Всего на сайте:
210 тыс. 306 статей

Главная | Культура, Искусство

Изображение иного мира в русских волшебных сказках о похищении женщины  Просмотрен 23

 

Как известно, «сказочный мир делится на „наш“ и „не наш“»[1], свой и чужой. Иное царство неоднократно становилось предметом исследований в работах ученых[2]. В сказках, объединенных темой похищения женщины, потусторонний мир играет чрезвычайно важную роль. Указанный локус является местом, куда непременно попадает похищенная героиня и куда впоследствии отправляется освободитель.

По словам В.Я.Проппа, русские волшебные сказки не дают какого-либо единства при изображении потустороннего мира[3]: «… никакого единообразия нет. Есть многообразие; <…> народов, имеющих совершенно единообразное представление о потустороннем мире, вообще не существует. Эти представления всегда многообразны и часто противоречивы»[4]. В русских волшебных сказках о похищении женщины иной мир также представлен различными типами, рассмотрению чего посвящается данная работа.

«Местопребывание»[5] (расположение) потустороннего царства в проанализированных сказках связано с изменением (понижением или повышением) уровня, относительно мира этого.

Нижний иной мир находится под землей. Вход в него представлен в текстах в виде углубления или отверстия в земле. Это может быть яма / нора / обрыв / дыра / пропасть / подземный ход. Перечисленные углубления и отверстия не являются, как отмечает Т.В.Цивьян, «объемным пространством или помещением»[6], через них можно попасть в иной мир[7]. Их иногда прикрывают плита / камень, выполняющие роль границы между мирами.

По словам В.Я.Проппа, «ничего специфически подземного там (в нижнем ином мире. – А.Л.) нет. Там обычно вовсе не темно, там такая же земля, как здесь»[8]. Действительно, в большинстве сказок подземный по-тусторонний мир чрезвычайно похож на мир этот, о чем речь пойдет дальше. Однако в некоторых текстах как раз и подчеркивается «темнота, впечатление, вполне естественное при спускании в глубь земли»[9]: «Взяли и сбросили(братья спящего Ивана-коровича. – А.Л.)в пропасть. Он проснулся и смотрит, что такое? Темно и ничего не видно»[10].[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

С понижением уровня связано также существование в русских волшебных сказках подводного иного мира. Подобный тип представлен, прежде всего, в сюжете СУС 313А, В, С Чудесное бегство[11], где герой, обещанный отцом Морскому царю, оказывается в его владениях. Подводный иной мир встречается лишь в одной из рассмотренных сказок: «Сделали(братья. – А.Л.)веревку и в море(Осинкина. – А.Л.)опустили»[12].

Верхний иной мир располагается чаще всего на горе (горах). В сказках нередко подчеркивается высота данной преграды, а также даются некоторые сведения о характере ее склона (крутизна).

Отметим, что потустороннее царство, расположенное на горе, представлено в «Сказке о золотой горе, или Чудных приключениях Идана, восточного царевича», опубликованной в 1782 г.[13] Переработанный вариант этой сказки помещен в сборнике «Старая погудка на новый лад» (1794–1795 гг.); в нем также фигурирует гора[14]. Эти печатные тексты способствовали появлению многочисленных устных вариантов. Они обеспечили возникновение в устной фольклорно-сказочной традиции новой версии сюжета, зафиксированного в СУС под номером СУС 301А, В Три подземных царства, в которой расположение иного мира связано не с понижением, а с повышением уровня.

стр. 323В некоторых фольклорных вариантах содержится информация о первом впечатлении героя при попадании в верхний иной мир: «Вот Иван-королевич долез туды(на гору. – А.Л.). Осияло какое-то. Больнё по-нравилось ему»[15].

В отдельных волшебных сказках расположение верхнего иного мира связано с деревом. На нем обычно обитает такой орнитоморфный похититель, как Ворон (СУС 552В=АА *299 Солнце, Месяц и Ворон – зятья).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Примечательно, что в нескольких текстах на сюжет СУС 552А=АА 552 Животные-зятья деревья находятся в непосредственной близости от жилья орнитоморфных персонажей. Так, в сказке из сборника, составленного И.А.Худяковым, рядом с дворцами ворона, сокола и орла растут, соответственно, три, шесть и двенадцать дубов, которые во время появления птиц «христит», т.е. «от воздуха в землю вгоняет»[16]. Дубы около дворцов тех же птиц упоминаются и в сказке «Марья Моревна» из сборника А.Н.Афанасьева[17]. Подобная ситуация опять же усвоена устной сказочной традицией из книги: в «Сказке второй о Иване-королевиче», по-мещенной в сборнике, составленном П. Тимофеевым (1787 г.), сообщается, что вблизи дворцов Орла, Ворона и Сокола, являющихся мужьями трех сестер героя, произрастают по двенадцать дубов[18].

Помимо деления мира по вертикали, в сказках, объединенных темой похищения женщины, отражается такжегоризонтальное членение. В данном случае мы имеем дело с потусторонним миром, который располагается, по-видимому, на одном уровне с этим миром. Иное царство понимается как некая «далекая земля».

Такой потусторонний мир нередко отделен от мира этого каким-либо водным пространством. Наиболее часто указанным пространством оказывается море. Иное царство в этих случаях предстает в виде острова: «Ну и потом отправились в морё. Шли два месяца пути, потом увидали остров, к этому острову привернули»[19].

Попутно отметим, что расположение иного мира за морем характерно для волшебных сказок на сюжет, обозначенный в СУС под номером 301D*Солдат находит исчезнувшую царевну, который получил чрезвычайное распространение в лубочной литературе.

Ранее уже шла речь о первом впечатлении, возникающем у героя при попадании в нижний / верхний потусторонний мир. В большинстве же случаев, независимо от расположения, подчеркивается, что иной мир мало отличается от мира этого: «Тогда он(Богатырь Вечер. – А.Л.)взошел в такое же царство, как и на земле»[20]; «<…> пошел Иван по тому свету и видит, свет такой же как ии́хной» (Онч., №241).

В некоторых сказках, наоборот, указывается наличие необычной «пустынности»[21]: «Шел(по горé Иван-царевич. – А.Л.)день до вечера, красна солнышка до зáката и нихто ему не встречялся, нихто ему не попадался; ни зверь текушчый, ни птица летучая»[22]. В сказке из сборника А.М.Смирнова об этом косвенно свидетельствуют слова трех поочередно встреченных героем девушек из домов, расположенных в ином мире: «мимо меня конной не проезживав, пешой не прохаживав, зверь не прорыскивав, птиця не пролетывала»[23].[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Иной мир нередко имеет признаки освоенного пространства. Об этом свидетельствуют упоминающиеся различные тропинки, дорожки: «Вот он (Зорька-молодец. – А.Л.) вышел на гору, с самого начала дорожка»[24]; «опускали его(Ивана-царевича. – А.Л.)туда на низ, <…>, от этой ямы дорожка, тропинка» (Пом., №35). В ином мире могут встретиться и люди. Так, во время путешествия Ивана Зорянина по потустороннему царству «попадает ему навстречу пастух»[25].

Потусторонний мир в рассмотренных сказках наделяется определенными социальными характеристиками, т. е. при его изображении упоминаются различные «виды и элементы поселений, общественные учреждения»[26]. При этом иной мир обычно именуется царством или государством, «царством-королевством» (Сок., №79), иногда – городом[27], «сёлом» (Онч., №78), территорией[28].

стр. 324Его центром, местом, где находится похищенная героиня, в большинстве сказок оказывается определенное строение. Достаточно часто таким строением является дворец / зáмок / терем, что вполне объяснимо характеристикой самого иного мира – царство. В то же время в сказках нередко используются упоминания и о более знакомом крестьянину помещении – изба[29], дом. В редких случаях в качестве строения фигурируют хата, «халупочка», землянка, хоромы, палаты. Отметим, что иногда жилье называется квартира / «фатера» / «фатерка»[30]. Указанные наименования, безусловно, используются не для обозначения «отдельного жилого помещения в доме», состоящего «обычно из нескольких комнат с кухней, передней и т.д.»[31] (современное по-нимание), а для обозначения именно помещения, жилья, жилища[32].

В некоторых сказках виды строений взаимозаменяемы, т.е. одна и та же постройка может именоваться по-разному. В то же время отдельными сказочниками четко разграничиваются строения. Это, прежде всего, касается немногочисленных текстов, в которых присутствуют четыре различных постройки в ином мире: три принадлежат девушкам (сюжет о трех царствах), а в четвертом похититель удерживает главную героиню.

Так, например, в сказке из сборника, подготовленного О.Э.Озаровской, Елена Прекрасная, Марфа Прекрасная и Александра Прекрасная пребывают в избушках «на курьей ножки об одной окошки»[33], а похищенная мать Ивана-царевича находится в «Вехоревом доме» (Оз., №26).[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Кроме того, в текстах, где в качестве похитителя фигурируют зооморфные похитители, их жилища иногда представлены в виде берлоги (если речь идет о медведе) или норы (если о волке). В некоторых случаях тип строения не конкретизируется: «Теперь идёт(Иван-царевич. – А.Л.)дальше и близко приходит к Кощея жилищам» (Корг., №8).

В сказках, кроме того, отмечается, из какого материала сделана постройка. Так, она может быть каменной: «В болоте стоит каменный дом» (Карн., №141). Во многих текстах в ином мире находятся металлические строения: медное, серебряное, золотое. Речь в данном случае идет о сюжете СУС 301 А, В Три подземных царства. По словам В.Н.Топорова, «царство и дом в типе 301 находятся чаще всего в отношении свободного чередования или дублирования (отсюда – золотое царство или золотой дом, серебряное царство или серебряный дом, медное царство или медный дом, с одной стороны, и золотой дом в золотом царстве и т.д., с другой стороны)»[34]. В.Я.Пропп считает, что «эти три царства возникли как утроение тридесятого царства. При стремлении сказки все утраивать этому стремлению несомненно подвергся и данный мотив, и этим вызвано наличие вообще трех царств, но так как тридесятое царство золотое, то предыдущие сделаны серебряным и медным. Искать здесь каких-то связей с представлениями о железном, серебряном и золотом веке, вообще с циклом гесиодовских эр – напрасный труд. Здесь не удастся также обнаружить никаких связей с представлениями о металлах»[35]. Последнее заключение требует корректировки. Во многих сказках сообщается, что не только сами царства сделаны из соответствующего металла, но и многие атрибуты в них тоже: «… стоит дом медный и кругом ограда медная. У ворот стоит собака <…>, на медной цепи привязана» (Никиф., №131); «Пришол это он(Окати-горошка. – А.Л.)в медное царство. Д в о р е ч ь и мостовые и панели все из меди» (Карн., №41). Примечательно, что в одном из проанализированных текстов соответствующая характеристика переносится на облик похитителей: три сестры героя оказываются женами трех Воронов Вороновичей, Коготов Коготовичей, у одного из которых «медныйнос, оловянный хвос», у второго «серебряныйнос, чугунный хвос», у третьего «золотойнос и стальной хвос» (выделено мной. – А.Л.) (Пуд., №27).

Как уже отмечалось, во многих сказках соответствующие дворцы (или царства) располагаются на горе.

Это дает основание говорить о том, что составители СУС не совсем верно озаглавили указанный сюжет.

Кстати, в Указателе Н.П.Андреева он назван «Три царства: медное, серебряное, золотое», что более правильно. В сказках встречаются и строения, созданные из других материалов – стекла, олова, хрусталя, жемчуга.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Нередко указывается размер строения.

При этом в сказках встречается как гиперболизация: «Увидали дом агромадный» (Никиф., №103), так и использование уменьшительно-ласкательных суффиксов: «и вот оне увидали дóмичек» (Корг., №12). В некоторых сказках дается качественная характеристика постройки: «дом очень хороший» (Никиф., №103); «дом Вехорев благодатной» (Оз., №26).

Во многих сказках даже можно почерпнуть сведения о внутреннем убранстве указанных строений, касающегося жилой части, нежилых помещений и дополнительных построек (например, бани).

стр. 325Таким образом, в сказках о похищении женщины сохраняются отголоски представлений о трехчленном (вертикальном) строении Вселенной, имеющей верхний и нижний иной мир и мир этот, располагающийся посередине. Также тексты содержат сведения о более позднем двухчленном (горизонтальном) делении, в котором мир этот отделяется от иного каким-либо пространством. В то же время на потусторонний мир переносятся все основные понятия и атрибуты, имеющиеся в мире этом. Характерно, что многие черты, использующиеся при изображении иного царства в устных вариантах, возникли под влиянием лубочной традиции.

· [1] Костюхин Е.А. Лекции по русскому фольклору. М., 2004. С.102.

· [2] Елеонская Е.Н. Представление «того света» в русской народной сказке // Этнографическое обозрение. 1913. №3/4. С.50–60; Трубецкой Е. Иное царство и его искатели в русской народной сказке. М., 1922; Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. М., 2005. С.242–257; Новик Е.С. Система персонажей русской волшебной сказки // Типологические исследования по фольклору. М., 1975. С.236–240.

· [3] Пропп В.Я. Исторические корни… С.242.

· [4] Там же. С.248.

· [5] Там же. С.242.

· [6] Цивьян Т.В. К семантике пространственных элементов в волшебной сказке (на материале албанской сказки) // Типологические исследования по фольклору. М., 1975. С.201.

· [7] Исключение составляет лишь одна сказка, где сообщается: «дошли (Иван-медвежье ушко, Горокат и Деветьпил. – А.Л.)до глубокой ямы. В ямы увидели сидит красна девица на сундуках» (Северные сказки. Сборник Н.Е. Ончукова: В 2 кн. СПб., 1998. Кн.1. Кн.2. №34 (Полное собрание русских сказок; Т.1). (далее – Онч.).

· [8] Пропп В.Я. Исторические корни… С.242.

· [9] Елеонская Е.Н. Представление «того света»… С.52.

· [10] Русские народные сказки Карельского Поморья / Сост.: А.П.Разумова, Т.И.Сенькина. Петрозаводск, 1974. №30 (далее – Пом.).

· [11] Сравнительный указатель сюжетов.

Восточнославянская сказка. Л., 1979.

· [12] Сказки и песни Вологодской области / Сост. С.И.Минц и Н.И.Савушкина. Вологда, 1955. №13.

· [13] Сказка о золотой горе, или удивительные приключения Идана, восточного царевича (1782 г.) // Лекарство от задумчивости. Русская сказка в изданиях 80-х годов 18 века. СПб., 2001. С.17–38 (Полное собрание русских сказок; Т.5).

· [14] Старая погудка на новый лад. Русская сказка в изданиях конца XIX века. СПб., 2003. №34 (Полное собрание русских сказок; Т.8).

· [15] Сказки и песни Белозерского края. Сборник Б. и Ю. Соколовых: В 2 кн. СПб., 1999. Кн.1. №79 (Полное собрание русских сказок; Т.2).

· [16] Худяков И.А. Великорусские сказки. СПб., 2001. №62 (Полное собрание русских сказок; Т.6).

· [17] Народные русские сказки А.Н.Афанасьева: В 3 т. / Изд. подгот. Л.Г.Бараг и Н.В.Новиков. М., 1984. Т.1. №159.

· [18] Сказки русские, содержащие в себе 10 различных сказок. Собраны и записаны Петром Тимофеевым (1787 г.) // Лекарство от задумчивости. Русская сказка в изданиях 80-х годов 18 века. СПб., 2001. С.244–261 (Полное собрание русских сказок; Т.5).

· [19] Севернорусские сказки в записях А.И.Никифорова / Изд. подготовил В.Я.Пропп. М.; Л., 1961. №103 (далее – Никиф.).

· [20] Господин леший, господин барин и мы с мужиком. Записки о сказочниках Д.М.Молдавского и сказки, записанные Вл.Бахтиным и Д.М.Молдавским. М.; Л., 1965. С.151–160.

· [21] Пропп В.Я. Исторические корни… С.243.

· [22] Озаровская О.Э. Пятиречие. СПб., 2000. №26 (Полное собрание русских сказок; Т.4).

(далее – Оз.).

· [23] Великорусские сказки архива Русского географического общества: Сб. А.М.Смирнова. СПб., 2003. Кн.1–2. №31 (Полное собрание русских сказок; Т.9).

· [24] Русские народные сказки Пудожского края / Сост.: А.П.Разумова, Т.И.Сенькина. Петрозаводск, 1982. №8 (далее – Пуд.).

· [25] Сказки Ленинградской области / Собр. и подгот. к печати В.Бахтин и П.Ширяева. Л., 1976. №17.

· [26] См. об этом: Цивьян Т.В. К семантике… С. 193, 194.

· [27] Сказки и предания Северного края / Записи, вступит. статья и коммент. И.В.Карнауховой, предисл. Ю.М.Соколова. М.; Л., 1934. №169 (далее – Карн.).

· [28] Сказки Карельского Беломорья. Т.1: Сказки М.М.Коргуева / Записи, вступит. статья и коммент. А.Н.Нечаева. Петрозаводск, 1939. Кн.1. №7 (далее – Корг.).

· [29] Отметим, что в сказках это слово используется как для обозначения жилой части дома, так и в качестве синонима самого дома.

· [30] В сказке из сборника, составленного К.В.Чистовым, это слово употребляется в значении «лесная охотничья избушка» (Перстенек – двенадцать ставешков (Избранные русские сказки Карелии) / Сост., вступ. статья и коммент. К.Чистова. Петрозаводск, 1958. С.64).

· [31] Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 2007. С.349.

· [32] Даль В.И. Словарь живого великорусского языка. Т.II. М., 1881. С.102.

· [33] Эта характеристика чаще всего относится к жилью Бабы Яги.

· [34] Топоров В.Н. К реконструкции мифа о мировом яйце (на материале русских сказок) // Труды по знаковым системам. Тарту, 1967. Вып.3. С.86.

· [35] Пропп В.Я. Исторические корни… С.246.

 

Предыдущая статья:Классификация, 1. По этиологии · Вследствие хронических кровопотерь (хроническая п.. Следующая статья:ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА, Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение «Школа-гим..
page speed (0.0808 sec, direct)