Всего на сайте:
183 тыс. 477 статей

Главная | Педагогика

Дет­ский аутизм  Просмотрен 37

Центр лечебной педагогики, 1999

 

НАПУТСТВИЕ ЧИТАТЕЛЮ

 

Чтение этой книги станет для вас приключением. На свете нет другой книги, даже отдаленно на нее похожей. Причина проста: рассказанная автором история (со­вершенно, кстати, правдивая) захватывающе необыкно­венна — настолько необыкновенна, что многие сочтут ее за полнейшую выдумку. Однако тут всё — чистая правда.

С Темпл Грэндин (это ее настоящие имя и фамилия) я познакомился почти двенадцать лет назад. Она позвонила мне по телефону, сказала, что прочла мою книгу «Дет­ский аутизм» и хотела бы кое-что со мной обсудить. Она объяснила, что ей самой удалось преодолеть аутизм и сейчас она обучается психологии в колледже. В последние годы аутизм стал «моден», и сам этот термин часто упот­ребляется чересчур широко. Немало людей в общении со мной называли себя аутичными, но подходило такое определение едва ли к одной четверти. В случае с Темпл ее голос и необычно резкая манера разговора убедили меня, что передо мной действительно человек, преодолев­ший (или преодолевающий) аутизм; однако все остальное вызвало у меня недоверие. Очень немногие аутичные дети оканчивают школу, и совсем уж редко они поступаю! I колледж. Те же, кому это удается, занимаются обычно

 

математикой или программированием, но не психоло­гией. Мало того, Темпл сама, первая, позвонила незнако­мому человеку и собиралась самостоятельно ехать в дру­гой город, чтобы поговорить с ним! Такая уверенность в себе — большая редкость для аутичных людей, а проявле­ние инициативы в подобных вещах не встречается почти никогда.

 

Увидев эту высокую, угловатую девушку, увлеченную станками для скота и пресс-машинами (да, станками для скота и пресс-машинами — читайте книгу!), я убедился, что она поставила себе верный диагноз.

...Честно говоря, согласившись написать напутствие, я и не предполагал, каким это окажется трудным делом. О многом хотелось бы упомянуть — но не хочется портить читателям удовольствие от книги. Ведь сама Темпл рас­скажет об всем лучше меня.

Что ж, продолжу...

Воспоминания Темпл о своем детстве увлекли меня, как несколько страниц спустя увлекут и вас. Поразила меня и ее научная работа. Как любой ученый, она жажда­ла знаний, но в ее случае жажда была сильнее обычной, поскольку одновременно она пыталась понять саму себя. Меня удивила выбранная ею профессия, а успехи, достиг­нутые еще в годы учебы в колледже, произвели огромное впечатление. Эту встречу я запомнил надолго.

Поговорив немного у меня дома, мы с Темпл и моей женой отправились пообедать в ресторан. Громкий моно­тонный голос Темпл (очень характерный для аутичных людей) вызывал у окружающих удивленные взгляды, и, рискуя обидеть собеседницу, я несколько раз просил ее говорить потише. Поразительно: она ни капли не оскор­билась! Передо мной сидел человек, который понимал, что аутизм наложил определенный отпечаток на его речь и поведение, но относился к своим странностям спокой­но, рассматривая их не как причину гордости или самоу­ничижения, но лишь как недостатки, которые нужно пре­одолеть. Такие же открытость, прямота и рациональная объективность делают увлекательной и информативной настоящую книгу. Удивительно приятно иметь дело со

 

столь открытым и прямодушным человеком, не увлекаю­щимся самокопанием и жалостью к себе!

 

В моей книге Темпл заинтересовала небольшая глава, где говорилось о необычной реакции многих аутичных детей на чужое прикосновение. В научной литературе об аутизме данной теме до сих пор не уделялось должного внимания. Об этом феномене известно очень мало, и большинство ученых полагали, что и говорить-то здесь не о чем, хотя упоминания о самом явлении встречались мне в столь многих описаниях аутичных детей, что я невольно заподозрил в этом симптоме какое-то более глубокое зна­чение, чем ему обычно приписывают. Как выяснилось, Темпл по своим личным причинам серьезно интересова­лась данной темой и хотела узнать, удалось ли мне за годы, прошедшие со времени публикации книги, выяс­нить что-либо новое в этой области. Действительно, кое-что я выяснил (хотя совсем не так много, как хотел бы) и поделился своими наблюдениями и мыслями с Темпл. Как вы увидите, она развила эти идеи гораздо дальше.

Насколько мне известно, настоящая книга — первая, написанная человеком, преодолевшим свой аутизм.

И книга эта поистине необыкновенная. Вместе с автором читатель пройдет трудный путь роста и увидит, как ребе­нок с серьезнейшими проблемами развития, казалось, приговоренный к жизни в специальном интернате, пре­вратился в разумную, талантливую и уважаемую взрослую женщину, всемирно известного и авторитетного специа­листа в своей области. Темпл делится с читателями внут­ренними переживаниями и сокровенными страхами; это, в сочетании со способностью научно объяснять процессы, происходящие в ее собственной психике, позволит чита­телю проникнуть во внутренний мир аугичного человека так глубоко, как до сих пор удавалось очень немногим.

Встретившись с Темпл недавно, через несколько лет после первого разговора, я был поражен тем, насколько «менее аутично» звучит теперь ее голос. Она по-прежнему продолжает свое развитие и совершенствование. Она достигла больших успехов не только в профессиональной, но и в общественной деятельности, и свидетельство

 

тому — книга, которую вы держите в руках. А главное — она достигла очень многого как личность. Ее неукроти­мый дух, свет от которого исходит со страниц этой книги, вызывает у читателя гордость за принадлежность к человеческому роду.

 

Д-р Бернард Римланд

Институт исследований поведения ребенка, Сан-Диего, Калифорния, США

 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

 

 

Учитель нечасто видится с учениками после окончания школы, и такие встречи всегда приятны. Но узнать при встрече, что твоя ученица преодолела казавшиеся непрео­долимыми препятствия, достигла исполнения мечты и сформировалась в прекрасного, яркого человека, стала авторитетом с мировым именем в избранной ею деятель­ности и написала книгу, чтобы облегчить такой же путь другим, — это поистине редчайшая радость!

Однажды директор нашей школы попросил меня пого­ворить с Темпл. По словам учителей, она «как-то странно общалась» и задавала необычные вопросы. Директор вы­глядел озабоченным и хотел узнать мое мнение (Темпл была одной из его любимых учениц).

Так я познакомился с Темпл. Прямота, резкость, не­сговорчивость, крепкое рукопожатие — все говорило о том, что передо мной необычный подросток. Она была аккуратно и опрятно одета, однако явно не следила за модой и школьными понятиями о красоте — ее интересы лежали в совсем иной области. В своей упрямой, настой­чивой манере она задавала вопросы и требовала ответов. Мы проговорили несколько часов — гораздо больше, чем я ожидал.

Затронутые ею «странные» темы и необычные

 

вопросы попросту предвосхищали изучаемый в колледжах курс «Основы философии». Невольно я обнаружил, что втягиваюсь в ее удивительный мир — мир станков для скота и коров, нуждающихся в ласке и успокоении.

 

Прошло двадцать лет. Когда эта книга готовилась к изданию, мы встретились вновь. И встреча была порази­тельно похожа на ту, которая состоялась при нашем пер­вом знакомстве. Темпл изменилась, но не настолько, чтобы ее нельзя было узнать. Многие аутистические качества остались при ней, но проявлялись теперь иначе или даже были использованы во благо. Глубокое увлече­ние психологией животных, так явно проявлявшееся в рассказе о работе над докторской диссертацией; прежнее крепкое рукопожатие; «ковбойская» одежда, простая и удобная; стальное «Нет» в ответ на все просьбы матери «сделать что-то с волосами» (об этом я знаю со слов самой Темпл)... Очевидно, она не стала совсем другим человеком — полностью освободившимся от аутизма, но, использовав имевшийся в ней «материал», весьма сущест­венно его переработала.

В школе Темпл активно участвовала во всем — от «академической» учебы до плотничанья. Ее настойчи­вость, проявлявшаяся и в повседневном поведении, и в упрямом требовании ответов на свои (умные, но трудные) вопросы, вечно мальчишеская одежда, нередко эксцен­тричное поведение, хотя и вызывали у большинства уче­ников и учителей признание, порой даже уважение, но все-таки препятствовали установлению нормальных чело­веческих взаимоотношений.

Несмотря на асоциальность поведения Темпл, она серьезно беспокоилась, что думают о ней другие. Она постоянно работала над собой, стремясь выработать под­ходящие правила поведения и развивая свое нравственное чувство. Помню, как на конкурсе моделей ракеты я при­судил приз мальчику, для которого построить модель было гораздо труднее, чем для Темпл, — но она все поня­ла и не стала возражать.

Быть может, самую большую трудность для Темпл представляла та «жестокая доброта», с которой окружаю-

 

 

 

 

 

 

щие пытались порой оградить ее от непосильных, как им казалось, задач и испытаний. Учителя в основном полага­ли, что после школы ее ждет самое большее ремесленное училище — она ведь гак любит плотничать! Однако Темпл увлеклась психологической проблемой, связанной со станком для скота, и именно на этом пути нашла выход из аутизма.

 

 

 

История Темпл убедительно свидетельствует, что для аутичного ребенка есть надежда, что глубокая и постоян­ная забота, понимание, признание, высокие (но не завы­шенные) ожидания, поддержка и поощрение его лучших черт могут создать стартовую площадку, с которой он двинется по пути, ведущему к раскрытию его скрытых способностей.

Из этой книги вы узнаете, что в свое время я оказал определенное влияние на Темпл. Должен сказать, что это влияние было взаимным. Я видел, как она преодолевает свой аутизм, как тяжело и подчас мучительно борется с сомнениями и приступами отчаяния; я видел ее победы. Думаю, мне довелось увидеть лучшие проявления челове­ческого духа.

Прочтите книгу — и вы увидите то же самое.

Уильям Карлок, преподаватель

Берри-Крик, Калифорния, США

 

Предыдущая статья:Отдельные способы прекращения обязательств Следующая статья:Врачи и учителя до сих пор считают аутизм неисправимым нарушением
page speed (0.1022 sec, direct)