Всего на сайте:
183 тыс. 477 статей

Главная | История

Что такое «Друзья народа», В. И. Ленин - 7 страница  Просмотрен 246


222________ В. И. ЛЕНИН

«Друзья народа», впрочем, никогда не смогут вместить того, чтобы в крестьянском промысле, при общей его мизерности, при ничтожной сравнительно величине заведе­ний и крайне низкой производительности труда, при первобытной технике и неболь­шом числе наемных рабочих был капитализм. Они никак не в состоянии вместить, что капитал — это известное отношение между людьми, отношение, остающееся таковым же и при большей и при меньшей степени развития сравниваемых категорий. Буржуаз­ные экономисты никогда не могли понять этого: они всегда возражали против такого определения капитала. Помнится, в «Русской Мысли» один из них, говоря о книге Зи­бера (о теории Маркса), приводил это определение (капитал — отношение), ставил вос­клицательные знаки и негодовал.

Это — самая характерная черта буржуазных философов — принимать категории буржуазного режима за вечные и естественные; поэтому они и для капитала берут та­кие определения, как, например, накопленный труд, служащий для дальнейшего произ­водства, — т. е. определяют его как вечную для человеческого общества категорию, замазывая таким образом ту особую, исторически определенную экономическую фор­мацию, когда этот накопленный труд, организованный товарным хозяйством, попадает в руки того, кто не трудился, и служит для эксплуатации чужого труда. Поэтому и по­лучается у них, вместо анализа и изучения определенной системы производственных отношений, — ряд банальностей, приложимых ко всяким порядкам, вперемежку с сен­тиментальной водицей мещанской морали.

Вот теперь и смотрите, — почему называют «друзья народа» эту промышленность «народной», почему противополагают ее капиталистической? Только потому, что эти господа — идеологи мещанства и не в состоянии себе даже представить того, что эти мелкие производители живут и хозяйничают при системе товарного хозяйства (почему я их и называю мещанами) и что их отношения к рынку необходимо и неизбежно рас-калы-


_________ ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»_______ 223

вают их на буржуазию и пролетариат. Попробовали бы вы изучить действительную ор­ганизацию наших «народных» промыслов, вместо того, чтобы фразерствовать о том, что «может» из них выйти, — и мы посмотрели бы, сумели ли бы вы найти в России такую мало-мальски развитую отрасль кустарной промышленности, которая бы не была организована капиталистически.

А если вы не согласны с тем, что признаками, необходимыми и достаточными для этого понятия, являются монополизация средств производства в руках меньшинства, освобождение от них большинства и эксплуатация наемного труда (говоря общее, — присвоение частными лицами продукта общественного труда, организованного товар­ным хозяйством, — вот в чем суть капитализма), — тогда потрудитесь дать «свое» оп­ределение капитализма и «свою» историю его.

На деле организация наших кустарных «народных» промыслов дает превосходную иллюстрацию к общей истории развития капитализма. Она показывает нам наглядно возникновение, зародыш его, например, в форме простой кооперации (высшая группа в горшечном промысле), показывает далее, как скапливающиеся в руках отдельных лич­ностей — благодаря товарному хозяйству — «сбережения» становятся капиталом, мо­нополизируя сначала сбыт («скупщики» и торговцы) вследствие того, что только у вла­дельцев этих «сбережений» есть необходимые для оптовой продажи средства, позво­ляющие выждать реализации товаров на далеких рынках; как далее этот торговый ка­питал порабощает себе массу производителей и организует капиталистическую ману­фактуру, капиталистическую домашнюю систему крупного производства; как, наконец, расширение рынка, усиление конкуренции приводит к повышению техники, как этот торговый капитал становится индустриальным и организует крупное машинное произ­водство. И когда этот капитал, окрепши и поработивши себе миллионы трудящихся, целые районы, — начинает прямо уже и без стеснения давить на правительство, обра­щая его в своего лакея, — тогда наши остроумные «друзья народа» поднимают вопли


224________ В. И. ЛЕНИН

о «насаждении капитализма», об «искусственном создании» его!

Нечего сказать, вовремя спохватились!

Таким образом, г. Кривенко своими фразами о народной, настоящей, правильной и т. п. промышленности просто-напросто попытался замазать тот факт, что наши кустар­ные промыслы представляют из себя то же самое капитализм на разных ступенях его развития. С приемами этими мы достаточно познакомились уже у г. Южакова, который вместо изучения крестьянской реформы — говорил фразы об основной цели знамена­тельного манифеста и т. п., вместо изучения аренды — называл ее народной, вместо изучения того, как складывается внутренний рынок капитализма, — философствовал о неминуемой гибели его по неимению рынков, и т. д.

Чтобы показать, до какой степени извращают факты гг. «друзья народа», останов­люсь еще на одном примере . Наши субъективные философы так редко дарят нас точ­ными указаниями на факты, что было бы несправедливо обойти одно из этих, наиболее точных у них, указаний, — именно ссылку г-на Кривенко (№ 1 за 1894 г.) на воронеж­ские крестьянские бюджеты. Мы можем тут, на примере ими же выбранных данных, наглядно убедиться, чье представление о действительности более правильно, русских ли радикалов и «друзей народа» или русских социал-демократов.

Статистик воронежского земства, г. Щербина, дает в приложении к своему описа­нию крестьянского хозяйства в Острогожском уезде 24 бюджета типичных крестьян­ских хозяйств и в тексте разрабатывает их .

Хотя этот пример касается разложения крестьянства, о котором уже много говорено, но я считаю необходимым разобрать их собственные данные, чтобы показать наглядно, какая это наглая ложь, будто социал-демократы интересуются не действительностью, а «провидениями будущего», и как шарлатански поступают «друзья народа», обходя в полемике с нами сущность наших воззрений и отделываясь вздор­ными фразами.

«Сборник статистических сведений по Воронежской губернии». Т. II, вып.

П. Крестьянское хозяй­ство по Острогожскому уезду. Воронеж. 1887. — Самые бюджеты в приложениях, стр. 42—49. Разработ­ка в XVIII главе: «Состав и бюджеты крестьянских хозяйств».


_________ ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»_______ 225

Г-н Кривенко воспроизводит эту разработку, не видя, или, вернее, не желая видеть, что приемы ее совершенно не пригодны для того, чтобы составить представление об экономике наших земледельцев-крестьян. Дело в том, что эти 24 бюджета описывают совершенно различные хозяйства — и зажиточные, и средние, и бедные, на что указы­вает и сам г. Кривенко (стр. 159), причем, однако, он, подобно г. Щербине, оперирует просто над средними цифрами, соединяющими вместе различнейшие типы хозяев, и таким образом прикрывает совершенно их разложение. А разложение нашего мелкого производителя — такой всеобщий, такой крупный факт (на который давно уже обра­щают внимание русских социалистов социал-демократы. См. произведения Плеханова), что он совершенно ясно обрисовывается даже на таком небольшом числе данных, какое выбрал г. Кривенко. Вместо того, чтобы, говоря о хозяйстве крестьян, разделить их на разряды по величине их хозяйства, по типу ведения хозяйства, — он делит их так же, как и г. Щербина, на юридические разряды крестьян бывших государственных и быв­ших помещичьих, обращая все внимание на большую зажиточность первых сравни­тельно с последними, и упускает из виду, что различия между крестьянами внутри этих разрядов гораздо больше, чем различия по разрядам . Чтобы доказать это, разделяю эти 24 бюджета на три группы: а) особо выделяю 6 зажиточных крестьян, затем б) 11 сред-несостоятельных (№№ 7—10, 16—22 у Щербины) и в) 7 бедных (№№ 11 —15, 23—24 бюджетов в таблице Щербины). Г-н Кривенко говорит, например, что расход на 1 хо­зяйство у бывших государственных крестьян составляет 541,3 руб., а у бывших поме­щичьих — 417,7 руб. При этом он упускает из виду, что расход этот далеко не одина­ков у разных крестьян:

Несомненно, хозяйство крестьянина, живущего исключительно своим земледельческим хозяйством и держащего батрака, — по типу отличается от хозяйства такого крестьянина, который живет в батраках и от батрачества получает 3/5 заработка. А среди этих 24 хозяев есть и те и другие. Судите сами, какая это выйдет «наука», если мы будем складывать батраков с хозяевами, которые держат батраков, и опериро­вать над общей средней!


226________ В. И. ЛЕНИН

у бывших государственных есть, например, крестьянин с расходом в 84,7 руб. и с рас­ходом вдесятеро большим — 887,4 рубля (если даже опустить немца-колониста с рас­ходом в 1456,2 руб.). Какой смысл может иметь средняя, выведенная из сложения таких величин? Если мы возьмем приведенное мною деление по разрядам, то получим, что у зажиточного расход на 1 хозяйство в среднем дает 855,86 руб., у среднего — 471,61 руб., а у бедного — 223,78 руб.*

Различие оказывается в отношении примерно 4:2:1.

Пойдем дальше. Г. Кривенко, следуя Щербине, приводит величину расхода на лич­ные потребности в разных юридических разрядах крестьянства: у бывших государст­венных, например, расход на растительную пищу составляет в год на 1 едока — 13,4 руб., а у бывших помещичьих — 12,2 руб.

Между тем по экономическим разрядам цифры дают: а) 17,7; б) 14,5 и в) 13,1. Расход на мясную и молочную пищу на 1 едока — у бывших помещичьих — 5,2 руб.; у бывших государственных — 7,7 руб. По разря­дам: 11,7—5,8—3,6. Очевидно, что счет по юридическим разрядам только прикрывает громадные различия и ничего больше. Очевидно, поэтому, что он никуда не годится. Доход у бывших государственных крестьян больше, чем у бывших помещичьих, на 53,7% — говорит г. Кривенко: в общем среднем — 539 руб. (из 24 бюджетов), а по этим разрядам — 600 руб. с лишним и около 400 руб. Между тем по состоятельности доход таков: а) 1053,2 руб.; б) 473,8 руб.; в) 202,4 руб., — т. е. колебания не от 3 : 2, а от 10 : 2.

«Капитальная стоимость крестьянских хозяйств у бывших государственных кресть­ян — 1060 руб., а у бывших помещичьих — 635 руб.», — говорит г. Кривенко. А по разрядам": а) 1737,91 руб.; б) 786,42 руб. и в) 363,38 руб. — колебания опять не от 3 : 2, а от

Колебания в величине средней семьи гораздо меньше; а) 7,83, б) 8,36, в) 5,28 человек на 1 семью. Особенно велики различия в обеспечении инвентарем; в среднем стоимость инвентаря на 1 хозяй­ство — 54,83 р. Но у зажиточных вдвое больше — 111,80 р., а у бедных втрое меньше — 16,04 р. У сред­них — 48, 44 рубля.


_________ ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»_______ 227

10 : 2. Своим разделением крестьянства на юридические разряды автор отнял у себя возможность составить правильное представление об экономике этого крестьянства.

Если мы посмотрим на хозяйства разных типов крестьян по состоятельности, то увидим, что зажиточные семьи имеют в среднем 1053,2 руб. дохода и 855,86 руб. рас­хода, т. е. имеют чистого дохода 197,34 руб. Средняя семья имеет дохода — 473,8 руб., расхода — 471,61 руб. — т. е. чистый доход 2,19 руб.

на хозяйство (это еще не считая кредита и недоимки) — очевидно, она едва сводит концы с концами: из 11 хозяйств 5 имеют дефицит. Низшая, бедная группа ведет хозяйство прямо в убыток: при доходе — 202,4 руб. расход — 223,78 руб., т. е. дефицит 21,38 руб.* Очевидно, что если мы со­единим эти хозяйства вместе и возьмем общую среднюю (чистый доход — 44,11 руб.), мы совершенно исказим действительность. Мы обойдем тогда (как обошел г. Кривенко) тот факт, что получающие чистый доход зажиточные крестьяне все шес­теро держат батраков (8 человек) — факт, поясняющий нам характер их земледельче­ского хозяйства (переходит в фермера), дающего им чистый доход и избавляющего почти совершенно от необходимости прибегать к «промыслам». Эти хозяева (все вме­сте) покрывают промыслами только 6,5% своего бюджета (412 руб. из 6319,5), причем промыслы эти — по одному указанию г. Щербины — таковы, как «извоз» или даже «скупка овец», т. е. не только не свидетельствующие о зависимости, а, напротив, пред­полагающие эксплуатацию других (именно в последнем случае: скопленные «сбереже­ния» превращаются в торговый капитал). У этих хозяев 4 промышленных заведения, дающие им 320 руб. (5%) дохода .

Иной тип хозяйства у средних крестьян: они, как мы видели, едва ли могут свести концы с концами.

Интересно отметить, что у батраков — двое из 7 бедных хозяев — бюджет сводится без дефицита: 99 р. дохода и 93,45 р. расхода на семью. Один батрак живет на хозяйских харчах, одежде и обуви. " См. Приложение I. (Настоящий том, стр. 313. Ред.)


228________ В. И. ЛЕНИН

Земледелие не покрывает их нужд, и 19% дохода дают так называемые промыслы. Ка­кого сорта эти промыслы, — мы узнаем из статьи г. Щербины. Они указаны для 7 хозя­ев: только у двоих — самостоятельный промысловый труд (портняжничество и выжи­гание угольев), у остальных 5 — продажа рабочей силы («ходил косарем на низы», «ходит рабочим на винокуренный завод», «работает поденно в страду», «ходит овча­ром», «работал в местной экономии»). Это уже полукрестьяне, полурабочие.

Сторонние занятия отрывают их от хозяйства и тем окончательно подрывают его.

Что касается до бедных крестьян, то у них уже земледелие прямо ведется в убыток; значение «промыслов» в бюджете еще более возрастает (они дают 24% дохода), и про­мыслы эти почти всецело (за исключением одного хозяина) сводятся к продаже рабо­чей силы. У двоих из числа их «промыслы» (батрачество) преобладают, давая 2/з дохо­да.

Ясно отсюда, что мы имеем дело с совершенно разлагающимся мелким производи­телем, верхние группы которого переходят в буржуазию, низшие — в пролетариат. По­нятно, что, если мы возьмем общие средние, мы ничего этого не увидим и не получим никакого представления об экономике деревни.

Только оперирование над этими фиктивными средними позволило автору такой прием. Для определения места этих типичных хозяйств в общем типе поуездного кре­стьянского хозяйства г. Щербина берет группировку крестьян по надельной земле, и оказывается, что взятые 24 хозяйства (в общем среднем) выше среднего хозяйства по уезду по своему благосостоянию примерно на V3. Расчет этот нельзя признать удовле­творительным как потому, что среди этих 24 хозяев замечаются громадные различия, так и потому, что группировка по надельной земле прикрывает разложение крестьянст­ва: положение автора, что «надельная земля представляет коренную причину благосос­тояния» крестьянина, — совершенно неправильно. Всякий знает, что «уравнительное» распределение земли внутри общины нимало не мешает безлошадным членам ее забра­сывать


ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»_______ 229

землю, сдавать ее, идти на сторону и превращаться в пролетариев, а многолошадным — приарендовывать большие количества земли и вести крупное, доходное хозяйство. Ес­ли мы возьмем, например, наши 24 бюджета, то увидим, что один богатый крестьянин, имея 6 дес. надельной земли, доходу получает всего 758,5 руб., средний — при 7,1 дес. надела — 391,5 руб. и бедный — при 6,9 дес. надела — 109,5 руб. Вообще мы видели, что отношение дохода в разных группах равняется отношению 4:2:1, тогда как отноше­ние надельной земли будет таково: 22,1 : 9,2 : 8,5 = 2,6 : 1,08 : 1. Это совершенно по­нятно, потому что мы видим, например, что зажиточные крестьяне, имея по 22,1 дес. надела на двор, арендуют еще по 8,8 дес, тогда как средние, имея меньше надела (9,2 дес), арендуют меньше — 7,7 дес, а бедные, при еще меньшем наделе (8,5 дес), арен­дуют всего 2,8 дес. Поэтому, когда г. Кривенко говорит: «К сожалению, данные, при­водимые г. Щербиною, не могут служить точным мерилом общего положения вещей не только в губернии, но даже в уезде», — то на это можно только сказать, что они не мо­гут служить мерилом лишь в том случае, если прибегать к неправильному приему вы­числения общих средних (к этому приему и не следовало г. Кривенко прибегать), а во­обще говоря, данные у г. Щербины так обширны и ценны, что дают возможность сде­лать правильные выводы — и если г. Кривенко их не сделал, то нечего винить г. Щербину. Этот последний дает, например, на стр. 197 группировку крестьян не по надельной земле, а по рабочему скоту, т. е. группировку по признаку хозяйственному, а не юридическому, — и эта группировка дает полное право сказать, что отношения ме­жду разными разрядами 24-х взятых типических хозяйств совершенно однородны с от­ношениями разных экономических групп по всему уезду.

Конечно, я не хочу сказать, чтобы данные о 24 хозяйствах одни могли опровергнуть положение о коренном значении надельной земли. Но выше были приведены данные по нескольким уездам, совер­шенно опровергающие его67.



В. И. ЛЕНИН


Группировка эта такова

Острогожский уезд Воронежской губ.

 

 

 

  Число Приходится на 1 двор     Процент дворов        
Группы домо-       Земли В         s   
хозяев по количеству Домохозяев %их Голов крупногс скота (дес. ) Средняя семья С батраками С торгово-промышлен. заведениями Бездомных Без работника Не обрабат. зем Без инвентаря  
рабочего скота надель­ной ванной          
I. Без рабочего скота 8 728 26,0 0,7 6,2 0,2 4,6 0,6 4,0 9,5 16,6 41,6 98,5
П. С 1 шт. раб. скота 10 510 31,3 3,0 9,4 1,3 5,7 1,4 5,4 1,4 4,9 2,9 2,5
III. С 2—3 шт. раб. скота 11 191 33,3 6,8 13,8 3,6 7,7 8,3 12,3 0,4 1,3 0,4
IV. С 4 и бол.             
шт. раб. 3 152 9,4 14,3 21,3 12,3 11,2 25,3 34,2 0,1 0,4 0,3
скота             
Всего 33 581 1 100,0 4,4 11,2 2,5 6,7 5,7 10,0 3,0 6,3 11,9 23,4  
Из 24 типи­ческих хо­зяйств батраки бедные средние зажиточные 0,5 2,8 8,1 13,5 7,2 8,7 9,2 22,1 0 3,9 7,7 8,8 4,5 5,6 8,3 7,8        
  Всего 7,2 12,2 6,6 7,3*"        

Сравнение 24-х типических хозяйств с разрядами хозяйств во всем уезде произведено по тем же приемам, по которым г. Щербина сравнивал среднее из 24-х хозяйств с группами по надельной земле.

Здесь из бедных выделены два батрака (№№ 14 и 15 бюджетов у Щербины), так что бедных остает­ся только 5.

По поводу этой таблицы нельзя также не отметить, что мы видим здесь точно так же увеличение количества арендуемой земли по мере возрастания состоятельности, несмотря на увеличение количества надельной земли. Таким образом, на данных еще об одном уезде подтверждается неверность мысли о коренном значении надельной земли. Напротив, мы видим, что доля надельной земли во всем землевла­дении данной группы понижается по мере увеличения состоятельности группы. Складывая надельную и арендованную землю и вычисляя % надельной земли к этой сумме, получаем такие данные по группам: I) 96,8%; II) 85,0%; III) 79,3%; IV) 63,3%. И такое явление совершенно понятно. Мы знаем, что со време­ни освободительной реформы земля стала в России товаром. Кто имеет деньги, всегда может купить зем­лю: покупать надо и надельную землю. Понятно, что зажиточные крестьяне концентрируют в своих ру­ках землю и что концентрация эта сильнее выражается в аренде вследствие средневековых стеснений обращения надельной земли. «Друзья народа», стоящие за эти стеснения, не понимают, что это бессмыс­ленно реакционное мероприятие только ухудшает положение бедноты: разоренные, лишенные инвентаря крестьяне во всяком случае должны сдать землю, и запрещение производить эту сдачу (или продажу) поведет либо к тому, что будут сдавать тайком и, следовательно, на худших условиях для сдающего, ли­бо к тому, что беднота будет даром отдавать землю «обществу», т. е. тому же кулаку.

Не могу не привести здесь глубоко верного рассуждения Гурвича об этой пресловутой «неотчуждае­мости»:

«Чтобы разобраться в этом вопросе, мы должны посмотреть, кто является покупателем крестьянской земли. Мы видели, что только меньшая часть участков четвертной земли была куплена купцами. Вообще говоря, мелкие участки, продаваемые дворянами, покупаются одними крестьянами. Следовательно, этот вопрос затрагивает отношения одних только крестьян и не задевает интересов ни дворянства, ни класса капиталистов. Очень возможно, что в подобных случаях благоугодно будет русскому правительству ки-


_________ ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»_______ 231

Не подлежит никакому сомнению, что в общем и среднем 24 типические хозяйства выше поуездного типа крестьянского хозяйства. Но если мы вместо этих

нуть подачку народникам. Это странное соединение (mésalliance) восточной патриархальной опеки (ori­ental paternalism) с каким-то уродливым государственно-социалистическим прогибиционизмом едва ли не вызовет оппозиции именно тех, кого хотят облагодетельствовать. Так как процесс разложения дерев­ни идет, очевидно, изнутри ее, а не извне, — то неотчуждаемость крестьянской земли будет равносильна просто-напросто безвозмездной экспроприации бедноты в пользу богатых членов общины.

Мы замечаем, что % переселенцев среди четвертных68 крестьян, которые имели право отчуждать свою землю, был значительно выше, чем среди бывших государственных крестьян с общинным земле­владением: именно, в Раненбургском уезде (Рязанской губ.) процент переселенцев среди первых — 17%, среди вторых — 9%. В Данковском уезде среди первых — 12%, среди вторых — 5%. Отчего происходит эта разница? Один конкретный пример пояснит это:

«В 1881 г. маленькая община из 5 домохозяев, бывших крепостных Григорова, переселилась из де­ревни Бигильдино, Данковского уезда. Свою землю, 30 дес, она продала богатому крестьянину за 1500 руб. Дома переселенцам нечем было существовать, и большинство из них были годовыми рабочими» («Сборник стат. свед.», ч. II, с. 115, 247). По данным г. Григорьева («Переселения крестьян Рязанской губ.»), 300 рублей — такова цена среднего крестьянского участка в 6 дес. — достаточно для того, чтобы крестьянская семья могла завести земледельческое хозяйство в южной Сибири. Таким образом, совер­шенно разорившийся крестьянин имел бы возможность, продав свой участок общинной земли, сделаться земледельцем в новой стране. Благоговение перед священными обычаями предков едва ли бы могло ус­тоять перед таким искушением, не будь противодействующего вмешательства всемилостивейшей бюро­кратии.

Меня, конечно, обвинят в пессимизме, как обвиняли недавно за мои взгляды на переселение крестьян («Северный Вестник», 1892, № 5, ст. Богдановского). Рассуждают обыкновенно приблизительно таким образом: допустим, что дело представлено в точном соответствии с жизнью, какова она есть в действи­тельности, но вредные последствия (переселений) обязаны своим появлением ненормальным условиям крестьянства, а при нормальных условиях возражения (против переселений) «не имели бы силы». К не­счастью, однако, эти действительно «ненормальные» условия развиваются самопроизвольно, а создание «нормальных» условий не во власти благожелателей крестьянства» (назв. соч., стр. 137)69.


232________ В. И. ЛЕНИН

фиктивных средних возьмем экономические разряды, то получим возможность сравне­ния.

Мы видим, что батраки в типичных хозяйствах несколько ниже хозяев без рабочего скота, но очень близко подходят к ним. Бедные хозяева очень близко подходят к вла­дельцам 1 штуки рабочего скота (если скота меньше на 0,2: — у бедных 2,8, у одноло­шадных 3, — то зато земли всей и надельной и арендованной несколько больше — 12,6 дес. против 10,7). Средние хозяева очень немногим выше хозяев с 2—3 штуками рабочего скота (у них скота немногим больше; земли несколько меньше), а зажиточные хозяева подходят к имеющим 4 и больше штуки рабочего скота, будучи немногим ни­же их. Мы вправе, следовательно, сделать тот вывод, что всего по уезду имеется не менее 0,1 хозяев, ведущих правильное, доходное земледельческое хозяйство и не нуж­дающихся в сторонних заработках. (Доход этот — важно заметить — выражается в деньгах и, следовательно, предполагает торговый характер земледелия.) Ведут они хо-

г 1 /

зяиство в значительной мере при помощи наемных рабочих: не менее Ц части дворов держат постоянных батраков, а сколько еще берут временных поденщиков — неиз­вестно. Затем в уезде более половины хозяев бедных (до 0,6: безлошадные и одноло­шадные, 26% + 31,3% = 57,3%), ведущих прямо-таки убыточное хозяйство, следова­тельно, разоряющихся, подвергающихся постоянной и неуклонной экспроприации. Они вынуждены продавать свою рабочую силу, причем около 1Ц части крестьян живет уже гораздо более наемным трудом, чем земледелием. Остальные крестьяне — средние, кое-как ведущие земельное хозяйство с постоянными дефицитами, с добавлением сто­ронних заработков, лишенные, следовательно, мало-мальской хозяйственной устойчи­вости.

Я нарочно с такой подробностью остановился на этих данных, чтобы показать, в ка­ком извращенном виде представлена действительность г-ном Кривенко. Недолго ду­мая, берет он общие средние и оперирует с ними: понятно, получается не только фик­ция, а пря-


_________ ЧТО ТАКОЕ «ДРУЗЬЯ НАРОДА»________ 233

мая фальшь. Мы видели, например, что один зажиточный крестьянин (из типических бюджетов) своим чистым доходом (+ 197,34) покрывает дефициты девяти бедных дво­ров (— 21,38x9 = — 192,42), так что 10% богатых крестьян в уезде не только покроют дефициты 57% бедноты, но и дадут некоторый избыток. И г. Кривенко, получая из среднего бюджета по 24 хозяйствам такой избыток в 44,14 руб. — а без кредита и не­доимок 15,97 руб. — говорит поэтому просто об «упадке» хозяев средних и стоящих ниже среднего. На деле же об упадке можно говорить только разве применительно к среднему крестьянству , а по отношению к массе бедноты мы видим уже прямую экс­проприацию, сопровождающуюся притом концентрацией средств производства в руках меньшинства, владеющего сравнительно крупными и прочно стоящими хозяйствами.

Игнорирование этого последнего обстоятельства помешало автору подметить еще следующую, очень интересную черту этих бюджетов: они равным образом доказывают, что разложение крестьянства создает внутренний рынок. С одной стороны, от выс­шей группы к низшей растет значение дохода от промыслов (6,5% — 18,8% — 23,6% всего бюджета у зажиточных, средних и бедных) — т. е. главным образом от продажи рабочей силы. С другой стороны, от низших групп к высшим растет товарный (даже более: буржуазный, как мы видели) характер земледелия, растет процент отчуждаемого хлеба: доход от земледелия по разрядам у всех хозяев: а) Знаменатель показывает де­нежную часть дохода , составляющую

* Да и то едва ли это будет верно, потому что упадок предполагает временную и случайную потерю устойчивости, а среднее крестьянство, как мы видели, всегда находится в неустойчивом положении, на краю разорения.

Предыдущая статья:Что такое «Друзья народа», В. И. Ленин - 6 страница Следующая статья:Что такое «Друзья народа», В. И. Ленин - 8 страница
page speed (0.0824 sec, direct)