну за помощь в организации конференции и в подготовке данного сборника.

 

Виктор Каплун [14]

 

Предыдущая статья:ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ 4 страница Следующая статья:УСЛОВНЫЕ СОКРАЩЕНИЯ. 1. KGW — Friedrich Nietzsche, Werke. Kritische Gesamtausgabe, hr..
page speed (0.2214 sec, direct)