Всего на сайте:
183 тыс. 477 статей

Главная | Литература

МЕЧТА УВЛЕКАЕТ  Просмотрен 79

 

— Так вы не верите?

— Решительно нет! — Но тибетская медицина! А легенды, песни?…

— Легенды? Они останутся легендами. Как та золотая пещера, что оказалась без золота… Вам ли, геологу, не знать этого? Выбросьте из головы ваш пещерный лотос. И никаких фантазий, дорогой, никаких фантазий.

Такой разговор происходил в геологическом институте Уральского филиала Академии наук между Павлом Ивановичем Алябьевым и Дмитрием Васильевичем Сергеевым, начальником нашей экспедиции на Памире.

При разговоре Сергеева с Алябьевым присутствовали я и помощник начальника экспедиции молодой геолог Анатолий Фролов. Я сидел против Анатолия и видел прямо-таки бурю чувств, отражавшихся на его лице. Глаза, полные жадного внимания ко всему, горячо вспыхнули, как только мы заспорили о пещерном лотосе. Когда Алябьев возражал, глаза Анатолия темнели, он раза два порывался что-то вставить в разговор, но сдержался и, услышав категорическое «никаких фантазий», незаметно вышел из кабинета.

Сергеев узнал о золотом лотосе во время последней поездки в столицу. Доктор медицины академик Брежнев, его старый приятель, занимался народной медициной и, работая над восточными рецептами, не раз сталкивался с упоминаниями о пещерном лотосе. Услышав, что Сергеев едет на Памир, Брежнев убедил его попробовать разыскать лотос, который, по сведениям, можно встретить только в трех пунктах земного шара: на Памире, в Гималаях и на Тибете.

Он так и сказал: «В этих трех пунктах».

— Ты, Митя, подумай, какую услугу мы окажем советской науке! Ведь в этом лотосе неисчерпаемые возможности: он лечит от ран, от слепоты, исцеляет проказу. Ты подумай, Митя, это же растение! Мы разведем его, как женьшень, целые плантации! — И старый ученый вдохновенно мечтал о плантациях удивительного цветка.

И вдруг: «Никаких фантазий, дорогой!» Через неделю наша экспедиция была уже в горах Памира.

В Хороге, последнем городе на нашем пути, мы разделились на две неравные группы. Меньшая, под руководством самого Сергеева, направлялась на север, по правому притоку Аму-Дарьи — Бартангу, который в верховьях называется Мургабом. Им предстояло исследовать залежи асбеста. А наш отряд, в основном молодежный, уходил на восток, к истоку Памир-Дарьи, к озеру Зор-Куль. Отряд возглавлял я, мы должны были исследовать район озера, взять образцы пород.

Анатолию, как специалисту но асбесту, следовало идти с Сергеевым.

Но он решительно отказался.

— Почему? — спросил Сергеев. — Ваши знания нужны в этой группе экспедиции.

— Я вас очень прошу, Дмитрий Васильевич, очень прошу, направьте меня на Зор-Куль.

— Не вижу оснований. Поедете со мной на Мургаб.

— Дмитрий Васильевич! Товарищи! — обратился ко всем Анатолий, бледнея от волнения. — Разрешите мне поехать на Зор-Куль! Я ведь был там, знаю все тропы. Там тоже наверняка есть асбест! И, кроме того, товарищи, как же я, комсорг, оторвусь от комсомольской группы?… Пусть с Дмитрием Васильевичем поедет Рая Аксенова, она специалист по асбесту не хуже меня.

И он посмотрел на Раю с ожиданием и надеждой.

Каждый понимал Анатолия по-своему: одни считали это капризом, другие видели логичность его доводов — бывал на Зор-Куле, знает местность.

Рая растерялась. Почувствовав, что от нее ждут ответа, она, наконец, сказала: — Хорошо… Я поеду на Мургаб…

Сергееву ничего не оставалось, как согласиться и отпустить Анатолия на Зор-Куль.

 

2. И Я УВЛЕКСЯ…

 

Через несколько дней на привале после ужина я, коротко сказав о задачах на завтра и пожелав молодежи спокойной ночи, направился к своей палатке.

Но у костра почему-то никто не двинулся с места.

— Смотрите, завтра выступаем в пять, — предупредил я и завесил вход в свою палатку.

Обычно я засыпаю мгновенно. Но в тот вечер сон не приходил. У костра говорили о самых обыкновенных вещах: о рюкзаках, обуви, о геологических картах. Девушки заспорили о прическах. Кто-то пошутил, что лучшая прическа геолога — стрижка под машинку. Парни засмеялись, а кто-то из девушек обозвал советчика верблюдом.

— Давайте начинать, что ли? — спросил громкий голос, и разом установилась тишина. — Начнем, товарищи!

Я узнал голос Анатолия. У костра напряженно молчали.

Я тоже насторожился.

— Предлагаю, — заговорил Анатолий, — на этом собрании протокола не писать: каждый пусть примет решение и выполняет по совести. А вопрос я выношу один: о лотосе.

«Что?» — чуть не вскрикнул я и приподнялся.

Между тем Анатолий продолжал:

— В институте Дмитрия Васильевича высмеяли и строго предупредили, чтобы мы тут насчет лотоса не фантазировали, а занимались своей работой. А, между прочим, смешного в этом ничего нет. Я твердо убежден, что лотос существует или существовал в этих местах, и у меня есть, — он сделал паузу, будто в волнении вдохнул воздух, — некоторые данные…

— Объясни! — крикнул кто-то.

— Объясню, — ответил Анатолий. — В 1958 году я работал с экспедицией здесь же, в верховьях АмуДарьи, только выше, на плоскогорьях, ведущих к Сарыкольскому хребту. Мы встречались с местными чабанами, табунщиками, засиживались у их костров, слушая песни, загадки, предания. И вот тогда впервые я услышал здесь о пещерном цветке. Я подумал, как много здесь легенд и рассказов об этом цветке.

Один из старых чабанов говорил мне: «Что вы ищете камни да железо? Железо хоть и сделает руки человека крепкими, но не прибавит ему жизни. Почему никто не ищет чудесный цветок, который растет в пещерах, не видит солнца, но может влить солнце в одряхлевшее тело? А этот цветок есть в наших горах.

Мой дед знал пещеру, срывал золотые цветы и жил поэтому так долго, пока у моего отца не поседела борода, а ведь из четырнадцати его сыновей отец мой был самым младшим». Говорят, что растет этот лотос в темноте, в воде, пьет родниковую влагу и поэтому Прозрачен, как горный ключ, а на свету он вспыхивает пламенем и сгорает, оставляя после себя золотой дым…

— Действительно фантазия, — засмеялся кто-то из девушек. — Сгорает!..

— Подожди! — оборвали ее. — Не перебивай!

— Мы расспрашивали старика, — продолжал Анатолий, — где эта пещера, как ее найти. Она где-то на востоке, под тремя зубцами скал, и вход — под средним из них. И совсем от других людей, далеко от тех мест, я тоже слышал о трех зубцах и о пещере под средним из них.

— Это существенно, — сказал кто-то из парней.

— Знаете, однажды с высокого плоскогорья я увидел в бинокль на востоке прямо перед собой вершину с тремя зубцами.

Это, пожалуй, на самой границе с Китаем, в хребтах.

Все сначала молчали, затем заговорили сразу, возбужденно. Но Анатолий, видимо, подал знак, и снова установилась тишина.

— Брежнев — крупный ученый-медик. Он работает над вопросами народной медицины, ездил в Китай, в Тибет. Там определенно говорят, что легендарный пещерный лотос существует, и древняя медицина считает его одним из наиболее сильных лечебных средств. Почему же это фантазия? Я думаю, прав академик Брежнев, и предлагаю этот цветок искать! — твердо закончил свою речь Анатолий.

— А где взять время?

— Надо совмещать, искать лотос одновременно с основной работой.

— А как на это посмотрит начальство?

— Александр Гурьевич в институте молчал: ни за, ни против.

Это Анатолий сказал про меня.

— Будем искать сами! — с жаром выкрикнуло несколько голосов.

Тут меня под защиту взяла Юля Крутова:

— Разрешит, — убежденно сказала она. — Особенно если ему разъяснить хорошенько…

Мне становилось весело: редкий случай, когда слышишь истинное мнение подчиненных о себе. Я рассмеялся: «Если ему разъяснить хорошенько…» А?

Здорово? Ах ты, зелень морская! Посмотрю, как вы это сделаете!

— Итак, решено, — подвел итоги Анатолий. — Искать согласны все?

— Все!

— Все!

— Кто за? Поднимите руки! Единогласно. Собрание считаю закрытым.

…Утро, как и все лагерные утра, было полно суетой и сборами. Увязывали палатки, уплотняли рюкзаки, грузили на лошадей вьюки; дежурный распоряжался, повара были заняты у огня. Более спокойная минута выдалась за завтраком. Эту минуту я и выбрал для удара. Когда все пили чай, сосредоточившись на этом горячем занятии, я, сделав вид как можно более невинный, спросил:

— Итак, вы решили искать пещерный лотос?

Все глянули на меня в смятении, ожидая, что я скажу еще.

— А мы думали, что вы спали, — наивно проговорила Юля Крутова, но никто даже не улыбнулся.

Удара не получилось. Мне пришлось поторопиться со своим решением.

— Я не возражаю. Только об одном договоримся: работа на первом плане и поиски ни в коем случае не в ущерб.

Дружное «ура» грянуло мне в ответ.

 

Предыдущая статья:МИР, В КОТОРОМ Я ИСЧЕЗ Следующая статья:ЛЕГЕНДАРНАЯ ДОЛИНА
page speed (0.0316 sec, direct)