Всего на сайте:
210 тыс. 306 статей

Главная | Культура, Искусство

Э.Ионеско. Носорог  Просмотрен 18

Пьеса предоставлена Ольгой Амелиной

(Библиотека драматургии - http://lib-drama.narod.ru)

 

Э.Ионеско. Носорог / E.Ionesco. Rhinocéros

Перевод Л. Завьяловой

Москва, изд-во "Текст", 1991

OCR & spellcheck: Ольга Амелина, март 2006

 

 

Действующие лица в порядке их появления на сцене

 

Л а в о ч н и ц а.

Ж а н.

Б е р а н ж е.

О ф и ц и а н т к а.

Л а в о ч н и к.

Д о м а ш н я я х о з я й к а.

Л о г и к.

С т а р ы й г о с п о д и н.

Х о з я и н к а ф е.

Д э з и.

Д ю д а р.

Б о т а р.

М с ь е П а п и й о н.

М а д а м Б е ф.

П о ж а р н ы й.

С т а р и ч о к — мсье Жан.

Ж е н а м с ь е Ж а н а.

Головы носорогов.

 

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

 

Декорации

 

Площадь в провинциальном городке. В глубине — двухэтажный дом; на первом этаже — витрина бакалейной лавки. В лавку ведет стеклянная дверь, перед ней порог в две-три ступеньки. Над витриной крупными буквами выведено «Бакалея». На втором этаже — два окна, по-видимому, квартира хозяев магазина. Вдалеке над лавкой высоко уходит в небо шпиль колокольни. Между лавкой и левой стороной сцены видна убегающая вдаль узенькая улочка. Слева, наискосок, — витрина кафе. Над кафе — еще этаж с одним окном. На террасе кафе несколько столиков и стульев выдвинуты почти до середины сцены. Возле столиков на тротуаре — серое от

пыли дерево. Синее небо, яркий свет, очень белые стены.

Время около полудня, воскресный день, лето.

Жан и Беранже усядутся за столиком перед кафе.

До того как поднимется занавес, будет слышен звон колоколов; он затихнет через несколько секунд после того, как поднимут занавес. В этот момент по сцене слева направо молча проходит женщина; в одной руке у нее пустая корзинка для продуктов, другой она прижимает кошку, которую несет под мышкой. В то время как она

проходит, Лавочница открывает дверь и следит за нею взглядом.

 

Лавочница. Вот тоже! (Мужу, который находится в лавке.) Гляди, как загордилась! Не желает у нас больше покупать.

 

Лавочница исчезает за дверью. Несколько минут сцена пуста. Слева появляется Жан. В это же самое время справа появляется Беранже. Жан одет аккуратно, тщательно — коричневый костюм, красный галстук, пристежной крахмальный воротничок, коричневая шляпа, желтые сверкающие ботинки. У него красноватое лицо. Беранже небрит, без шляпы, волосы не причесаны, пиджак и брюки сильно измяты — общее впечатление

неряшливости, вид у него усталый, невыспавшийся, он то и дело зевает.

 

Жан (идет по сцене справа). А, вы все-таки пришли, Беранже!

Беранже (идет по сцене слева). Здравствуйте, Жан.

Жан. Конечно, как всегда с опозданием! (Смотрит на ручные часы.) Мы с вами условились на половину двенадцатого. А уже скоро двенадцать.

Беранже. Простите меня. Вы давно ждете?

Жан. Нет, как видите, только что пришел.

 

Идут к столикам на террасе кафе.

 

Беранже. Ну, тогда я чувствую себя не таким виноватым, если... вы сами...

Жан. Я — другое дело. Я ждать не люблю, не могу зря время терять. Я знаю, вы никогда вовремя не приходите, и нарочно за­держался, чтобы прийти, когда вы уж наверняка будете здесь.

Беранже. Вы правы... вы совершенно правы, но все-таки...

Жан. Вы же не можете утверждать, что пришли вовремя.

Беранже. Конечно... Этого я не могу утверждать.

 

Жан и Беранже усаживаются.

 

Жан. Вот видите.

Беранже. Что вы будете пить?

Жан. А вам с самого утра уже хочется пить?

Беранже. Жара такая, все пересохло...

Жан. Умные люди говорят, чем больше пьешь, тем больше пить хочется...

Беранже. Вот если бы ученые додумались нагонять на небо искусственные тучи, не было бы такой засухи и жажда так не му­чила бы.

Жан (рассматривая Беранже). Вам бы это не помогло. Ведь вы не воды жаждете, дорогой Беранже...

Беранже. Что вы хотите этим сказать, дорогой Жан?

Жан. Вы прекрасно понимаете. Я говорю о вашей пересох­шей глотке. Вот уж бездонная бочка!..

Беранже. Ваше сравнение кажется мне...

Жан (прерывая). Вы скверно выглядите, друг мой.

Беранже. Скверно? Вы находите?

Жан. Я не слепой. Вы едва на ногах держитесь, опять всю ночь кутили; зеваете не переставая, вот-вот свалитесь и заснете.

Беранже. Голова немножко побаливает.

Жан. От вас спиртом разит!

Беранже. Меня, правда, после вчерашнего немножко мутит...

Жан. И так каждое воскресенье и в будни тоже.

Беранже. Ну нет, в будни не так часто, служба...

Жан. А где же ваш галстук? Потеряли во время дебоша!

Беранже (проводит рукой по шее). Правда, вот странно, ку­да это я мог его деть?

Жан (вытаскивает галстук из кармана). Нате-ка, наденьте.

Беранже. Вот спасибо, премного вам обязан. (Завязывает галстук.)

Жан (пока Беранже возится с галстуком). А на голове что делается?

 

Беранже проводит рукой по волосам.

 

Вот вам гребенка! (Достает из другого кармана гребенку.)

Беранже (берет гребенку). Благодарю вас. (Кое-как приче­сывается.)

Жан. Небритый! Посмотрите, на что вы похожи. (Достает из внутреннего кармана зеркальце и протягивает Беранже, тот раз­глядывает себя, высовывает язык.)

Беранже. Язык у меня весь обложен.

Жан (берет у него из рук зеркальце и кладет обратно в кар­ман). Ничего удивительного!.. (Беранже протягивает ему гребен­ку, Жан ее тоже прячет в карман.) Кончится тем, что цирроз пе­чени наживете.

Беранже (забеспокоившись). Вы так думаете?..

Жан (видя, что Беранже собирается вернуть ему галстук). Оставьте себе, у меня их много.

Беранже (восхищенно). Вот заботливый человек!

Жан (продолжая разглядывать Беранже). Костюм у вас весь измят, смотреть страшно, сорочка грязная, ботинки...

 

Беранже пытается спрятать ноги под стол.

 

Ботинки не чищены... Экая распущенность! А спина...

Беранже. Что такое с моей спиной?

Жан. Повернитесь. Да повернитесь же. Вы, верно, прислони­лись к стене.

 

Беранже растерянно протягивает руку к Жану.

 

Нет, щетки я с собой не ношу. Чтобы не оттопыривать карманы.

 

Беранже все так же растерянно похлопывает себя по плечам, стряхивая мел. Жан отшатывается.

 

Ого... Где это вы так извозились?

Беранже. Не знаю.

Жан. Ужасно, ужасно. Мне стыдно, что у меня такой друг.

Беранже. Вы уж очень строги ко мне...

Жан. А разве с вами можно иначе?

Беранже. Но послушайте, Жан. У меня здесь нет никаких развлечений; в этом городе подыхаешь от скуки; не могу я жить только работой, корпеть изо дня в день на службе восемь часов, и за целый год всего-навсего три недели отпуска летом! В субботу вечером я чувствую себя совершенно вымотанным; ну и вот, что­бы разрядиться, вы понимаете...

Жан. Все, дорогой мой, работают, и я тоже работаю, как все, изо дня в день восемь часов в конторе; и у меня тоже всего три недели отпуска в году, и тем не менее посмотрите на меня... Нужно немного силы воли, только и всего!..

Беранже. О, не у всех такая сила воли, как у вас. А я вот не могу. Не могу приспособиться к этой жизни.

Жан. Каждый должен приспособиться. Подумаешь — сверхчеловек.

Беранже. Я не претендую...

Жан (перебивает). Я, знаете, не хуже вас и даже, чего там скромничать, много лучше. Сверхчеловек — это человек, который выполняет свой долг.

Беранже. Какой долг?

Жан. Ну, свой долг... скажем, долг служащего.

Беранже. Ах да, свой долг служащего.

Жан. А где же вчера все это происходило, эти ваши ночные возлияния? Или вы уже не помните?

Беранже. Мы справляли день рождения Огюста, нашего друга Огюста...

Жан. Нашего друга Огюста? А меня вот не пригласили на день рождения нашего друга.

 

В эту минуту издалека доносится какой-то быстро приближающийся шум, сопение, тяжелый топот бегущего громадного зверя, протяжный рев.

 

Беранже. Я не мог отказаться. Это было бы невежливо...

Жан. Но ведь я-то не пошел?

Беранже. Может быть, потому, что вас не пригласили!

Официантка (выходя из кафе). Добрый день, господа, что вам будет угодно выпить?

 

Шум становится очень громким.

 

Жан (Беранже, стараясь перекричать шум, которого он умышленно не замечает). Нет, правда, я не получал приглашения. Мне не оказали такой чести... Однако можете мне поверить, если бы даже меня пригласили, я бы все равно не пошел, потому что...

 

Шум становится оглушительным.

 

Что это такое происходит?

 

Теперь уже совсем близко слышен топот мчащегося громадного грузного зверя,

его шумное прерывистое дыхание.

 

Да что же это такое?

Официантка. Да! Что же это такое?

 

Беранже, все так же апатично, будто и не замечая никакого шума, спокой­но отвечает Жану насчет приглашения, он шевелит губами, но голоса его не слышно. Жан внезапно вскакивает, роняя стул, заглядывает направо за

кулисы, показывает на что-то пальцем, Беранже продолжает сидеть с осоловелым видом.

 

Жан. Ах! Носорог!

 

Топот и шум быстро стихают, и в дальнейшем слова уже можно расслы­шать — вся эта сцена

перебрасывания репликами должна быть разыграна в очень быстром темпе.

 

Носорог!

Официантка.

Ах! Носорог!

Лавочница (высунув голову из дверей магазина). Ах! Носо­рог! (Мужу, который находится в магазине.) Скорее иди смотри — носорог!

 

Все смотрят вправо, откуда еще доносится топот удаляющегося животного.

 

Жан. Он мчится сломя голову, сшибает лотки.

Лавочник (из магазина). Где? Где?

Официантка (упершись руками в бедра). Ну и ну!

Лавочница (мужу, который все еще в лавке). Иди же скорей!

Лавочник (высовывает голову). Ах! Носорог!

Логик (очень быстрым шагом, чуть ли не бегом появляется справа). Носорог там прямо по тротуару мчится!

 

Все эти реплики, начиная с возгласа Жана «Ах, носорог!», почти одновременны. Слышится возглас женщины: «Ах!» Она появляется справа, выбегает на середину сцены — это Домашняя хозяйка, в руке у нее корзинка, она ее роняет, покупки разлетаются во все стороны, бутылка разбивается, а она стоит, прижав к себе кошку и не

выпуская ее.

 

Домашняя хозяйка. Ах! Ох!

 

Элегантно одетый Старый господин — белые гетры, шляпа, трость с костяным набалдашником — появляется вслед за Домашней хозяйкой, бросается в бакалейную лавку, отталкивает Лавочника и скрывается в глубине. Логик стоит, прижавшись к стене дома, справа от входа в лавку; у него седые усики, пенсне, шляпа-канотье. Жан, Официантка и, Беранже, который сидит все с тем же безучастным видом, образуют вторую группу. Справа доносятся возгласы «Ох!» и «Ах!», слышно, как разбегаются люди. Пыль, поднятая промчавшимся животным,

заполняет сцену.

 

Хозяин кафе (высовывая голову из окна над кафе). Что там такое творится?

Старый господин (протискиваясь между хозяевами лав­ки). Извините.

Лавочница (которую он толкнул, задевает мужа и говорит Старому господину). Осторожней, вы, с вашей тростью!

Лавочник. Да уж, вы как-нибудь поосторожней!

 

Голова Старого господина показывается из-за спин хозяев лавки.

 

Официантка (Хозяину кафе). Носорог!

Хозяин кафе (из окна, Официантке). Да что вам, приснилось, что ли? (Увидев носорога.) Ах! Вот так история!

Домашняя хозяйка. Ах!

 

Возгласы за кулисами как бы вторят ее возгласу. Домашняя хозяйка, у которой выскользнула из рук

корзинка с покупками, по-прежнему крепко прижимает к себе кошку.

 

Бедная киска, она так испугалась!

 

Хозяин кафе, все так же высунувшись из окна, провожает глазами убегающее животное; рев и топот доносятся уже издалека. Беранже слегка отворачивается, он совсем осовел, ничего не говорит, только морщится.

 

Жан (возбужденно, тоже отворачиваясь от облака пыли). Вот так история! (Чихает.)

Домашняя хозяйка (повернувшись вправо, посреди сцены, на которой валяются рассыпавшиеся покупки). Вот так история! (Чихает.)

Старый господин и хозяева лавки (распахивая стеклянную дверь, которую Старый господин захлопнул за собой). Вот так история!

Жан. Вот так история! (Беранже.) Вы видели?

 

Топот и рев носорога утихают вдалеке; люди, не сходя с места, продолжают следить за ним глазами,

за исключением Беранже, который сидит, по-прежнему ко всему безучастный.

 

Все (кроме Беранже). Вот так история!

Беранже (Жану). Да, кажется, носорог! Какую пыль поднял! (Достает платок, сморкается.)

Домашняя хозяйка. Вот так история! Боже, как я испугалась!

Лавочник (Домашней хозяйке). Ваша корзинка... покупки...

 

Старый господин подходит к Домашней хозяйке и нагибается, чтобы подобрать свертки.

Сняв шляпу, он вежливо кланяется даме.

 

Хозяин кафе. Все-таки как же это может быть...

Официантка. Да уж, действительно.

Старый господин. Разрешите вам помочь собрать ваши покупки?

Домашняя хозяйка (Старому господину). Спасибо, мсье. Пожалуйста, наденьте шляпу. Ах, как я испугалась.

Логик. Страх иррационален. Разум должен его преодолевать.

Официантка. Его уже не видно.

Старый господин (Домашней хозяйке, указывая на Логи­ка). Мой друг — Логик.

Жан (Беранже). Нет, что вы об этом скажете?

Официантка. Вот быстро бегает, скотина!

Домашняя хозяйка (Логику). Очень приятно, мсье.

Лавочница (мужу). Так ей и надо. Она это не у нас все понакупила.

Жан (Хозяину кафе и Официантке). Что вы об этом скажете?

Домашняя хозяйка. А кошечку мою я все-таки удержала.

Хозяин кафе (в окне, пожимая плечами). Не каждый день такое увидишь.

Домашняя хозяйка (Логику, пока Старый господин соби­рает свертки). Вы не подержите ее минутку?

Официантка (Жану). В жизни такого не видела.

Логик (берет кошку на руки). Она не злая?

Хозяин кафе (Жану). Точно комета пронеслась.

Домашняя хозяйка (Логику). Что вы, она такая ласко­вая. (Обращаясь к остальным.) Вино-то мое! Оно сейчас так до­рого стоит!

Лавочник (Домашней хозяйке). Чего-чего, а вина у нас хватает.

Жан (Беранже). Нет, что вы об этом скажете?

Лавочник (Домашней хозяйке). Высшего качества.

Хозяин кафе (Официантке). Хватит лясы точить. Займи­тесь делом, примите у них заказ. (Показывает на Жана и Беран­же; затем втягивает голову в окно.)

Беранже (Жану). О чем это вы говорите?

Лавочница (мужу). Пойди принеси ей другую бутылку.

Жан (Беранже). Да о носороге, о носороге!

Лавочник (Домашней хозяйке). У меня есть превосходное вино в небьющихся бутылках. (Скрывается в магазине.)

Логик (лаская кошку). Кисонька, кисонька, кис-кис!

Официантка (Беранже и Жану). Что вам угодно?

Беранже (Официантке). Анисового ликера, два.

Официантка. Сейчас, мсье. (Уходит.)

Домашняя хозяйка (собирая свертки с помощью Старого господина). Вы очень любезны, мсье.

Официантка (входя в кафе). Два анисовых ликера!

Старый господин (Домашней хозяйке). Ну, стоит ли об этом говорить, мадам.

 

Лавочница уходит в лавку.

 

Логик (Старому господину и Домашней хозяйке, подбираю­щим покупки). Кладите аккуратно, по порядку.

Жан (Беранже). Нет, что вы об этом скажете?

Беранже (Жану, не зная, что сказать). Да... ничего. Пыль какая поднялась!

Лавочник (выходит из лавки с бутылкой вина, обращается к Домашней хозяйке). У меня есть лук-порей. Не угодно ли?

Логик (продолжая гладить кошку). Киска, киска, кисонька!

Лавочник (Домашней хозяйке). Сто франков литр.

Домашняя хозяйка (отдает деньги Лавочнику, потом об­ращается к Старому господину). Вы так любезны. Вот француз­ская вежливость. Не то что современная молодежь.

Лавочник (беря деньги у Домашней хозяйки). Вам лучше покупать у нас. И улицу переходить не надо. И вот таких встреч можно не бояться. (Возвращается в лавку.)

Жан (он снова уселся и не перестает думать о носороге). Но ведь это все-таки что-то совершенно невероятное!

Старый господин (приподнимает шляпу и целует руку Домашней хозяйке). Весьма счастлив был с вами познакомиться!

Домашняя хозяйка (Логику). Благодарю вас, мсье, за то, что вы подержали мою кошечку.

 

Логик передает кошку Домашней хозяйке. Официантка возвращается с заказом.

 

Официантка. Ваш ликер, мсье.

Жан (Беранже). Вы неисправимы!

Старый господин (Домашней хозяйке). Разрешите вас проводить?

Беранже (указывая Жану на Официантку). Я заказывал минеральную воду. Она ошиблась.

 

Жан презрительно и недоверчиво пожимает плечами.

 

Домашняя хозяйка (Старому господину). Меня ждет муж, мсье. Спасибо. Как-нибудь в другой раз.

Старый господин (Домашней хозяйке). Буду надеяться, мадам.

Домашняя хозяйка (Старому господину). Я тоже. (Делает ему глазки и уходит направо.)

Беранже. Пыль-то улеглась.

 

Жан опять пожимает плечами.

 

Старый господин (Логику, провожая глазами Домашнюю хозяйку). Прелестна.

Жан (Беранже). Носорог! Просто опомниться не могу.

 

Старый господин и Логик медленно уходят налево, откуда они потом снова появятся. Они мирно беседуют.

 

Старый господин (Логику, кинув последний взгляд вслед Домашней хозяйке). Очаровательна. Не правда ли?

Логик (Старому господину). Так вот, я вам сейчас объясню, что такое силлогизм.

Старый господин. Ах да, силлогизм.

Жан (Беранже). Опомниться не могу. Это что-то непостижимое.

 

Беранже зевает.

 

Логик (Старому господину). Силлогизм состоит из двух исходных суждений и вывода.

Старый господин. Какого вывода?

 

Логик и Старый господин уходят.

 

Жан. Нет. Просто никак не приду в себя.

Беранже (Жану). Оно и видно, что вы не можете очнуться. Ну что? Носорог... да, носорог!.. Но он уже далеко... Он далеко.

Жан. Но вы подумайте только! Ведь это же неслыханно. Носорог на свободе бегает по городу. И вас это не удивляет? Как это можно было допустить!

 

Беранже зевает.

 

Да вы хоть рукой прикрылись бы...

Беранже (продолжает зевать во весь рот). Да... д... да... Конечно, этого не должны были допускать. Это опасно. Я как-то не подумал об этом. Но вы не волнуйтесь, нам здесь ничто не грозит.

Жан. Надо заявить протест городским властям. О чем они там думают в муниципалитете?

Беранже (зевает и тут же поспешно прикрывает рот рукой). Ах, виноват... А может быть, он из зоологического сада убежал, этот носорог.

Жан. Вы, верно, стоя спите!

Беранже. Я сижу.

Жан. Стоя или сидя — не все ли равно!

Беранже. Все-таки есть разница.

Жан. Не об этом речь.

Беранже. Да ведь вы же сами сказали, не все ли равно — сидит человек или стоит.

Жан. Вы не так поняли. Сидя или стоя, это все равно, если человек спит...

Беранже. Да, верно, правду сказать, сплю... Жизнь — это сон.

Жан (продолжает). Конечно спите, раз вам приходит в голову, что носорог из зоологического сада убежал...

Беранже. Я сказал — может быть.

Жан (продолжая). ...Ведь у нас в городе нет зоологического сада с тех пор, как чуть ли не все животные передохли от чумы. А было это когда-то давным-давно...

Беранже (так же равнодушно). Ну, может быть, он убежал из цирка.

Жан. Из какого же это цирка?

Беранже. Да я почем знаю... ну, из какого-нибудь бродячего цирка.

Жан. Вы прекрасно знаете, что мэрия запретила бродячим труппам останавливаться на территории нашего округа. Никаких цирков здесь не было с тех пор, как мы еще детьми были.

Беранже (силится подавить зевоту, ему это не удается). В таком случае, он, может быть, скрывался с тех пор где-нибудь по-близости — в чаще или болотах.

Жан (вздымая руки к небу). Поблизости! В чаще, в болотах! Несчастный! Это, верно, вы в чаще...

винных паров.

Беранже (простодушно). Да, правда... они прямо так и под­ступают откуда-то из желудка...

Жан. Должно быть, они вам мозги заволокли. Где же вы ви­дели у нас поблизости болота и чащи... Нашу провинцию прозва­ли «Маленькая Кастилия» — песок да камни, сущая пустыня.

Беранже (выведенный из терпения, устало). Ну почем я знаю? Может быть, он прятался под камнем? Или свил себе гнез­до на какой-нибудь ветке?

Жан. Если вы думаете, что это остроумно, то ошибаетесь, по­звольте вам заметить. Вы просто нелепы с этими вашими пара­доксами! Я вижу, вы не способны говорить серьезно!

Беранже. Сегодня — да, только сегодня... из-за этой... пото­му что у меня... (Расслабленным жестом показывает на голову.)

Жан. Сегодня как и всегда!

Беранже. Ну, не совсем так же...

Жан. Остроты ваши никуда не годятся.

Беранже. Я вовсе и не собирался...

Жан (перебивает его). Терпеть не могу, когда надо мной из­деваются!

Беранже (кладя руку на сердце). Дорогой Жан, да я никог­да себе не позволил бы...

Жан (перебивая его). Да, дорогой Беранже, вы себе позволя­ете...

Беранже. Нет-нет, я этого себе не позволяю.

Жан. А я говорю — да, вы только что себе позволили.

Беранже. Как вы можете так думать?..

Жан (перебивает его). Я думаю то, что есть...

Беранже. Уверяю вас...

Жан (перебивая его). Что вы надо мной издеваетесь!

Беранже. Ну и упрямец же вы!

Жан. Не хватает того, чтобы вы меня назвали ослом. Видите, как вы оскорбляете меня.

Беранже. Да мне и в голову не приходило...

Жан. У вас ее нет!

Беранже. Тем более, значит, мне это и не могло прийти в голову.

Жан. Есть вещи, которые даже безголовым приходят в голову.

Беранже. Это невозможно.

Жан. Почему это невозможно?

Беранже. Да потому, что невозможно.

Жан. А вы объясните мне, почему это невозможно, если уж вы считаете, что можете объяснить все.

Беранже. Никогда в жизни этого не считал.

Жан. А тогда чего же вы на стену лезете? Я вас спрашиваю, почему вы оскорбляете меня?

Беранже. Я вас не оскорбляю. Напротив, вы знаете, с каким уважением я к вам отношусь.

Жан. Раз вы меня уважаете, так чего же вы спорите и гово­рите, что нет ничего опасного, если в самом центре города бегает на свободе носорог, да еще в воскресенье, когда на улицах пол­ным-полно детей и... взрослых...

Беранже. Сейчас многие в церкви. Там их никто не тронет.

Жан (перебивая его). Позвольте... сейчас самая торговля.

Беранже. Да я вовсе не говорил, что не опасно позволять носорогу бегать по городу. Я просто сказал, что как-то не думал об этой опасности, не задавался таким вопросом.

Жан. Вы никогда ни о чем не думаете!

Беранже. Ладно, согласен. Конечно, это не годится, чтоб но­сорог бегал на свободе.

Жан. Таких вещей не должно быть.

Беранже. Согласен. Не должно быть. Скажу больше, в этом есть даже что-то бессмысленное. Хорошо, но ведь это все-таки не причина, чтобы нам с вами ссориться из-за ка­кого-то зверя. Охота вам затевать спор из-за какого-то непарнопалого, которое случайно пробежало мимо. Глупое четвероногое, которое не стоит того, чтобы о нем говорили. Да еще к тому же хищное... И ведь оно исчезло, его уж нет больше. Стоит ли разговаривать о животном, которого больше нет. Поговорим о чем-нибудь другом, дорогой Жан, погово­рим о другом. У нас найдется, о чем поговорить... (Зевает, берет свой бокал.) Ваше здоровье.

 

В эту минуту Логик и Старый господин снова появляются слева; разговаривая, они направляются в кафе и садятся за столик в глубине террасы, довольно далеко от Жана и Беранже и несколько правее их.

 

Жан. Поставьте бокал. И не пейте.

 

Жан отпивает большой глоток и ставит на стол наполовину пустой бокал. Беран­же продолжает

держать бокал в руке, не опуская его на стол, но и не решаясь пить.

 

Беранже. Но не оставлять же хозяину? (Подносит к губам и как будто собирается выпить.)

Жан. Поставьте бокал, говорят вам.

Беранже. Хорошо.

 

Хочет поставить бокал. В этот момент по сцене слева направо проходит машинистка Дэзи,

молоденькая блондинка. Увидев Дэзи, Беранже вскакивает, задевает бокал, тот падает, вино

проливается на брюки Жана.

 

Ах, Дэзи!

Жан. Осторожнее! Вот нескладный!

Беранже. Это Дэзи... Простите, пожалуйста... (Он прячется, чтобы не попасться Дэзи на глаза.) Мне не хочется, чтобы она меня видела... в таком состоянии.

Жан. Вы просто невозможны, совершенно невозможны! (Провожает взглядом Дэзи.) Что это она вас так напугала, эта девушка?

Беранже. Молчите, молчите!

Жан. И на вид она совсем не злая.

Беранже (возвращаясь к Жану, когда Дэзи скрылась из ви­ду). Еще раз прошу вас, пожалуйста, простите меня за то, что я...

Жан. Вот что значит пить. Вы уже не способны управлять своими движениями, руки у вас ослабли, вы совсем одурели, опу­стились. Вы, милый друг, сами себе роете могилу, губите себя.

Беранже. Да я вовсе не так уж люблю пить. Но вот когда я не пью, мне все как-то не по себе. Будто я чего-то боюсь, вот я и пью, чтобы перестать бояться.

Жан. Бояться чего?

Беранже. Да сам не знаю. Тоска какая-то, трудно даже и сказать, как-то не на месте себя чувствуешь, и в жизни, и среди людей, вот и пропускаешь стаканчик. Это успокаивает, размягча­ет, и обо всем как-то забываешь...

Жан. Просто вы спьяну забываетесь.

Беранже. Устал я, уже много лет чувствую себя усталым. С трудом собственное тело таскаю, тяжесть такая.

Жан. Это у вас алкогольная неврастения, меланхолия пьяницы.

Беранже (продолжает). Я постоянно чувствую собственное тело, точно оно налито свинцом или точно я тащу кого-то чужого на своей спине. Все как-то не могу свыкнуться с собой. Не знаю, я ли это. А выпьешь немножко, и тяжесть исчезает, узнаешь се­бя, становишься самим собой.

Жан. Все это самокопание, Беранже. Посмотрите на меня. У меня вес побольше вашего. А я чувствую себя легко-легко, удиви­тельно легко. (Машет руками, словно порываясь взлететь.)

 

В эту минуту Старый господин и Логик проходят, беседуя, мимо Жа­на и Беранже. Жан, размахивая руками, толкает Старого господина так, что тот чуть не падает на Логика.

 

Логик (продолжая разговор). Вот вам пример силлогизма...

 

Старый господин чуть не падает на него.

 

Ох!..

Старый господин (Жану). Осторожней. (Логику.) Изви­ните.

Жан (Старому господину). Извините.

Логик (Старому господину). Ничего, ничего.

Старый господин (Жану). Ничего, ничего.

 

Старый господин и Логик усаживаются за столик позади Жана и Беранже, несколько правее от них.

 

Беранже (Жану). Вы сильный.

Жан. Да, я сильный. Я сильный по многим причинам. Я силь­ный, во-первых, потому, что у меня есть сила. Затем я сильный, потому, что у меня есть моральная сила. И еще я сильный пото­му, что не отравлен алкоголем. Я не хочу вас обидеть, дорогой друг, но должен сказать, что алкоголь в самом деле давит на че­ловека.

Логик (Старому господину). Вот вам пример силлогизма. У кошки четыре лапы. У Фрико и Исидора у каждого по четыре ла­пы. Следовательно, Фрико и Исидор — кошки.

Старый господин (Логику). У моей собаки тоже четыре лапы.

Логик (Старому господину). Следовательно, это кошка.

Беранже (Жану). А у меня едва хватает силы жить. Мне кажется, у меня пропала всякая охота жить.

Старый господин (после долгого размышления). Значит, логически выходит, моя собака — кошка.

Логик (Старому господину). Логически — да. Но и противное тоже справедливо.

Беранже (Жану). Одиночество тяготит. И люди тоже.

Жан (Беранже). Вы сами себе противоречите. Что вас тяго­тит — одиночество или толпа? Считаете себя мыслителем, а логи­ки ни на грош.

Старый господин (Логику). Замечательная вещь — ло­гика!

Логик (Старому господину). Если ею не злоупотреблять.

Беранже (Жану). Жить — противоестественно.

Жан.

Наоборот! Что может быть естественнее. И вот вам до­казательство — все живут.

Беранже. Мертвых больше, чем живых. И число их все уве­личивается. А живых становится все меньше.

Жан. Мертвые не существуют — вот уж можно точно сказать. Ха-ха-ха!.. (Хохочет.) А они тоже вас тяготят? Как может тяго­тить то, что не существует?

Беранже. Я сам иногда спрашиваю себя: существую я или и нет?

Жан (Беранже). Вы, дорогой мой, не существуете, потому что вы не думаете. Думайте — и будете существовать.

Логик (Старому господину). А вот вам еще силлогизм. Все кошки смертны. Сократ смертен. Следовательно, Сократ — кошка.

Старый господин. И у него четыре лапы. А ведь верно, моего кота как раз и зовут Сократ.

Логик. Вот видите...

Жан (Беранже). А на самом деле вы просто кривляка. И враль. Вы говорите, вас жизнь не интересует. А меж тем кто-то вас интересует.

Беранже. Кто же это?

Жан. А вот эта ваша сослуживица, девочка, которая только что прошла. Вы же влюблены в нее.

Старый господин (Логику). Значит, Сократ был кошкой!

Логик (Старому господину). Так нам сейчас доказала логика.

Жан (Беранже). Вам не хотелось, чтобы она вас увидела таком виде?

 

Беранже кивает.

 

Это доказывает, что вам не все безразлично. Но о чем же вы ду­маете, разве Дэзи может прельститься пьяницей?

Логик (Старому господину). Ну, вернемся к нашим кошкам.

Старый господин (Логику). Я вас слушаю.

Беранже (Жану). Да, по-моему, она уже кого-то себе при­глядела.

Жан (Беранже). Кого же это?

Беранже. Дюдара. Сослуживца нашего. Он юрист, у него диплом доктора права. Ему будущее обеспечено — и по службе, и в сердце Дэзи. Где уж мне с ним тягаться.

Логик (Старому господину). У кота Исидора четыре лапы.

Старый господин. Откуда вы знаете?

Логик. Это дается в посылке.

Беранже (Жану). Он и у начальства на хорошем счету. А у меня, у меня никакого будущего, я человек без образования. У меня никаких перспектив.

Старый господин (Логику). Ах, в посылке.

Жан (Беранже). И вы вот так и сдаетесь...

Беранже. А что же мне делать?

Логик (Старому господину). У Фрико тоже четыре лапы. Сколько же лап у Фрико и Исидора?

Старый господин (Логику). Вместе или порознь?

Жан (Беранже). Жизнь — это борьба, только трусы отказыва­ются бороться.

Логик (Старому господину). Вместе или порознь — это зави­сит от точки зрения.

Беранже (Жану). Что же делать, я безоружен.

Жан. Вооружитесь, дорогой мой, вооружитесь.

Старый господин (Логику, после мучительных размышле­ний). Четыре, четыре лапы.

Логик. Логика учит нас вычислять в уме.

Старый господин. Да, многогранная вещь — логика.

Беранже (Жану). А где взять оружие?

Логик (Старому господину). Логика не имеет границ.

Жан (Беранже). В себе самом. Усилием воли.

Беранже (Жану). Что это за оружие, как им вооружиться?

Логик (Старому господину). Вот вы сейчас увидите...

Жан (Беранже). Вооружиться терпением, культурой, воору­житься умом. (Беранже зевает.) Станьте остроумным, блестящим. Не отставайте от времени.

Беранже (Жану). Как это не отставать от времени?

Логик (Старому господину). Если у этих кошек отнять две лапы, сколько лап останется у каждой?

Старый господин (Логику). Это очень сложно.

Беранже (Жану). Это очень сложно.

Логик (Старому господину). Напротив, проще простого.

Старый господин (Логику). Может быть, это для вас просто, но не для меня.

Беранже (Жану). Может быть, это для вас просто, но не для меня.

Логик (Старому господину). Пошевелите же мозгами. Сде­лайте усилие.

Жан (Беранже). Пошевелите же лапами. Сделайте над собой усилие.

Старый господин (Логику). Не понимаю.

Беранже (Жану). По правде сказать, не понимаю.

Логик (Старому господину). Вам все надо разжевать.

Жан (Беранже). Вам все надо разжевать.

Логик (Старому господину). Возьмите лист бумаги, сосчитай­те. У двух кошек изымают две лапы. Сколько лап остается у каждой кошки?

Старый господин. Подождите... (Достает из кармана лис­ток бумаги и начинает высчитывать.)

Жан. Вот с чего надо начать: одеться прилично, бриться каж­дый день, ходить в чистой сорочке.

Беранже (Жану). Стирка, знаете, дорого обходится...

Жан (Беранже). Экономьте на вине. А за внешностью надо следить — шляпа, галстук, приличный костюм, вычищен­ная обувь.

 

Перечисляя предметы одежлы, Жан самодовольно показывает на свои шляпу, галстук, сверкающие ботинки.

 

Старый господин (Логику). Здесь возможно несколько решений.

Логик (Старому господину). Говорите.

Беранже (Жану). А дальше что делать? Говорите...

Логик (Старому господину). Я вас слушаю.

Беранже (Жану). Я вас слушаю.

Жан (Беранже). Вы человек робкий, но не лишены способно­стей.

Беранже (Жану). У меня способности?

Жан. Их надо уметь применять. Включитесь в жизнь. Следите за культурными и литературными событиями нашего времени.

Старый господин (Логику). Первая возможность: у одной кошки может быть четыре лапы, у второй — две.

Беранже (Жану). У меня так мало свободного времени. Ведь я чиновник!

Логик. У вас есть способности. Нужно только уметь их при­менять.

Жан. Надо уметь с толком использовать свободное время. Нельзя плыть по течению.

Старый господин (Логику). У меня никогда не было свободного времени. Я чиновником был.

Логик (Старому господину). Для ученья всегда можно найти время.

Жан (Беранже). Всегда можно найти время.

Беранже (Жану). Слишком поздно.

Старый господин (Логику). Поздновато, пожалуй, для меня.

Жан (Беранже). Никогда не поздно.

Логик (Старому господину). Никогда не поздно.

Жан (Беранже). Ваш рабочий день — восемь часов, как у меня, как у всех. А воскресенье? А вечера? И наконец, три недели отпуска летом? Этого достаточно, если следовать пра­вилам.

Логик (Старому господину). Ну, а другие решения? Не за­будьте правила, правила...

 

Старый господин снова принимается высчитывать.

 

Жан (Беранже). Послушайте, вместо того чтобы пить да хандрить, не лучше ли вставать с утра свежим, бодрым и всегда чувствовать себя прекрасно, даже на работе? А тогда можно и свободное время проводить разумно.

Беранже (Жану). Как же именно?

Жан (Беранже). Ходить в музеи, читать литературные жур­налы, посещать лекции. Это вас излечит от ваших страхов и тос­ки, воспитает вас. Через какие-нибудь три-четыре недели вы ста­нете культурным человеком.

Беранже (Жану). А ведь вы правы!

Старый господин (Логику). Тогда выходит, что у одной кошки будет пять лап.

Жан (Беранже). Вот видите — сами это признаете.

Старый господин (Логику). А у другой одна лапа. Но тогда будут ли это по-прежнему кошки?

Логик (Старому господину). Почему же нет?

Жан (Беранже). Вместо того чтобы тратить все имеющиеся деньги на спиртные напитки, не лучше ли покупать билеты в те­атр, ходить на интересные спектакли? Бывали ли вы когда-нибудь в этом новом авангардном театре, о котором сейчас столько гово­рят? Видели пьесы Ионеско?

Беранже (Жану). Нет, к сожалению. Только слышал о них.

Старый господин (Логику). Если отнять у двух кошек две лапы из восьми...

Жан (Беранже). Сейчас одна из них у нас идет. Пользуйтесь случаем.

Старый господин. ...Можем получить одну кошку с шес­тью лапами...

Беранже. А ведь правда, хорошо было бы познакомиться с сегодняшней театральной жизнью.

Старый господин (Логику). ...И одну совсем без лап.

Беранже. Вы правы, вы правы. Я включусь в жизнь, вы вер­но говорите.

Логик (Старому господину). В таком случае у нас получится одна привилегированная кошка.

Беранже (Жану). Обещаю вам.

Жан. Обещайте самому себе, главное — самому себе.

Старый господин. И одна, лишенная лап, — деклассиро­ванная кошка?

Беранже (Жану). Даю себе торжественное обещание. И уж себе-то я сдержу слово.

Логик (Старому господину). Это было бы несправедливо, а следовательно — нелогично.

Беранже (Жану). Вместо того чтобы пить, я буду приоб­щаться к культуре. Я уже чувствую себя лучше. Даже в голове прояснилось.

Жан. Вот видите!

Старый господин (Логику). Нелогично?

Беранже (Жану). Сегодня же пойду в городской музей. А на вечер возьму два билета в театр. Вы пойдете со мной?

Логик (Старому господину). Ибо справедливость — это и есть логика.

Жан (Беранже). Надо только проявить настойчивость. Чтобы ваши добрые намерения не разлетелись в прах.

Старый господин (Логику). Понимаю, справедливость.

Беранже (Жану). Я вам обещаю и себе обещаю. Идемте со мной после завтрака в музей?

Жан (Беранже). После завтрака сегодня я отдыхаю. Так уж у меня заведено.

Старый господин (Логику). Справедливость — это тоже одна из граней логики.

Беранже (Жану). Ну, а в театр-то вы со мной вечером пой­дете?

Жан. Нет, сегодня вечером нет.

Логик (Старому господину). Вы начинаете ясно мыслить.

Жан (Беранже). Желаю вам не отступать от ваших добрых намерений, но сегодня вечером я условился встретиться с друзья­ми в ресторане.

Беранже. В ресторане?

Старый господин (Логику). Да, и, кроме того, кошка совсем без лап...

Жан (Беранже). Я обещал встретиться. И всегда выполняю обещания.

Старый господин (Логику). ...Не могла бы бегать и ловить мышей.

Беранже (Жану). Ах, дорогой друг, вот теперь вы сами подаете дурной пример! Вы же там будете пить.

Логик (Старому господину). Вы уже делаете успехи в логике.

 

Направо за кулисами снова слышится нарастающий шум — это быстро бежит носорог, но теперь

уже в обратном направлении; топот копыт, рев, сопение.

 

Жан (возмущенно, Беранже). Выпить раз, дорогой мой, это не то, что завести привычку. Ничего общего с вами. Потому что вы... вы... другое дело... словом, это не одно и то же.

Беранже (Жану). Почему не одно и то же?

Жан (кричит, стараясь перекрыть шум, доносящийся с улицы позади лавки). Потому что я не пьяница!

Логик (Старому господину). Даже и без лап кошка должна ловить мышей. Это ее природное свойство.

Беранже (кричит во все горло). Я вовсе не говорю, что вы пьяница! А почему я в подобном случае должен считаться пьяницей больше, чем вы?

Старый господин (кричит Логику). Какое у кошки природное свойство?

Жан (Беранже, также кричит). Потому что все дело в мере! Я человек умеренный, не то что вы!

Логик (Старому господину, подносит руки к уху). Что вы говорите?

 

Страшный шум заглушает слова всех четверых.

 

Беранже (подносит руки к уху и кричит Жану). Не то что я, как, как вы сказали?

Жан (орет). Я говорю, что...

Старый господин (орет). Я говорю, что...

Жан (догадывается, что это за шум, теперь раздающийся уже совсем близко). Что же это происходит?

Логик. Да, что это?

Жан (вскакивает, опрокидывает стул, заглядывает налево, за кулисы, откуда доносятся топот и рев носорога, бегущего в обратном направлении). Ах! Носорог!

Логик (вскакивает, опрокидывает стул). Ах, носорог!

Старый господин (поднимается, опрокидывает стул). Ах, носорог!

Беранже (остается сидеть, но сейчас он уже не такой осоловелый). Носорог! Мчится обратно!

Официантка (выходит из кафе, неся поднос с бокалами). Что это? Ах, носорог! (Роняет поднос, бокалы разбиваются.)

Хозяин кафе (выходя из кафе). Что это?

Официантка (Хозяину). Носорог!

Логик. Вон там по тротуару носорог мчится.

Лавочник (выходя из лавки). Ах, носорог!

Жан.

Носорог!

Лавочница (высовывая голову из окна над лавкой). Ах! Носорог!

Хозяин кафе (Официантке). Это еще не причина бить посуду.

Жан. Мчится прямо вперед, сшибает лотки.

Дэзи (появляется справа). Носорог!

Беранже (увидев Дэзи). Ах, Дэзи!

 

Слышен топот убегающих людей, возгласы «Ох!» и «Ах!».

 

Хозяин кафе (Официантке). Вы мне заплатите за разбитую посуду.

 

Беранже пытается спрятаться, чтобы его не увидела Дэзи. Старый господин. Логик, Лавочница,

Лавочник идут к середине сцены, восклицая.

 

Все (вместе). Ну и ну!

Жан и Беранже. Ну и ну!

 

Слышно отчаянное мяуканье и вслед за ним душераздирающий женский крик.

 

Все. Ах!

 

И чуть ли не в ту же минуту — еще не затих быстро удаляющийся шум, топот и рев — появляется

Домашняя хозяйка; она уже без корзинки, а на руках у нее мертвая окровавленная кошка.

 

Домашняя хозяйка (причитает). Он раздавил мою кошку, раздавил мою кошечку!

Официантка. Он раздавил ее кошку!

Лавочник, Дэзи, Логик, Старый господин (окружив Домашнюю хозяйку, говорят все сразу). Такое несчастье, бедная киска!

Старый господин. Бедная киска!

Дэзи и Официантка. Бедная киска!

Лавочник и лавочница (в окне), Старый господин, Логик. Бедная киска!

Хозяин кафе (Официантке, указывая на разбитую посуду и опрокинутые стулья). Что же вы стоите? Уберите все это!

 

Жан и Беранже тоже бросились к Домашней хозяйке, которая не перестает причитать, прижимая к себе кошку.

 

Официантка (идет к террасе кафе убрать разбитую посуду и поднять стулья, оглядывается на Домашнюю хозяйку). Ах, бедная киска!

Хозяин кафе (Официантке, показывая пальцем на осколки стекла и опрокинутые стулья). Вон тут и тут!

Старый господин (Лавочнику). Ну, что вы об этом скажете?

Беранже (Домашней хозяйке). Не плачьте, мадам, у нас прямо сердце разрывается!

Дэзи (Беранже). Мсье Беранже... Вы здесь? Вы видели?

Беранже (Дэзи). Здравствуйте, мадмуазель Дэзи, извините, я не успел побриться...

Хозяин кафе (следит за Официанткой, все ли она подби­рает, и мельком поглядывает на Домашнюю хозяйку). Бедная киска!

Официантка (собирая осколки). Бедная киска!

 

Все реплики произносятся очень быстро, почти одновременно.

 

Лавочница (из окна). Ну это уж чересчур!

Жан. Это уж чересчур!

Домашняя хозяйка (горько причитает, качая на руках мертвую кошку). Бедненькая моя Мицу, бедняжка Мицу!

Старый господин (Домашней хозяйке). Я был бы так счастлив встретиться с вами при других обстоятельствах.

Логик (Домашней хозяйке). Что поделаешь, мадам, все кош­ки смертны. Приходится с этим мириться!

Домашняя хозяйка (причитает). Моя кисонька, кисонь­ка, киска моя!

Хозяин кафе (Официантке, у которой полный передник ос­колков). Ступайте бросьте в мусорный ящик. (Поднимает стулья.) Тысяча франков за вами!

Официантка (на пороге кафе, Хозяину). Вы только о сво­их деньгах и печетесь.

Лавочница (Домашней хозяйке, из окна). Не плачьте, мадам.

Старый господин (Домашней хозяйке). Успокойтесь, ма­дам, дорогая.

Лавочница (из окна). Ясное дело, жаль!

Домашняя хозяйка. Моя кисонька, кисонька, киска моя!

Дэзи. Конечно, жаль.

Старый господин (ведет под руку Домашнюю хозяйку к столику на террасе кафе. Все остальные следуют за ними). Сади­тесь вот здесь, мадам.

Жан (Старому господину). Что вы об этом скажете?

Лавочник (Логику). Что вы об этом скажете?

Лавочница (Дэзи, из окна). Что вы об этом скажете?

Хозяин кафе (Официантке, появившейся в дверях кафе в тот момент, когда все усаживают за столик плачущую Домашнюю хозяйку, которая не перестает качать мертвую кошку). Стакан воды для мадам!

Старый господин (Домашней хозяйке). Присядьте, ма­дам, дорогая.

Жан. Бедная женщина!

Лавочница (в окне). Бедное животное!

Беранже (Официантке). Принесите ей лучше коньяку.

Хозяин кафе (Официантке). Один коньяк! (Указывая на Беранже.) Платит этот господин.

Официантка (скрывается в кафе со словами). Один коньяк!

Домашняя хозяйка (всхлипывая). Не надо! Не хочу!

Лавочник. Он уже раз пробежал туда мимо лавки.

Жан (Лавочнику). Это не тот!

Лавочник (Жану). Как так?

Лавочница. Да нет, тот самый.

Дэзи. Он уже второй раз здесь промчался.

Хозяин кафе. По-моему, это все тот же.

Жан. Нет, не тот. У того, который пробежал раньше, было два рога на носу, это был азиатский носорог, а у этого — только один, это африканский!

 

Официантка выходит из кафе с рюмкой коньяку и подходит к Домашней хозяйке.

 

Старый господин. Вот коньяк, это вас немножко под­бодрит.

Домашняя хозяйка (в слезах). Не-е-т...

Беранже (с внезапным раздражением, Жану). Глупости вы говорите!.. Как это вы успели рога рассмотреть? Он так быстро промчался, что и самого-то его едва можно было разглядеть...

Дэзи (Домашней хозяйке). Ну правда же, вам станет легче.

Старый господин (Беранже). В самом деле, ведь он так быстро бежал!

Хозяин кафе (Домашней хозяйке). Попробуйте, хороший коньяк.

Беранже (Жану). Как вы успели рога у него сосчитать?..

Лавочница (Официантке, из окна). Заставьте ее выпить.

Беранже (Жану). Ведь пыль столбом стояла, ничего не вид­но было.

Дэзи (Домашней хозяйке). Выпейте, мадам.

Старый господин (Домашней хозяйке). Один глоточек, дорогая!.. Ну, смелее.

 

Официантка подносит рюмку к губам Домашней хозяйки, та делает вид, что ее принуждают

насильно, но выпивает.

 

Официантка. Вот и хорошо!

Лавочница (из окна)и Дэзи. Вот и хорошо!

Жан (Беранже). У меня голова ничем не затуманена. Я быс­тро считаю — у меня мысли не путаются.

Старый господин (Домашней хозяйке). Ну как, лучше?

Беранже (Жану). Ведь он мчался, опустив голову.

Хозяин кафе (Домашней хозяйке). Правда, хороший коньяк?

Жан (Беранже). Вот поэтому и можно было рассмотреть.

Домашняя хозяйка (осушив рюмку). Кисонька моя!

Беранже (Жану, раздраженно). Глупости! Глупости!

Лавочница (Домашней хозяйке, из окна). У меня найдется для вас другая кошка.

Жан (Беранже). Как? Вы осмеливаетесь утверждать, что я говорю глупости?

Домашняя хозяйка (Лавочнице). Не нужно мне никакой другой. (Всхлипывая, качает кошку.)

Беранже (Домашней хозяйке). Ну, успокойтесь!

Хозяин кафе (Домашней хозяйке). Успокойтесь.

Жан (Беранже). Я никогда не говорю глупостей!

Старый господин (Домашней хозяйке). Отнеситесь ко всему философски.

Беранже (Жану). Уж очень вы о себе воображаете. (Повы­шая голос.) Подумаешь, ученый...

Хозяин кафе (Жану и Беранже). Господа, господа!

Беранже (Жану, не унимаясь). ...Ученый, а путает все, чему его учили. Во-первых, это у азиатского носорога один рог, а аф­риканский — двурогий.

 

Все отходят от Домашней хозяйки и обступают Жана и Беранже, которые про­должают громко пререкаться.

 

Жан (Беранже). Ошибаетесь! Как раз наоборот.

Домашняя хозяйка (одна). Какая она была миленькая!

Беранже. Хотите пари?

Официантка. Они уже пари держат!

Дэзи (Беранже). Не горячитесь так, мсье Беранже!

Жан (Беранже). Не желаю я с вами держать пари. Двурогий! Сами вы двурогий. Азиат несчастный!

Официантка. Ого!

Лавочница (из окна, мужу). Они сейчас подерутся.

Лавочник (жене). Вот тебе и пари.

Хозяин кафе (Жану и Беранже). Никаких скандалов здесь!

Старый господин. А в самом деле... У какой же это поро­ды носорогов один рог на носу? (Лавочнику.) Вы торговец, вы должны бы знать!

Лавочница (мужу, из окна). Ты должен знать!

Беранже (Жану). Нет у меня рогов. И никогда не будет!

Лавочник (Старому господину). Не могут же торговцы все знать!

Жан (Беранже). Будет!

Беранже (Жану). И никакой я не азиат. Кстати сказать, азиаты такие же люди, как все...

Официантка. Ясно, азиаты такие же люди, как вы и я...

Старый господин (Хозяину кафе). Верно.

Хозяин кафе (Официантке). А вас никто не спрашивает.

Дэзи (Хозяину кафе). Она верно говорит. Они такие же лю­ди, как мы.

 

Домашняя хозяйка во время этого спора не перестает причитать.

 

Домашняя хозяйка. А какая она была спокойная, ну со­всем как мы.

Жан (вне себя). Они желтокожие!

 

Логик стоит в стороне между Домашней хозяйкой и группой людей, обсту­пивших Жана и Беранже, он внимательно следит за ходом спора, но не ввязывается в него.

 

Жан. Прощайте, господа. (Беранже.) А с вами я больше не знаком.

Домашняя хозяйка (причитает). Она так нас любила! (Всхлипывает.)

Дэзи. Ну будет вам, мсье Беранже, будет вам, мсье Жан...

Старый господин. У меня были друзья азиаты. Правда, может быть, они были не настоящие азиаты...

Хозяин кафе. Я знавал и настоящих.

Домашняя хозяйка (продолжая причитать). Я взяла ее к себе котеночком.

Жан (по-прежнему вне себя). Они желтые! Желтые! Совер­шенно желтые!

Беранже (Жану). А вы... вы красный, как рак!

Предыдущая статья:Сцена восьмая Следующая статья:ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ 1 страница
page speed (0.0152 sec, direct)