Всего на сайте:
236 тыс. 713 статей

Главная | История

За кулисами второй мировой войны 11 страница  Просмотрен 80

Черчилль понимал, что Англия не могла выстоять или одержать победу после военного поражения под Дюнкерком, разгрома Франции, воздушного "блица" без решающей поддержки Советского Союза. Это признавалось в полуофициальных изданиях Королевского института международных отношений: "Сомнительно, чтобы Соединенное королевство смогло выжить, даже при поддержке всего Содружества наций и Соединенных Штатов"482.

Судьбы Англии, Европы и всего мира зависели от исхода борьбы СССР с фашистскими захватчиками. "Нападение на СССР, - писала "Таймс", - является дальнейшим мероприятием по подготовке решительного наступления на Англию. Германское вторжение в СССР - новый шаг на пути установления Гитлером мирового господства"483.

Смертельная опасность для самого существования Англии и всей Британской империи, для будущего США повелительно диктовала правительствам этих стран пойти на союз с социалистическим государством, против капиталистических же, но фашистских государств. СССР не представлял угрозы Англии и США, а фашистские государства Германия, Италия и милитаристская Япония непосредственно угрожали им. Союз антифашистских государств был нужен всем, кто был заинтересован в разгроме фашизма. Диалектика мирового общественного развития оказалась сильнее личных симпатий или антипатий капиталистических политиков. Несмотря на свою враждебность к коммунизму, правящие круги Англии и США убедились, кто их подлинный враг и кто друг и как велика угроза фашистского порабощения.

Политические расчеты Гитлера на сговор с Англией и нейтрализацию США потерпели крах. Это был крупнейший политический провал стратегии фашистских политиков.

Жребий брошен

21 июня, прогуливаясь по крокетной площадке в саду Чекерса, У. Черчилль делился своими мыслями с Колвиллом. "Надежды Гитлера, - говорил Черчилль, заручиться содействием правых в Англии и США, упования на их помощь в войне с СССР ошибочны. Наоборот, Англия окажет всемерную помощь СССР".

Утром 22 июня ему сообщили о вторжении Гитлера в Россию. Это известие вызвало у британского премьера чувство облегчения, радости, поскольку он понимал, что после вступления в войну СССР Англия "уже больше не одинока"484. Немедленно он вызвал к себе наиболее близких членов военного кабинета - Идена, министра военного снабжения лорда Бивербрука, а также английского посла в Москве Стаффорда Криппса. Черчилль не счел необходимым советоваться со всеми членами военного кабинета, и на узком совещании было решено выступить с заявлением о поддержке СССР в войне с фашистской Германией. Выступление премьера должно было состояться в 9 часов вечера.

Однако в ходе подготовки заявления обнаружились расхождения в оценке способности Советской страны к отражению фашистской агрессии. И только за 20 минут до начала выступления Черчилля текст заявления был окончательно согласован485.

У. Черчилль обрушился на "жестокий, алчный фашистский режим" с его стремлением к расовому господству. "Я вижу, - говорил он, - русских солдат, стоящих на пороге своей родной земли, охраняющих поля, которые их отцы обрабатывали с незапамятных времен... Я вижу десятки тысяч русских деревень... и как на все это надвигается гнусная нацистская военная машина"486. "Опасность, угрожающая России, - продолжал он, - это опасность, грозящая нам и Соединенным Штатам, точно так же как дело каждого русского, сражающегося за свой очаг и дом, - это дело свободных людей и свободных народов во всех уголках земного шара... Его (Гитлера. - Ф. Б.) вторжение в Россию - это лишь прелюдия к попытке вторжения на Британские острова"487.

В сложившейся исторической обстановке нацистская Германия представляла смертельную угрозу для Британской империи. "У нас, - говорил далее Черчилль, - лишь одна-единственная жизненная цель. Мы полны решимости уничтожить Гитлера и все следы нацистского режима... Любой человек или государство, которые борются против нацизма, получат нашу помощь. Любой человек или государство, которые идут с Гитлером, наши враги... Отсюда следует, что мы окажем России и русскому народу всю помощь, какую только сможем"488.

Черчилль закончил свою речь словами о решимости Англии сражаться с Гитлером на суше, на море и в воздухе, избавить "землю от самой тени его", "бороться сообща, сколько хватит сил и жизни"489.

В свою очередь министр иностранных дел Великобритании А. Иден днем 22 июня заявил советскому послу в Лондоне И. Майскому, что "нападение Германии на СССР носит характер самой явной и оголтелой агрессии", что "ни о каком мире между Англией и Германией не может быть и речи"490.

В заключение он сказал: "Это начало конца для Гитлера"491.

Помогая СССР, Англия спасала свою независимость и суверенитет, защищала себя от фашистского порабощения.

Подобные же мотивы определяли политику и Соединенных Штатов в отношении Советского Союза.

В день нападения Германии на СССР сенатор-демократ Пеппер заявил: "Мы должны уничтожить Гитлера, или он уничтожит нас"492. Военный министр США Стимсон после нападения фашистской Германии на СССР предупреждал правительство о возросшей для страны опасности. Президент Рузвельт признавал, что защита "СССР... является жизненной необходимостью для защиты Соединенных Штатов"493.

Еще за несколько дней до нападения Рузвельт известил Черчилля о своем желании "приветствовать Россию как союзника"494. Заявление о поддержке СССР Соединенными Штатами было сделано исполнявшим обязанности госсекретаря С. Уэллесом, который подтвердил: "Гитлеровские армии сегодня - главная опасность для Американского континента". В свою очередь 24 июня президент Ф. Д. Рузвельт заявил на пресс-конференции, что США окажут всяческую помощь СССР в его борьбе против Германии495.

Подобная позиция У. Черчилля и Ф. Д. Рузвельта нашла поддержку широких слоев английского и американского народов. 72% населения США высказалось за победу СССР и лишь 4% - за победу Германии.

24 июня в английском парламенте открылись специальные дебаты по вопросу "О германском вторжении в Россию". Депутаты от всех партий почти единодушно поддержали Черчилля. Открывший прения Иден сделал от имени правительства заявление: "Коварное нападение на Советский Союз и нарушение неоднократных торжественных обещаний в конечном счете доказывают человечеству... наличие нацистских планов завоевания мирового господства... Все должны понимать... величайшую и непосредственную угрозу своей безопасности, пока существует нацизм"496.

Иден призывал депутатов объединить с "русскими, борющимися за свою землю", усилия и "противостоять агрессии Гитлера"497.

Выступивший вслед за Иденом депутат Ли Смит подчеркнул: "Нападение на Россию является частью единого плана нападения как на Россию, так и на нашу страну"498. Депутат Адамс сказал: "Опасность для России - наша опасность, наша победа... будет победой русских"499. За немедленную помощь СССР высказались лорд Бивербрук, Кренборн и др.500

От имени рабочих Западного Файфа, от трудящихся всех уголков Англии в парламенте выступил ветеран коммунистического движения Англии Уильям Галлахер. С революционной страстностью он говорил, чтобы правительство "теснее и активнее сотрудничало с Советским Союзом с целью... уничтожить фашизм в любой форме и обеспечить длительный, демократический мир народам"501. Героическая борьба советского народа против немецко-фашистских полчищ вызвала сочувствие и активную поддержку всего прогрессивного человечества. Трудящиеся всего мира понимали, что на советско-германском фронте решается не только судьба СССР, но и их судьба, дело национальной независимости и свободы всех народов. В то же время пролетарии всех стран стремились своей поддержкой выполнить интернациональный долг в отношении первого в мире социалистического государства. Во главе этой борьбы встали коммунистические партии.

Компартии Англии и США, выражая стремление трудящихся, требовали от правительств своих стран создания мощной коалиции государств для совместной борьбы с гитлеровской Германией. "Дело Советского Союза, - гласила декларация Компартии Англии, - это дело трудящихся народов всего земного шара, дело свободы и социализма"502.

По всей Англии прокатились мощные демонстрации в поддержку справедливой борьбы советского народа. Многие английские трудящиеся обращались в советское посольство в Лондоне, заявляя о своем желании сражаться в рядах Красной Армии503.

В свою очередь Коммунистическая партия США выступила за "полное и неограниченное сотрудничество США, Англии и СССР"504.

Выступления трудящихся капиталистических стран в поддержку Советского Союза явились одним из решающих факторов, подготовивших создание антифашистской коалиции.

Однако так действовали не все. Было бы наивно считать, что Черчилль, глубоко ненавидевший коммунистическую идеологию, сразу изменил свое отношение к Стране Советов.

Даже в речи о намерении Англии помочь СССР, произнесенной 22 июня, он не скрывал своей ненависти к коммунизму. "За последние 25 лет, - говорил он, - никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нем"505.

Черчилль говорил истинную правду и доказал это в ходе Великой Отечественной войны. На союз с СССР он смотрел как на "печальную необходимость".

Черчилль последовательно осуществлял свой стратегический замысел - добиться максимального ослабления врага № 1 - фашистской Германии и истощения своего союзника военного времени - Советского Союза, чтобы после победы продиктовать свою волю и тому и другому.

Поскольку официальное положение обязывало У. Черчилля быть более сдержанным, воззрения отца выразил его сын Рандольф Черчилль, заявивший: "Идеальным исходом войны на Востоке был бы такой, когда последний немец убил бы последнего русского и растянулся мертвым рядом"506.

В США подобное высказывание принадлежит сенатору Гарри Трумэну, впоследствии президенту страны. "Если мы увидим, - сказал он, - что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше"507.

Английские и американские реакционеры, отъявленные мюнхенцы, а их было немало в правительстве Черчилля, в администрации Рузвельта, в английском парламенте и конгрессе США, на ответственных дипломатических постах, в высших аристократических салонах Лондона и Вашингтона, благословляли нападение Германии на Советский Союз, считая его "даром провидения".

Поход Гитлера на СССР был давнишней мечтой всех пособников и прямых агентов фашизма. Об этом откровенно писали в сотнях передовиц американский газетный король Херст и его единомышленники полковник Маккормик, капитан Паттерсон. Известие о нападении Гитлера на СССР вызвало ликование в лагере изоляционистов США, видевших в бесноватом фюрере "единственный оплот против большевизма"508.

Новая волна антисоветской истерии охватила созданный еще в 1940 г. изоляционистский комитет "Америка - прежде всего", во главе которого стояли генерал Роберт Вуд, автомобильный король Генри Форд, сенаторы Уилер, Най, члены палаты представителей Фиш, Гофман, Дэй. Это и не удивительно, поскольку все они были тесно связаны с немецкой разведкой. Ярым пронацистским агентом был известный американский летчик, совершивший перелет через океан, Линдберг, призывавший объединиться с фашистской Германией509. Все они также энергично выступали против помощи Советскому Союзу в его трудной борьбе510. Открытых и замаскированных агентов фашизма в США поддерживал сенатор Тафт.

В США против СССР активно выступали и члены американской секции "Международного комитета борьбы с мировой угрозой коммунизма" - Коул, председатель "Совета национальной обороны", Стил, редактор "Нэшнл рипаблик", Стивенсон, в прошлом агент американской военной разведки511.

В публичной брани в адрес СССР изощрялся матерый антисоветчик, верный слуга монополистов Уолл-стрита, профсоюзный босс, вице-президент Американской федерации труда Мэтью Уолл.

Призывы "к оружию против СССР" раздавались из уст старого дипломатического разведчика Уильяма Буллита, в середине 30-х годов бывшего послом США в Москве, а незадолго до нападения Германии на Советскую страну вернувшегося из Франции512.

Сильная группировка, выступавшая в поддержку фашистской Германии, против американской помощи СССР, была и в администрации Рузвельта, в госдепартаменте США513.

Но все эти выступления бледнели перед словами бывшего президента США Герберта Гувера, который сказал: "Говоря по правде, цель моей жизни уничтожение Советской России"514.

В Лондоне им вторил министр авиационной промышленности в правительстве Черчилля матерый мюнхенец подполковник Мур-Брабазон, заявивший о заинтересованности Англии в обескровливании СССР и Германии, после чего Англия займет господствующее положение в Европе515.

Профашистские воззрения разделяли и активно поддерживали Гитлера посол Англии в США лорд Галифакс, посол во франкистской Испании Хор, депутаты парламента ярые враги СССР Вуд Маргессон, Лэмпсон, генерал Нокс, члены махрово реакционной "группы имперской политики", тесно связанные с фашистскими организациями в Англии во главе с Мосли. С ними были солидарны представители "клайвденской клики" - леди Астор, лорд Дуглас, заместитель министра иностранных дел в кабинете Черчилля, Бальфур, заместитель министра авиации, лорды Дерби, Лотиан, герцог Гамильтон и многие другие, на которых могли положиться немецкие фашисты.

С большим удовлетворением встретил нападение Гитлера на СССР консервативный депутат Хор Белиша516.

Долгие годы накануне второй мировой войны и в ходе ее эти люди проводили курс на сговор с фашистскими государствами. "Давние враги Советского Союза, - писал леволейбористский журнал "Трибюн", - все еще имеют силу и влияние в Англии"517. Поэтому депутат-коммунист У. Галлахер решительно требовал вывести из состава английского правительства "всех мюнхенцев и предателей"518.

Коалиция народов и государств

Однако, как ни сочувствовали подобным воззрениям профашистских элементов Черчилль и его единомышленники в Англии и США, политические соображения диктовали им в то время необходимость оказывать поддержку СССР. "Вынужденное вступление СССР в войну с Германией ускорило объединение антифашистских сил. Советское правительство всемерно способствовало сплочению всех стран и народов для борьбы с агрессивным блоком"519.

Этого требовали трудящиеся Англии и США, понимавшие тесную связь между успехами борьбы СССР и народов этих стран против фашизма. Под давлением народных масс, а это диктовалось и соотношением сил на мировой арене, правящим кругам Англии и США, какими бы сильными ни были реакционные воззрения, корыстные расчеты некоторых империалистических политиков, все-таки пришлось встать на путь поддержки Советского Союза, пойти на создание союза антифашистских государств.

Создание антигитлеровской коалиции не произошло в порядке самотека, а явилось итогом всей внешнеполитической деятельности СССР, предшествовавшей второй мировой войне. Она подготовлялась неустанной борьбой СССР за мир и коллективную безопасность, против планов поборников политики "невмешательства", стремившихся втянуть Советскую страну в войну с Германией и Японией.

Антигитлеровская коалиция была, с одной стороны, союзом народов против фашистских государств, а с другой - союзом государств с различным социально-экономическим строем. Социалистическое государство - СССР вступило в военный союз с империалистическими государствами - США, Англией и другими странами. Благодаря Советскому Союзу антигитлеровская коалиция стала союзом миллионов людей, поднявшихся на борьбу с фашистскими захватчиками.

Переговоры о ее создании были нелегкими. Еще 27 июня 1941 г. в Москву вместе с английским послом Криппсом прибыла военная миссия во главе с генералом Мак-Фарланом и экономическая миссия для ведения переговоров с СССР520.

Однако в беседе с народным комиссаром иностранных дел СССР Криппс заявил, что для политического соглашения "время еще не созрело", на что нарком заметил: "Необходимо обусловить взаимную помощь каким-то соглашением на определенной политической базе"521.

8 июля 1941 г. глава Советского правительства принял Криппса. И. В. Сталин отметил, "что у Советского правительства создалось плохое впечатление в связи с непонятной позицией, занятой Английским правительством. Советскому правительству кажется, что Великобритания не хочет связывать себя с Советским Союзом каким-либо соглашением"522. Сталин отметил, что "Гитлер собрал почти половину всех государств Европы и создал что-то вроде коалиции из Италии, Румынии, Венгрии, Словакии и Финляндии... в отношениях между Англией и СССР создается впечатление изолированности. Коалиции нужно противопоставить коалицию, а не изоляцию"523.

Советское правительство выдвинуло проект подобного соглашения о коалиции СССР и Великобритании в борьбе с фашистской Германией524.

Краеугольным камнем этой коалиции, составившей основу союзнических отношений, явилось подписанное в Москве в июле 1941 г. по инициативе Советского правительства соглашение между правительствами СССР и Великобритании "О совместных действиях в войне против Германии"525. В нем предусматривалось, что оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу помощь и поддержку всякого рода в войне против гитлеровской Германии.

Простые люди СССР и Англии видели в этом реальную возможность заставить Германию воевать на два фронта. Стороны торжественно обязались не вести переговоров, не заключать перемирия или мирного договора без обоюдного согласия526. Сколько в дальнейшем будет нарушений этого обязательства со стороны Англии! "Великая коалиция, - писал американский военный историк Мэтлофф, - выкованная в войне и для войны, сложилась в 1941-1942 годах. Это был военный союз, напоминавший "брак по расчету". Общая опасность объединила в 1941 году Соединенные Штаты, Англию и Советский Союз, но из-за различий в традициях, политике, интересах, географическом положении и ресурсах каждая страна - участница коалиции смотрела на войну в Европе по-своему"527.

Дело, конечно, не в "традициях" или географии. Основные разногласия возникли из-за различных политических интересов, классовых противоречий, различий целей войны с германским фашизмом.

Главной целью справедливой Отечественной войны советского народа являлся разгром фашизма, ликвидация смертельной угрозы, нависшей над Советской страной. Речь шла о том, быть или не быть Советской власти, быть народам СССР свободными или попасть под тяжкое иго фашизма. Речь шла также об освобождении народов Европы, изнывавших под гнетом фашизма.

Цели правящих кругов Англии и США были совершенно противоположными. В их задачу входило сохранение своих классовых интересов, устранение Германии, Японии как опасных конкурентов на мировых рынках. Обе державы - США и Англия стремились к завоеванию мирового господства.

Различие в классовых целях войны породило немало противоречий между ее участниками, трудностей, которые нередко не согласовывались с общесоюзническими задачами. А народы СССР, Англии и США дорого платили за политические интриги буржуазных правительств.

С первых дней Великой Отечественной войны советско-германский фронт приковал к себе основные силы гитлеровской Германии. Перед вероломным нападением на СССР в германских вооруженных силах насчитывалось до 8,5 млн. человек, сведенных в 214 дивизий и 7 бригад528. Из них на СССР было брошено 153 немецкие и 37 дивизий ее сателлитов (до 5,5 млн. человек529), в которых насчитывалось более 50 тыс. орудий и минометов, 3940 немецких самолетов (60% всей мощи Германии), 500 финских и 400 румынских самолетов, 3410 танков530.

Численный состав Вооруженных Сил СССР к июню 1941 г. возрос до 4,6 млн. человек531.

По размаху и ожесточенности гигантских военных сражений, по количеству участвующих в них людей, объему боевой техники советско-германский фронт стал решающим фронтом второй мировой войны.

В то время, когда Красная Армия один на один сражалась с вооруженными до зубов гитлеровскими армиями, на территории Западной Европы военные действия почти не велись. Лучшим способом помощи Советскому Союзу со стороны Англии, а затем США со времени вступления их в войну было бы открытие второго фронта в Европе. Он был необходим во имя спасения жизней советских людей, народов Европы, подпавших под фашистское иго, ради честного выполнения союзнических обязательств. Вот почему вопрос об открытии второго фронта был краеугольным камнем межсоюзнических отношений.

В тот момент на советско-германском фронте находилось 75% войск фашистской Германии и ее сателлитов, на Западе насчитывалось всего 38 неполных фашистских дивизий. Непосредственно на побережье Франции, Бельгии и Голландии располагалось всего 19 дивизий532. Угроза вторжения на Британские острова абсолютно исключалась, создавались благоприятные условия для оказания максимальной помощи СССР.

В первые месяцы войны Черчилль язвительно назвал идею создания второго фронта "абсурдом и глупостью", абсолютной безграмотностью в военной стратегии, непониманием русскими "характера десантной операции" для высадки "огромной армии на вражеском побережье"533.

У. Черчилль возомнил себя единственным непогрешимым военным стратегом, забыв о печальном опыте бездарной, безграмотной в военном отношении Дарданелльской операции против Турции, предпринятой в 1915 г. по его инициативе как морского министра и с треском провалившейся. Он забыл о провале своих планов как военного министра Англии, направленных против молодой, неокрепшей Советской Республики, продиктованных не только лютой ненавистью к Советской стране, но и отсутствием учета политических и военно-стратегических факторов.

Во второй мировой войне Черчилль считал себя величайшим полководцем всех времен - под стать Александру Македонскому, Юлию Цезарю или по меньшей мере Наполеону английского образца. Черчилль старался не вспоминать крупнейших стратегических поражений Англии в период второй мировой войны, хотя он нес за них с 10 мая 1940 г. самую непосредственную ответственность и как премьер-министр, и как глава комитета начальников штабов. Он старался забыть о горечи поражения английской армии во Франции, под Дюнкерком, в норвежских фьордах, о тяжелых поражениях английской армии в Ливии и Египте, молниеносном падении первоклассной английской крепости Сингапур и потере за 100 дней английских владений на Дальнем Востоке534. Черчилль переживал горечь поражений до тех пор, пока решающая помощь Красной Армии, ее победы над фашизмом не дали ему возможности вкусить долгожданное счастье побед!

Правда, даже в самые тяжелые, казалось, безнадежные для Англии моменты Черчилль утешался формулой: "Англичане проигрывают все сражения, за исключением последнего".

Черчилль предпочитал завоевывать победы для Англии чужими руками, сражаясь... до последнего советского солдата.

Конечно, гораздо легче было находиться за Ла-Маншем или за Атлантикой, спокойно взирать, как русский народ в неимоверно трудной борьбе с немецкими захватчиками и их союзниками проливает кровь, и не подвергать риску английские армии, не подставлять под удар армии США, наращивавшие силы.

Черчилль в Чекерсе любил разглагольствовать о стратегии. Великий грузинский поэт Шота Руставели писал: "Каждый мнит себя стратегом, видя бой издалека". Черчилль был "стратегом боя издалека".

А тот, кто находится вдали от поля жестокой военной битвы, никогда не поймет тех, кто ежедневно, ежечасно, ежеминутно рискует своей жизнью на поле брани.

Закулисные интриги союзников

Советское правительство не считало вторым фронтом "воздушный фронт" бомбардировок Германии союзной авиацией, морские операции Англии и США в Атлантике или последующие операции союзников в Африке, на Ближнем и Среднем Востоке, в Сицилии.

Второй фронт - это фронт войны в Европе, в Северной Франции, который стратегически дополнял бы русский фронт, отвлекая на себя 60 немецких дивизий и 20 дивизий союзников Германии535. Этот фронт должен был угрожать жизненным центрам фашистской Германии. Второй фронт можно сравнить с тем фронтом, который союзные России англо-французские армии создали во Франции в первую мировую войну, когда к сентябрю 1915 г. на Восточном русском фронте сражалось 65 дивизий кайзеровской Германии, а 90 германских дивизий находились на Западном фронте, противоборствуя войскам Англии и Франции.

Германия, как показывал исторический опыт, всегда проигрывала войну на два фронта. Гитлер, следуя заветам Бисмарка, Мольтке, Шлиффена, страшившихся войны на два фронта, стремился бить противника поодиночке: сначала русских, потом англичан.

"Английское правительство, - отмечал И. В. Сталин в конце августа 1941 г., - своей пассивно-выжидательной политикой помогает гитлеровцам"536. Исходя из военно-стратегической обстановки на советско-германском и Западном фронтах, когда подавляющие силы фашистской Германии были заняты на Востоке, Советское правительство считало вполне реальным создание второго фронта на Западе (Северная Франция) и на Севере (Арктика), который оттянул бы с Восточного фронта десятки немецких дивизий. Об этом оно сделало предложение английскому правительству в июле и сентябре 1941 г.537 Советское военное командование прекрасно понимало трудности создания второго фронта, то, что это сопряжено со значительными жертвами. Но несмотря на трудности, это сохранило бы гораздо больше жизней советских солдат на фронте борьбы с гитлеровскими полчищами. Ради общего дела, ради интересов Англии его следовало создать немедленно.

Советская сторона требовала от Великобритании выполнения союзнического долга. Однако Черчилль отклонил советские предложения о немедленном открытии второго фронта, необоснованно заявив: "Предпринять десант большими силами означало бы потерпеть кровопролитное поражение..."538

3 сентября 1941 г. Советское правительство вновь указало на необходимость создать уже в этом году второй фронт. "Немцы считают опасность на Западе блефом и безнаказанно перебрасывают с Запада все свои силы на Восток, будучи убеждены, что никакого второго фронта на Западе нет и не будет"539. Черчилль и на этот раз ответил отказом540. В послании Черчиллю 1.3 сентября 1941 г. Советское правительство ответило: "...отсутствие второго фронта льет воду на мельницу наших общих врагов"541.

Учитывая резко отрицательную позицию английского правительства в отношении открытия второго фронта, Советское правительство осенью 1941 г. больше не ставило перед ним этого вопроса.

Однако английские трудящиеся настойчиво добивались от правительства немедленного открытия второго фронта. Это требование Черчилль назвал "печальным и постыдным", а тех, кто требовал, - "глупцами или мошенниками"542.

Но постыдным и печальным, вероломным и преступным по отношению к своему союзнику - СССР было поведение Черчилля. Он предпочитал взывать к советским руководителям "продолжать сражаться" и "наголову разбить этих мерзавцев" гитлеровцев, восхищаться "мужеством, отвагой и упорством советского народа", "великолепной борьбой русских армий, защищавших родную землю...". В то же время бездействие англичан на фронтах войны и отсутствие должной помощи СССР он "старался заполнить пустыми, вежливыми фразами"543, проводил стратегию "мнимого союза с СССР"544.

Правящие круги Англии, а позднее и США не спешили с открытием второго фронта не потому, что для этого не было реальных возможностей, военных сил, вооружения и снаряжения. По словам де Голля, в их тайные расчеты не входило устремиться навстречу опасности в тот момент, когда враг с каждым днем все более истощал силы на русском фронте545.

Де Голль не расшифровал очевидную истину: с истощением врага - немцев У. Черчилль добивался и истощения своего союзника - СССР.

Англия и США выступали больше в роли сочувствующего зрителя по отношению к СССР, нежели союзника, соратника по оружию в смертельной борьбе против гитлеровской Германии. Они не давали СССР и сколько-нибудь достаточного количества вооружения - самолетов, танков, орудий и т. д. Так, к концу августа 1941 г., после настойчивых представлений советского посла в Лондоне, английский министр авиации согласился выделить СССР всего... шесть крупных бомб546.

В беседе с советским послом в Лондоне 5 сентября 1941 г. Черчилль прямо заявил: "...до зимы мы не сможем оказать вам никакой серьезной помощи - ни путем создания второго фронта, ни путем обеспечения широкого снабжения нужными вам видами оружия"547.

Возникает вопрос: были ли у Англии и США реальные возможности для создания второго, сухопутного фронта в Европе в начале Отечественной войны? Безусловно, да! Это подтверждают даже некоторые буржуазные политики и военные, и среди них министр Черчилля лорд Бивербрук, который "стал и оставался в дальнейшем - яростным сторонником второго фронта на Западе", член английского парламента Бивен, депутат Грэнвил, военный обозреватель Вернер и многие другие548.

В свою очередь на совещании в Вашингтоне, состоявшемся в конце мая 1942 г., Рузвельт, его главный советник Гарри Гопкинс, начальник штаба американской армии Маршалл, главнокомандующий военно-морским флотом Кинг заявляли советскому представителю о полной возможности открыть второй фронт в 1942 г. Действительно, на 1 июля 1941 г. армия США насчитывала 33 дивизии; только в сухопутных войсках США было 1 400 тыс. человек. К началу 1942 г. вооруженные силы США насчитывали свыше 2 100 тыс. человек549.

Предыдущая статья:За кулисами второй мировой войны 10 страница Следующая статья:За кулисами второй мировой войны 12 страница
page speed (0.2974 sec, direct)