Всего на сайте:
210 тыс. 306 статей

Главная | География

ГЕОГРАФИЧЕСКАЯ СРЕДА  Просмотрен 118

C развитием человеческого общества, с усилением степени влияния его на природу и более широким включением его в хозяйственную деятельность, человек все более резко противопоставляет себя природе. Однако противоположность природы и человека осознается им только на уровне впечатлений. Лишь с возникновением античной натурфилософии появляются предпосылки закрепления противоположности природы и человека в логических устоях мышления. От Аристотеля начинается разделение единственной, нерасчлененной натурфилософии на отдельные науки, среди которых обособлялась и география. Исходной логической формой, которая дала ей право на самостоятельность, стало выделение окружающей человека природной среды (окружающая среда) как места его проживания, что было зафиксировано в античности в общем представлении "ойкумена", которое в дальнейшем развилось в понятии "географическая среда".

Географическая среда остается частью природы, но её элементы, будучи по своей сути природными, приобретают общественные функции и становятся элементами социального организма. Поэтому географическая среда выступает в отношении общества не как простое вместилище. Географическая среда — это часть природы, с которой непосредственно взаимодействует общество. В процессе взаимодействия элементы географической среды, оставаясь природными, приобретают общественные функции и становятся социальными явлениями, а материальные результаты общественной деятельности, оставаясь социальными явлениями, в результате взаимодействия одновременно становятся элементами географической среды.

В таком понимании географическая среда не тождественна географической оболочке, поскольку, будучи явлением природным социальным, выступает как предмет всей географической науки. Понятие географической среды является основным понятием географической науки в целом, тогда как понятие географической оболочки — основным понятием лишь физической географии. Предметом всей географии выступает географическая среда всего общества.

География является наукой о взаимоотношении человека и природы, она способна целенаправленно решать проблемы оптимизации взаимодействия общества и природы, если ее понимать не как науку о пространственных территориальных комплексах разных рангов, а как пограничную между обществоведением и природоведением научную отрасль конструктивного, превращающего характера.

Следовательно, учитывая прежде всего исторические детерминанты географической среды, её правомерно рассматривать как своеобразное слияние природных объектов (явления, процессы и тому подобное), которые на данном историческом этапе вовлечены в процесс общественного производства и определяют условия самого существования и развития человечества. Определенный смысл имеет выделение В. С. Ляминым понятий экономико-географическая и физико-географическая среда, которые означают соответственно две группы связанных явлений, что являются существенно отличными, но тождественными по природным свойствам и законам ("Мир географии", 1984).

Физико-географическая среда выступает совокупностью элементов внешней к обществу природной системы, которая на данном историческом этапе определяет условия его бытия. Речь идет о таких природных факторах, как климат, ландшафты, органический мир, полезные ископаемые и тому подобное, что в той или другой степени включаются в материальное производство, определяют факторы экономико-географической среды. Последняя рассматривается как внутренняя относительно общества, преобразованная человеком природа (окружающая среда), следствием чего является существование домашних животных и селекция растений, культурирование почв, полей, огородов, плантаций, садов, парков, искусственных водоемов и водохранилищ, каналов, оросительных систем, зарегулированных рек и тому подобное.

В заключении процитируем известного финского ученого И. Хустиха:

"Пока существует именно слово "география", границей для этой науки является только небо. Кажется, что развитие науки ведет ко все более углубляющей специализации и распределению целей и направлений географических исследований. Следовательно все важнее становится экологическое и синтетическое охватывание множества проблем и исследовательских заданий в отраслях, которые еще долго будут именоваться физической и социально-экономической географией".

 

4.2. РАЗВИТИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ ОБ ОБЪЕКТЕ И ПРЕДМЕТЕ ГЕОГРАФИИ

 

 

В науке под объектом научного исследования понимают независимые от человека материальные предметы, явления или категории объективной действительности, которые входят в сферу человеческой деятельности и осваиваются субъектом познавательно и практически. Относительно географии Е. Б. Алаєв конкретизирует объект ее исследования как природное или созданное человеком целостное и относительно стабильное образование, которое характеризуется определенным положением на поверхности Земли, участием в формировании ландшафта и подлежит картографированию (М. Д. Пистун, 1996).

По сложности объект изучения географии уступает разве что философии. С целью научного познания он может изучаться на разных уровнях — глобальном (планетарном), региональном (территориальном) и локальном (элементарном) (М. Д. Пистун, 1996).

Сегодня в методолого-теоретической отрасли географической науки активно осмысляется сформулированная российским географом А. О. Григорьевым концепция географической оболочки. Считается, что географическая оболочка включает земную кору (литосферу), нижние слои атмосферы, гидросферу и биосферу, которые взаимно проникают друг в друга и взаимодействуют. Все составляющие географической оболочки, относящиеся к ней явления и процессы тесно взаимоувязаны и взаимообусловленны. В конечном итоге, географическая оболочка, которая определяется как общий объект прежде всего физической географии (землеведения), представляется целостной, очень сложной планетарной системой, которая саморазвивается, находится в относительно подвижном равновесии.

Географическая оболочка имеет среднюю мощность 55 км. Её верхняя граница отвечает тропопаузе (высоты 8—17 км). Нижней границей географической оболочки многие из ученых считают сейсмическую поверхность Мохоровичича (граница земной коры и мантии). Они утверждают, в частности, что именно в эту поверхность "проникают ювенильные воды и перемешивается вещество земной коры во время горообразующих процессов». По нашему мнению, такие рассуждения порочны, достаточно далеки от понимания современной геологией глубинного строения и истории Земли. Ближе к истине находится представление относительно соответствия нижней границы географической оболочки нижней границе зоны гипергенезис (глубины до первых сотен метров). При этом нужно более четко оперировать понятиям "гипергенезисов", которое ввел в научное употребление выдающийся геохимик О. Е. Ферсман. Поэтому следует уточнить геологическое толкование гипергенезиса. Прежде всего это процессы химического и физического превращения минералов и горных пород в верхних частях земной коры и на ее поверхности под воздействием атмосферы, гидросферы и живого вещества при температурах, характерных для земной поверхности, что имеет место при аэробних и анаэробных условиях среды. В зоне гипергенезис под деянием разнообразных факторов в зависимости от климатических условий образуются кора выветривания, почвы (почвообразования), ячейки окисления рудных месторождений, формируется состав подземных вод, вод рек, озер, морей и океанов, происходят хемогенное и биогенное осадкообразование, ранний диагенэз осадков и тому подобное. Сущностные характеристики разноозрастных зон гипергенезис земной коры, закономерность их изменчивости в пространстве-времени раскрывается в первую очередь с помощью специфических геолого-геохимических методов.

Оценивая значимость концепции географической оболочки для современной географии, М. К. Мукитанов (1985) делает вывод, что именно она дала возможность системно соединять все разрозненные природные географические данные. С позиции этой концепции каждое природное явление природного географического характера рассматривается как составной элемент единой целостности. Поэтому исследователи получили важный методологический прием познания — видеть в любом природном географическом объекте своеобразное проявление сущности более широкой системы, которой является географическая оболочка.

Современное состояние геосистемы Земли является результатом формирования ее в течении длительного времени, прежде всего на протяжении геологической истории. В этом контексте географы иногда говорят о пространственно-временных этапах развития географической оболочки, начиная с докембрийских времен.

Такое толкование ее много в чем совпадает с пониманием биосферы (панбиосферы) как феномена геологической природы (В. И. Вернадский, С. А. Мороз), история формирования которой по существу тождественна истории развития земной коры как таковой. Поэтому возникает потребность остановиться на сущностных характеристиках земной биосферы.

Прежде всего отметим, что понятие "биосфера" доныне понимают далеко неоднозначно. В. И. Вернадский не сформулировал его в окончательном виде. Но он неоднократно подчеркивал, что "биосфера не является только так называемой областью жизни" и если мы рассматриваем ее лишь как область жизни, то только с целью облегчить ее изучение, ведь "такое ограничение предмета исследований является искусственным приемом, временно удобным упрощением крупного естественного процесса в порядке научной работы". Отсутствие в трудах Вернадского окончательного определения "биосферы", в первую очередь в геологическом понимании, можно объяснить самой спецификой его методолого-ценностной позиции:

"Мы не можем дать теперь ясные и точные научные и философские определения ни в одной отрасли изучения природы. Все основные понятия природоведения, как, например, пространство, время, вещество, химический элемент, движение и тому подобное, всегда неминуемо вызывают возражение, и они имеют элемент иррациональности, не поддаются точному и ясному логическому выражению".

Между тем многие из ученых, считая биосферу прерогативой биологии (непременно при этом ссылаясь на В. И. Вернадского), истолковывают ее в контексте "сферы или пленки жизни на Земле". При такой формуле сущности биосферы за рамки корректного анализа выносится исторически неотъемлемый факт: определение и понятие "биосфера" введенные в научное употребление геологией (Ж. Кювъе, О. Гумбольдт, Э. Зюсс), имеют более глубокие содержательные нагрузки и характеристики с точки зрения именно геологической науки.

Дело в том, что угол зрения биологов не охватывает историко-геологический аспект понятия о биосфере. Согласно с теоретическими разработками В. И. Вернадского и его учителя В. В. Докучаева, с современным знанием истории и сущности жизни, биосфера Земли является своеобразно организованной глобальной естественно-исторической системой планеты, которая безостановочно-переривисто развивается и прогрессивно совершенствуется уже свыше 4 млрд годов, со времен почти одновременного появления гидросферы и живого вещества. На протяжении этого огромного промежутка времени развитие жизни постоянно обусловливалось и коррелировало с изменениями состава и структуры земной биосферы, ибо, как справедливо отмечал Вернадский, ни именно жизнь, ни эволюция её форм не могут быть независимыми от биосферы, не могут быть ей противопоставившие как самостоятельные природные сущности. Более того, великий ученый, исходя из биогеохимических построений, утверждал, что на протяжении всей геологической истории в сложной организованности биосферы происходили только перегруппировка химических элементов, а не коренные изменения их состава и количества Нам надлежит еще постичь и понять "парадокс гения" Вернадского, смысл которого заключается в том, что количество живого вещества и его геохимическое значение является планетной константой "в течение всего геологического времени". При этом необходимо учесть, что Вернадский никоим образом не утверждал, как думает кое-кто из современных авторов, что со времени возникновения биосферы область ее распространения и земная биомасса не изменялись. По его мнению, в каждый период геологического времени "заселение планеты должно было быть максимально возможным для всего живого вещества, которое тогда существовало". Важно подчеркнуть идею Вернадского о том, что первичная биосфера с самого начала была достаточно сложной системой, в состав которой входили своеобразные палеобиогеоценози, ибо ни один из видов организмов не в состоянии единолично выполнять необходимые для существования биосферы геохимические функции. Поэтому уже на начальном этапе возникновения и развития земной биосферы должна была существовать определенная ассоциация живых форм, которые осуществляли разнообразные геохимические и энергетические функции биосферы, обеспечивали ход биотичных процессов.

В своем самом важном труде "Химическое строение биосферы Земли и ее окружения" В. И. Вернадский определил понятия "прежние биосферы", подчеркнув, что земная кора "... охватывает в границах нескольких десятков километров ряд геологических оболочек, которые когда-то были на поверхности Земли биосферами. Это — биосфера, стратосфера, метаморфическая (верхняя и нижняя) оболочка, гранитная оболочка. Происхождение их всех из биосферы становится понятным только теперь. Это — прежние биосферы" (В. И. Вернадский, 1987). Следы последних геологи выделяют в стратиграфичной структуре литосферы, фиксируя таким образом характеристики литолого-фациальной мозаики своеобразных геологических тел и формаций модальные состояния древних биокосных систем и палеобиогеоценозов каждого конкретного историко-геологического этапа (подсистемы, которая возникает исторически), части развития земной биосферы. При этом каждый следующий эволюционный этап биосферы, в том числе и современный, оказывается тесно связанным с предыдущим в вещественном, энергетическом и информационном отношениях. Поэтому именно в диалектической наследственности историко-геологических этапов нужно видеть сущность процесса развития биосферы, а не сводить его к нагромождению памятников прошлого, как это представляется многим биологам.

Вполне подходящим является вывод американских исследователей Дж. Аллена и М. Нельсона (1991) о том, что определение биосферы как "тонкого слоя жизни на поверхности Земли ни в коей мере не отражает глобальности и сложности процессов, которые происходят на многих уровнях и служат формированию земной среды, не отображает огромные перемещение веществ, благодаря которым образуется земная кора".

Достижения геологической науки последних десятилетий дают возможность аргументированно рассматривать земную кору как целостную по своей природе и развитию естественно-историческую систему. Это находит непосредственное отображение в современной концепции "большого цикла", согласно с которой тектонические процессы, магматизм, осадкообразование и эволюция жизни являются звеньями единого процесса развития земной коры и верхней мантии. Более того, существуют достаточные основания говорить о законах прогрессивного развития земной коры, которые определяют ее как сложную динамическую систему с обратными связями и указывает, что непрерывное поступление в эту систему солнечной и глубинной энергии обусловливает направленное развитие тектоносферы и биосферы, во время которого увеличивается их сложность и разнообразие, неравновесие, накапливается свободная энергия, уменьшается энтропия.

Таким образом, с позиций геологической науки предметная область современного учения о биосфере должна включать всю многокилометровую толщу осадочных и метаморфических пород стратосферы земной коры, которые сформировались и формируются в результате сложного историко-геологического развития планеты, истоки которого достигают архейського эону. Одним из решающих факторов этого процесса является грандиозная биогеохимическая работа живого вещества, которой принадлежит определяющая роль в деятельном формировании земной коры на протяжении почти всей геологической истории Земли. Другими словами, с точки зрения геологии современное определение понятия биосферы (или парадигмы биосферы) как приоритетные должно включать такие характеристики. Прежде всего всю биосферу нужно воспринимать как глобальную естественно-историческую систему планеты, которая автономно регулируется и программируется, развиваясь в пространстве—времени. Она характеризуется постоянно действующими своеобразными вероятностями и детерминированными процессами, аккумулирует и трансформирует огромные ресурсы энергии, вещества и информации, предопределяя специфику и закономерность развития природных условий каждого конкретного историко-геологического этапа в жизни Земли. Сущность биосферы как объективно существующей системы материального мира определяется диалектическим функциональным единством живого и неживого, которой свойственно непрерывное решение внутренних противоречий что, в конечном итоге, предопределяет саму организованность и эволюцию биосферы (С.

А. Мороз, 1983, 1996). По мнению русского академика

Ю. О. Косыгина (1985), биосфера принадлежит планетарному уровню организации вещества, закономерно вписывается в сферическую симметричную структуру Земли. Как ее специфическая оболочка она связана с гравитационным полем планеты. Биосфера развивалась на Земле на протяжении длительного времени, причем эта длительность отвечает длительности существования нашей планеты.

Мысли В. И. Вернадского и его последователей касательно историко-геологической природы биосферы Земли разделял один из основателей украинской географии

П. А. Тутковский, который в труде "Общее землеведение" (1927) отмечал:

"В течении всей истории земли происходило очень постепенное, неодинаково быстрое, но непрерывное развитие биосферы; новые формы ответвлялись от старых, эти старые понемногу вымирали, новые тоже превращались; границы их распространения каждый раз изменялись в результате передвижения границ суходолов и морей и изменения подстилки, но отстроить эти переменные границы для прошедших эпох по большей части еще невозможно".

В результате развития и взаимодействия живого вещества с конкретной территорией возникают особенные материальные системы — ландшафты, совокупность которых образует ландшафтную сферу Земли — сферу активного взаимодействия и глубокого взаимопроникновения приповерхностных концентрических сфер нашей планеты — неорганической сферы, почвы и живого вещества (Ю. Ефремов,

Г. Хозин). Ландшафтная оболочка Земли по вертикали охватывает всю биосферу и отдельные компоненты лито-, гидро- и тропосферы, то есть это система комплексного типа, в которой взаимодействуют механические, химические, геологические и биологические компоненты, которые имеют территориальные отличия. Ландшафтная сфера изучается физической географией, она является частью географической оболочки Земли. По Ф. Милькову, ландшафтная сфера Земли — это ограниченная по вертикали (от нескольких до 200 м и больше) зона прямого столкновения и активного взаимодействия литосферы, атмосферы и гидросферы, которые совпадают с биологическим фокусом географической оболочки

(М. Д. Пистун, 1996).

Следующим этапом в истории Земли стало возникновение и развитие новой сферы — антропосферы. К антропосфере, по мнению М. Д. Пистуна, следует относить всю общественную жизнь людей, ибо главными здесь являются общественные законы, к которым относятся также биологические, физико-химические и другие законы. В составе антропосферы выделяют ряд отдельных компонентов (сфер), которые объединены деятельностью человека: а) природная ресурсная сфера (природный ресурсный потенциал), который тесно связан с жизнедеятельностью людей; б) социосфера — совокупность людей с их жизненными отношениями, — к которой принадлежит демосфера (процессы воссоздания населения и формирования систем расселения) и админосфера, которая осуществляет функции власти, управления, постоянно возобновляет государственные институты; в) еконосфера как совокупность производственных отношений и производительных сил, точнее, совокупность технологических процессов материального и невещественного производств; в сочетании с социальной сферой она создает соответствующие социально-экономические формации; г) культуросфера, которая воспроизводит ценностные (материальные и духовные), качественные свойства общественной жизни; д) техносфера — самая сложная часть антропосфери, которая охватывает взаимодействие технических средств производства с природным ресурсным потенциалом территории на основе научно-технической революции; е) политосфера — сфера деятельности человека, связанная с классовыми, национальными и другими социальными отношениями, основой которых есть проблема завоевания, содержания и использования власти (М. Д. Пистун, 1994).

Постепенно развиваясь, антропосфера трансформируется в ноосферу — новое состояние биосферы, которое формируется географически и исторически взаимодействием человеческих сообществ и природы, которые постоянно изменяется. По М. Ф. Глазовскому, ноосферный подход, по существу, объединяет в единое целое отрасли физической и экономической географии, углубляет географический анализ территории. Таким образом, географические связи между основными сферами Земли становятся еще более сложными под действием той их части, которая связана с жизнедеятельностью человека и общества в целом. Еще в 1905 р. С. Л. Рудницкий относил к сфере интересов географии "шесть царствий природы" — твердую землю, воздух, воду, растительный и животный мир и человека, который создал средства для жизни и имеет господствующее положение в мире. По его мнению, география станет "мостом" между естественными и гуманитарными науками лишь тогда, когда мы признаем ее целостность (М. Д. Пистун, 1996).

Теоретико-методологическими основами целостности географической науки, которые вытекают из единства ее объекта, по М. Д. Пистуну, такие:

І. Географическая сфера Земли является целостным природным общественным образованием, в котором взаимодействуют разные законы "чистой" природы и общества. В широком понимании человек является составляющей природы. При этом человечество, существуя и организуя свою деятельность соответственно законам общественного развития, не перестает быть частью природы, совокупностью организмов, которые дышат, питаются, растут, размножаются и умирают. Поэтому есть логическое основание надеяться на выявление и формулировку системы общегеографических законов, которые будут описывать географическую оболочку Земли как природную общественную целостность.

П. Философскими аргументами этой целостности выступают принципы монизма (материального единства мира) и детерминизма (общей связи между компонентами природы).

Ш. Целостным есть процесс освоения всей поверхности Земли, в основе которого лежат циклы обмена веществ, энергии и информации.

IV. Целостным является также процесс изучения и наблюдения Земли посредствам космических методов, которые распознают разные явления в динамике как целостные системы разных масштабов, дают возможность осуществлять сравнительный анализ природных и антропогенных явлений.

Таким образом, методологическую базу географии следует искать прежде всего на путях решения проблемы взаимоотношений общества и природы, только так география имеет перспективу стать лидером наук об их взаимодействии (М. Д. Пистун, 1996).

С возникновением человеческого общества ландшафтная сфера Земли становится его географической средой. Географическая среда — это и часть земного пространства, с которым человеческое общество находится в данное время в непосредственном взаимодействии, то есть тесно связанная с процессом жизнедеятельности людей. Конкретная географическая среда выступает в виде природных условий и ресурсов.

Синтезируя современные взгляды, М. Д. Пистун сформулировал элементы географического аспекта взаимодействия природы и общества. При этом он напоминает, что уже в начале нынешнего столетия С.

Л. Рудницкий определил для географии четыре задания: морфографическое (внешнее описание явлений и процессов), структурное (описание материальных составляющих), динамическое (описание развития явлений и процессов по времени) и генетическое (раскрытие причинных связей между явлениями и процессами). Такими элементами, по мнению М. Д.Пистуна, являются:

І. Территориальная организация (упорядоченность) взаимодействующих компонентов природы. Она берет свое начало еще от хорологической концепции Геттнера, развитой и дополненной в трудах отечественных физико- и економико-географов. По Е. Б. Алаеву, важными признаками территориальности является полиформизм (огромное разнообразие форм и структур вещества на поверхности Земли, которых нет в ближайших областях космоса) и зона (изменение энергетического потенциала от экватора к полюсам).

II. Комплексное развитие взаимодействующих компонентов геосферы, которое основывается на системе природных антропогенных связей и процессов. Важным признаком комплексности является цикличность (периодическое изменение энергетических и геотехнологических процессов разных участков поверхности Земли).

III. Пропорциональность взаимодействующих компонентов геосферы, которая характеризует качественные и количественные их соотношения.

IV. Необходимость управления (регуляция) взаимодействием компонентов. Право географии на лидерство среди наук, которые изучают взаимодействие природы и общества, заключается: в специфике и сложности объекта изучения, к которому принадлежат взаимодействующие сферы — натуро- и антропосфера; самой полной информации о взаимодействующих сторонах; комплексном подходе к процессу исследования и разработки методов познания территориальной дифференциации земной поверхности — районирование, прогнозирование и конструирование. Все это свидетельствует, что география может обеспечить достаточный синтез знаний об этом глобальном процессе.

На региональном и локальном уровнях познания поверхности Земли объектами изучения географии являются географические комплексы — результат дифференциации и интеграции материальных вещественных компонентов окружающей среды, реальными территориальными сочетаниями компонентов всех сфер Земли. В свою очередь, географические комплексы разделяются на природно-географические и общественно- географические.

Как известно, под предметом изучения науки понимают свойство, отношение, стороны объекта, которые входят в практическую познавательную деятельность человека. При этом различают два уровня познания предмета науки: а) когда изучаются преимущественно внешние свойства и связки объектов; б) когда исследуется суть объектов, раскрываются законы их строения и развития.

Начиная с XVII века исследователи определяли предметную область географии как открытие и описание разнообразия того материального мира, с которым связана жизнь человека. С этой целью употреблялся термин "землеописание" (В. М. Татищев). М. В. Ломоносов суть географии сформулировал так: география является самостоятельной наукой, которая изучает природу и экологическую деятельность людей. К. Риттер предметом географии считал пространства на земной поверхности, П. П. Семенов-Тянь-Шанский также считал географию наукой, что изучает преимущественно поверхность земного шара. По А. Б. Бушену география — наука о взаимной связи явлений на земной поверхности и законах их местного проявления. У А. Геттнера, география — хорологическая наука о земной поверхности, которая изучает земные пространства по их отличиям и пространственным взаимоотношениям. Знаменитый С. Л. Рудницкий (1905) писал, что география является наукой о поверхности Земли, которую нужно изучать с математической, физической, биологической и антро-погеографическойї позиций (М. Д. Пистун, 1996).

Один из основоположников украинской географии П. А. Тутковский отмечал:

"География дает, в сотрудничестве с другими дисциплинами природоведения, точное, полное и всеобъемлющее изображение современного состояния лика Земли. Правда, с эволюционной точки зрения, современная эпоха является короткой; в масштабе жизни земли она является лишь одним мгновением в многомиллионной истории развития нашей планеты — лишь один переходный момент на пути от ее бесконечного прошлого к бесконечному будущему; но в масштабе жизни человечества и всего окружающего нас это мгновение — современные сутки (с ее морфологией литосферы, гидрологией, климатологией, флорой, фауной и человеческими сообществами) — это целый сложный и яркий мир явлений и фактов, всестороннее изучение которого и составляет предмет географии".

Несколько позже, в труде "Общее землеведение" (1927) Тутковский отметил:

"Человека с могучим его влиянием на лик Земли нельзя вычеркнуть из географии, в описательной географии (страноведении) значительное место всегда отводится человеку и его деятельности, без этого описательная география была бы неполной, неправдивой, не отвечала бы действительности; поэтому в общей географии должно быть отведено соответствующее место антропогеографии".

По мнению М. М. Баранского, географическое мышление привязано к территории, "кладет" свои суждения на карту, связанным, комплексным. У М. М. Колосовского читаем: "Географическая наука изучает, с одной стороны, природную среду (физическая география), а с другой — производительные силы человеческого общества (экономическая география) в их взаимные связи, территориальная — на земном шаре в целом, по странам и районам". Интересную мысль выразил

Ю. Г. Саушкин о том, что география изучает территориальные системы, а каждая из географических наук имеет собственный предмет исследования.

Теперь стоит обратить внимание на известную специалистам попытку А. О. Григоръева (1937), поддержанную В. С.

Ляминым, Б. М. Ишмуратовым и др., интерпретировать физико-географические процессы как выделенную географическую (физико-географическую) форму движения материи. При этом целостный объект географии встает в виде отношений и связей, существующих между литосферой, атмосферой и гидросферой, а процессы тепловлагообмена и энергетические цепи (телургические и солнечные) принимаются как системообразующие факторы. В таком контексте физическая география выступает ядром, наиболее существенным пластом географического знания, которое отражает содержание остальных географических дисциплин. По существу - это попытка вычленить объект географии в чистом виде, исключая ее связи с органическими структурами и производственной деятельностью человека.

Между тем концепция А. О. Григорьева в определении специфики географического знания не является совершенной. Ведь представление о географической форме движения (или уровень организации) с методологической точки зрения, направленые в русло системных исследований задают в известной мере целостный объект для изучения геоморфологических, гидрологических, климатологических и других процессов, которые можно постичь процедурами моделирования, прежде всего математического. Но такого рода абстракция не в состоянии надлежащей мерой отобразить специфику биогеографии, ландшафтоведения, экономической и социальной географии. Одним словом, концепция географической формы движения не специализирует объект географии, а идентифицирует его с физико-географическими моделями. Понятная вещь, из утверждения, о том что закономерность, которая изучается физической географией и которая предшествует биологической и социально-экономической закономерности, никоим образом не выплывает их первобытность и всеобщность в познании разнообразных связей органической и неорганической природы. Попытки найти исходный "эволюционный пласт" объекта географии, идентифицировать его с конкретным физическим субстратом, в конечном итоге, сводятся к представлению о неминуемом разложении географического знания, неопределенности объекта познания. Ведь при этом дисциплины "нефизико-географического типа" теряют именно свой географический смысл, а основательные исследование, в частности, взаимодействия природы и общества должны направляться в русло каких-то натурсоциальных построений. Между тем норвежский географ О. Брун-Чуди не без основания замечает, что ему всегда импонировала идея единства географии в том понимании, что она по возможности должна охватывать и природные, и общественные проблемы нашей земной жизни.

Следовательно, концепция географической формы движения, которая пытается обособлять фундаментальный статус и специфику географического знания, выделить сущностное онтологическое, натурное вещественное понимание объекта географии, в конечном итоге, не является ее искомым объединительным сосредоточением, ибо по сути не охватывает разнообразия современных познавательных направлений и тенденций, преобразования географической науки, в частности, в конструктивное теоретико-практическое знание. В русле последнего основой для междисциплинарного объединения и обобщения результатов разнообъектных географических исследований должны выступать прежде всего цели и задачи прогнозирования, проектирования и конструктурирования среды существования человеческого общества.

Нужно более взвешенно воспринимать актуальные аксиологические (прагматические) ориентиры развития конструктивной географии при условиях неминуемого расслоения, в частности, экологической проблематики современной глобаиістики. Но при этом на пути создания "единой географии" не могут терять свое первостепенное значение поиски механизмов закономерного развития факторно и материально-энэргетически разнообразных историко-природных структур и процессов (систем) географической среды, географической оболочки в целом. Как отмечает шведский географ Турстэн Хегерстранд, человеческое сознание питается тем, что уже произошло, но работает над тем, что еще должно произойти. Когда мы помещаем явление, которое развивается во времени, в условия чистого пространства, мы так же мало добавляем к нашим представлениям о мире, как пытаться по вступлению скрипача, который играет соло перед пустыми стульями оркестра, судить о полифоничной музыке. Прав французский ученый Жаклин Божьо-Гарнье, говоря, что между классической и современной географией в действительности нет бездны, есть только усовершенствование, которое продолжается.

М. Д. Пистун, анализируя современные взгляды на предмет географии, приходит к выводу, что география является естественной общественной наукой, которая изучает территориальную и комплексно- пропорциональную организацию обмена вещества, энергии и информации между обществом и окружающей средой.

Автор книги "От Страбона до наших дней" (1985) М. К. Мукитанов утверждает, что понимание географической среды не является тождественным географической оболочке, поскольку, будучи феноменом природно-социальным, выступает предметом всей системы географии. Понятие географической среды — основное понятие географической науки в целом, а понятие географической оболочки — основное понятие лишь общей природной географии.

Географическая среда формируется в результате воздействия общества на окружающую его земную природу на протяжении конкретного исторического этапа. При этом основа географической среды остается природной, но на нее действует большое количество факторов общественного характера, что, в конечном итоге, ведет к существенным изменениям. Этот процесс исторически приобретает все больший масштаб, непрестанно заостряя противоречия между природным и общественным. Поэтому, делает вывод Мукитанов, предметом теории географической среды нужно определить именно географическую среду человеческого общества, а географию — как науку о взаимодействии общества и его географической среды в процессе предметной практической деятельности.

В контексте омысления места и роли географии в системе современной науки, границ предметной области географической науки, специфики и значимости объекта ее исследований подходящим воспринимается утверждение американского ученого А. Баттимер (1990):

"В географии есть свое поле деятельности, но оно неминуемо связано с другими науками. Она имеет дело с пространством и человеком во времени, понимая, что именно на человеке пересекается большая часть исследований. География немало может дать другим наукам и немало получить от них. Она охватывает современные изменения лика Земли и его прошедшие изменения, изучая природные механизмы и человеческие решения, которые на них накладываются И как только такие исследования подают хотя бы некоторым географам надежду сделать пусть и небольшой, но вклад в совершенствование нашего мира, предоставляя окружающим возможность как минимум лучшего понимания его, то их труд становится чем-то больше, чем просто мечта или призрак".

В заключении заметим, что доныне существующее разнообразие представлений относительно предмета и заданий географической науки много в чем объясняется сосуществованием разнообразных ориентиров естествоведческих и социогуманитарных в формировании методологического и категориально- понятийного фундаменту географического знания. Это уже давно осознано теоретическим сознанием, непосредственно отражается в утверждениях о промежуточном положении географии в системе социогуманитарных и естественных наук. Кстати, такая идеологемма укоренилась еще в середине XIX в. благодаря трудам известных немецких ученых О. Гумбольдта и К. Риттера. Первый из них утверждал необходимость исследования географией неминуемой связи природных явлений и процессов, выделить эволюционную единицу физико-географической природы. В то же время Риттер призывал географов рассматривать природу, ее историю в связи с историей человечества, выявлять некоторую уникальную субстанцию, которая объединяет мир физический и мир моральный. Эту мысль несколько трансформирует сегодня австрийский географ Г. Бобек: стремление интуитивно постигать и объяснять внешние проявления феноменов связано преимущественно с творческой сферой и искусством, с одной стороны, и стремлением устанавливать научные законы, которые управляют всем сущим, и тем самым контролировать силы природы, с другой стороны, имеют глубокие корни в природе людей и поэтому равноправны. Мудрое соединение их могло бы дать идеальный способ решения существующих противоречий. В конечном итоге, нужно обратить внимание на слова оригинального грузинского философа М. К. Мамардашвили (1984): "Законы мира нельзя понимать, не помещая в самый мир некоторое сознательное существо, которое понимает эти законы. Понимание законов является одновременно элементом мира".

Заслуживает на внимание созданное российскими естествоведами учение о сложных природных формациях, где связь между их компонентами представлялась в виде какого-то организма, который владеет своими собственными интегративными качествами В русле этого учения при условиях интенсивного развития индустрии зафиксирована принципиально новая ситуация. Оказалось, что в промышленную деятельность привлекаются не просто те или другие компоненты географической оболочки, а целостные ландшафты, биогеоценози и тому подобное, в которых осуществляется регуляция потоков вещества и энергии, превращения установившихся геохимических циклов. Это привело к формированию новой теоретической системы отсчета в исследовании природных корреляционных связей, целостных систем и структур с учетом техногенного фактора в русле их изменений. В этом контексте известный французский географ Луи Папе замечает, что именно географическое восприятие мира полезно особенно теперь, когда экспансия техники, которая стремительно развивается, полностью игнорирует людей и природу, нанося обоим огромный вред.

Предыдущая статья:С. Л. РУДНИЦКОГО Следующая статья:Современные представления о пространстве и времени
page speed (0.0601 sec, direct)