Всего на сайте:
236 тыс. 713 статей

Главная | Педагогика

Где я нахожусь, когда слышу:  Просмотрен 733

Тиканье часов, мяуканье котенка, стук дверей, бульканье воды, воркование голубей, шум машин, тихое пение, шелест страниц.

 

 

О МЕХАНИЗМЕ БОКОВОГО СИГМАТИЗМА

Э, Я, СИЗОВА, Э; К, MAKAРОВА

Боковой сигматизм — один из наиболее серьёзных видов неправильного звукопроизношения - следует рассматривать не как изолированное нарушение произношения только свистящих и шипящих звуков, но как частное проявление сложного симитомокомплекса бокового (латерального) произно­шения большого количества, (до 29!) согласных и некоторых гласных звуков. Нейрофонетический анализ позволил убедиться, в том, что множественность боковых артикуляций сама по себе уже свидетельствует о дизартрическом характере латерального произношения [9J.

Однако нормативные логопедические пособия относят
боковой сигматизм к механическим или функциональным
дислалиям. Лишь небольшая часть авторов склонна расценивать боковой сигматизм как расстройство дизартрического
ряда. В этом отношении прежде всего необходимо ответить
незаконченную работу ленинградского логопеда-практика М.
Н. Рудневой [7), установившей под руководством проф. Н.А.
Крышовой, что боковой сигматизм является следствием «асимметрического развития рече-двигательного аппарата на почве, псевдобульбарных явлений». Некоторые наблюдения: А-
М. Смирновой [121, а затем Л,.В. Мелеховой [4;5] также позволяют относись отдельные случаи бокового сигматизма к
числу различный до степени выраженности дизартрий. -
. Очень ценными являются наблюдения Р, А. Беловой-Да-
вид {1], обнаружившей при боковом сигматизме наличие органических микросимптомов в виде легких афферентные :И
афферентных парезов,, слабости лицевых и подъязычных
черепно-мозговых нервов. Подобное искажение звукопроизношения Р. А; Белова-Давид рассматривает как дизартрическое расстройство, поскольку в его основе лежит нарушение
эфферентной части речедвигательной функциональной системы в ее корковом отделе, «одно- или двуполушарное поражение нервных клеток нижней трети передней центральной извилины» (2)

Наконец, Е. Ф. Соботовхм и Л.Ф.Чернопольская [11) отмечают при боковом сигматизме избирательную неполноценность лишт некоторых мышц языка и губ, обусловленную односторонними парезами подъязычного и лицевого нервов, и поэтому считают возможным отнести боковой сигматизм к стертой форме псевдобульбарпой дизартрии.

К сожалению в специальной литературе отсутствует достаточное освещение неврологических синдромов у лиц, cтрадающих боковым сигматизмом, тогда как именно наличие или отсутствие симптомов органического поражения центральной нервной системы служит критерием при Дифференциальной диагностике между дислалией и дизартрией. Недостаточность теоретического обоснования для понимания этиопатогенического механизма бокового сигматизма и послужила поводом к комплексному медико-логопедическому обследованию детей с боковым сигматизмом.

Болшенство находившихся под нашим наблюдением 40 детей и подростков обучались в специальных речевых школах Ленинграда и прошли у разных логопедов различный курс коррекции бокового сигматизма (однако улучшения звукопроизношения не наступило) (мы акцентируем внимание на трудностях коррекции бокового асигматизма у этой группы детей, ибо направление детей в специальную речевую школу бвло обусловлено невозможностью исправления литерального звукопроизношения обычными логопедическими способами)
При изучении анамнезов обследованных детей и подростков с боковым сигматизмом были обнаружены значительные вредности пренатального периода: токсикоз беременности,
острые распираторные заболевания в 1-й половине беременности хронические болезни матерей (сердечно-сосудистые
заболевания, туберкулез легких, тяжелые желудочно-кишечные заболевания и болезни печени, заболевания мчеполовой системы, алкоголизм). Разбор хода предыдущих беременностей Показал самопроизвольные выкидыши и мертворождения (у 5 матерей), частые аборты, предшествовавшие
рассматриваемой беременности (у 13 матерей)

Все наблюдавшиеся дети родились доношенными, кроме 4 наблюдений, где беременность считалась переношенной; в 1 случаи была двойня, по-видимому, однояйцевая (и у обоих мальчиков в дальнейшем обнаружен боковой сигматизм). Ведущей патологией вродах явилась слабость родовой дея­тельности матери с угрожающей асфиксией плода (16 чел),: потребовавшая у 6 матерей родостимуляции, в 3 случаях — ручной помощи и выдавливания, в одном случае — приме­нения щипцов. Быстрые, стремительные роды отмечались у 8 матерей, раннее отхождение околоплодных вод и сухие за­тяжные роды - у других12 матерей, Большая часть детей родилась в асфиксии без крика, у 4 из них была обнаружена родовая черепно-мозговая травма. .В двух наблюдениях име­ла место резус-несовместимость крови матери и родившего­ся в срок ребенка, причем обменного переливания, крови, не производилось.

Важно отметить, что неблагополучие пренатального периода и патология родов часто сочетались в одном и том же
случае.

Были обнаружены особенности в характере раннего постнатального развития детей с боковым сигматизмом. В периоде новорожденности у части обследованные нами детей
наблюдалось нарушение жизненого ритма ( по терминалогии
К. А. Семеновой, Е. М. Мастюковой и М. Я; Смуглина (8))
Нередко матери жаловались па двигательное беспокойство
и истошный крик младенцев по трое - четверо суток подряд в
самые первые месяцы жизни, когда врач-педиатр не мог объяснить причины этого состояния соматическим заболеванием
ребенка. По мнению вышеназванных авторов подобное поведение младенца могло свидетельствовать об остротекущем
нарушении мозгового кровообращения и непосредственных
последствиях асфиксии.

У 5 детей (из 16 родившихся в асфиксии) состояние сразу после рождения было настолько тяжёлым," что их не показывали матерям в течение первых 4-10 дней. Некоторых детей поздно приложили к груди (через сутки и более) Но и при своевременном прикладывании к груди некоторые дети отказывались сосать, не могли .удерживать сосок. У части детей сосательный рефлекс появился только через несколько дней после рождения. На подобные нарушения сосательного рефлекса у детей, которым позже ставился диагноз це­ребрального паралича, указывают М.Б.Эйдинова и Е.Н.Правдина-Винарская (13). По предложению К. Л. Семеновой с соавт. |8|, подобным нарушениям акта сосания мог способство­вать парез артикуляционных мышц и языка. У 8 детей в ранний постнатальный период отмечались частые срыгивания н поперхивания, а позже затруднения в жевании и гло­тании твердой нищи.

С некоторой задержкой происходило у обследованных нами детей развитие части установочных рефлексов и ло­комоторных функций. У12 детей наблюдалась невозможность удерживать головку в вертикальном положении до 5-7-месячиого возраста. 9 детей научились устойчиво сидеть без опоры после 8-9 месяцев, а в 2 случаях — только после 1 года. Затруднительным оказался и переход к прямохождению: 7 детей овладели ходьбой лишь в возрасте 2-4 лет; у некоторых детей даже при своевременном начале ходьбы отмечались различные особенности: либо излишне долго на­блюдались явления пронульсии, ходьба «рывками», переме­жающаяся с бегом, либо овладевший уже навыками ходьбы ребенок предпочитал ползать, либо был излишне осторожен и ходил очень медленно, либо нагружал при ходьбе только передние отделы стоны, длительное время продолжая ходить на носках.

Все наблюдавшиеся нами дети часто и подолгу болели в раннем возрасте: были подвержены простудным заболева­ниям, детские инфекции протекали у них в тяжелой форме. Болезни нередко сопровождались бессознательными состо­яниями, судорожными припадками па высоте температуры, что позволяет предполагать протекавшее одновременно с со­матическим заболеванием поражение нервной системы. У 5 детей судорожные припадки, принимавшие иногда статусоподобное течение, возникали впервые на фоне полного здо­ровья, чаще в ночное время, и имели тенденцию к повторе­нию через различные промежутки времени. Такая судорож­ная готовность свидетельствует о церебральной патологии, однако, к сожалению, ни но медицинским документам, ни со слов матерей этого выяснить не удалось (непосредственно после судорожного припадка только у одной девочки была диагностирована эпилепсия, у одного мальчика - детский церебральный паралич с правосторонним гемипарезом). Су­дорожные припадки, как правило, закапчивалась в дошколь­ном возрасте и больше не повторялись.

Серьезные нарушения отмечались и в развитии речи обследованных детей с боковым сигматизмом. Как явствует из анамнеза, только у 12 детей речь развивалась нормально и по времени появления первых слов, и по дальнейшему накоплению словаря. Однако родители отмечали, что речь была очень неразборчивой, непонятной даже для матери, и иногда непонимание окружающих служило причиной появ­ления невротических реакций у ребенка (плач, крик, двига­тельное беспокойство). У 6 детей первые слова появились к концу 1-го года жизни, но замедленными темпами проходи­ло обогащение словаря и развитие грамматического строя, так что фразовая речь появилась лишь после 3-4-летнего возраста. У остальных 22 детей как появление первых слов, так и дальнейшее развитие речи происходило со значитель­ной задержкой, при этом у 5 из них не было лепета. Позднее появление фразовой речи у б детей с боковым сигматизмом сопровождалось одновременным появлением заикания.

В ходе логопедического обследования диагноз бокового сигмагизма был подтвержден посредством проб «постукивания» и «прослушивания» [10]. При двустороннем боковом сигматизме удавалось установить большую утечку воздуха справа или слева, поэтому диагноз правостороннего бокового сигматизма был поставлен всего в 28 случаях, левостороннего — в 12 (в это количество включены и случаи межзубно-бокового сигматиз­ма: 4 — правостороннего и 1 — левостороннего).

У обследованных детей были выявлены особенности в строении отдельных частей периферического отдела артику­ляционного аппарата и его функции. Подвижность лицевой и артикуляционной мускулатуры: щек, губ, челюстей, языка, мягкого неба — определялась с помощью различных артикуляторных упражнений. При этом обращалось внимание на такие параметры, как объем движения, точность и четкость выполнения, длительность удержания позы, способность к переключаемое, наличие синкинезий, состояние тонуса. Пред­лагались как простые движения, применяемые при невроло­гическом исследовании черепно-мозговых нервов (открыва­ние рта, оскаливание зубов, высовывание языка, «улыбка»), так и более сложные, используемые в логопедической прак­тике для коррекции свистящих и шипящих звуков и приме­няемые в невропатологии как усложненные .функциональ­ные пробы (доставание языком до носа, боковые движения языка, «чашечка», «горбатый мостик» и др. ).

Уже в процессе выполнения этих движений были обнару­жены симптомы, позволявшие предположить такое наруше­ние функции артикуляционного аппарата у детей с боковым сигматизмом, которое было обусловлено выпадением или ослаблением иннервации некоторых черепно-мозговых нервов и, как правило, имело избирательный характер, проявляясь в виде нерезко выраженных микроизменений.

Обращалось внимание также па функции дыхательного и голосового аппаратов детей с боковым сигматизмом. У 7 детей дыхание при речи было укороченным, голос тихий, недостаточной силы и звонкости. У 4 наблюдалась утечка воздуха через носовые ходы и гнусавый оттенок голоса (не­зависимо от боковой утечки воздуха). Серьезных мелоднко-иптонационпых нарушений не было обнаружено за исключе­нием убыстрения темпа речи у 3 детей и некоторой монотон­ности речи у небольшой части детей.

В результате неврологического обследования у всех де­тей, страдающих боковым сигматизмом, удалось обнаружить изменения, которые принято относить к минимальной орга­нической (церебральной) дисфункции.

Прежде всего обнаружены различные поражения функ­ции глазодвигательных нервов, проявившиеся в форме лег­кого одностороннего птоза (5 чел.), сходящегося или расхо­дящегося косоглазия (5), нарушены акта конвергенции (6 чел. ) и горизонтального нистагма (3 чел.).

Частым было поражение VII (лицевого) нерва в комбина­ции с поражением XII (подъязычного) нерва с той же сторо­ны. Почти у половины детей обнаружено отклонение языка в сторону при высовывании, у 11 — односторонний пареЗ лицевой мускулатуры по центральному тину. У небольшой группы детей отмечен парез одной половины языка с ее атро­фией, фибриллярные подергивания в языке, что следует от­нести к явлениям бульбарной недостаточности. Наблюдались ограничения движений языка либо неловкость, неточность, невозможность длительного удержания позы при достаточ­ном объеме движений.

У 8 детей отмечалось отклонение в сторону маленького язычка, в некоторых случаях с легким парезом небной зана­вески с противоположной стороны, что свидетельствует об одностороннем поражении X (блуждающего) нерва.

Явления псевдобульбарного пареза, сопровождавшегося симптомами орального автоматизма, отмечены у 4 детей, 2 из которых с момента рождения страдали гиперсаливацией. Излишнее выделение слюны при речи наблюдалось у боль­шинства детей с боковым сигматизмом.

Обращали на себя внимание различного рода синкинезии, возникавшие при выполнении проб па подвижность артику­ляционных органов: опускание века с приведением глаза кнут-ри при высовывании языка; приведение глаза внутри, к носу при выгорбливании языка «мостиком» и при выполнении некоторых других «трудных» заданий («чашечка»).

Симптомы поражения пирамидного пути наблюдались у 11 обследованных, однако лишь у 2 в форме грубых гемипарезов; в форме рефлекторных гемисиндромов — у 9 детей, у одного из которых в прошлом был гемипарез. Симптомы дву­сторонней пирамидной недостаточности в виде повышения глу­боких рефлексов с расширением рефлексогенной зоны колен­ных рефлексов и двусторонним симптомом Бабинского встре­тились в 3 наблюдениях, в 1 из которых ранее был легкий тетрапарез и в другом — литтленодобный синдром. Патологи­ческие рефлексы отмечались почти у всех при пирамидной недостаточности, иногда же проявлялись симптомом Бабинс­кого без других признаков поражения пирамидного пути. Не­ловкость моторики при отсутствии парезов конечностей от­мечена у 9 детей, легкая апраксия в руках — у 5.

Гиперкинезы характера атетозных были выявлены у 2 детей с пирамидной недостаточностью, и у 3 других имели место хорееформные гиперкинезы.

Умеренная компенсированная гидроцефалия обнаружена у 5 детей, умеренная микроцефалия, сопровождавшаяся сни­жением интеллекта до степени дебильности, — у 2 детей. У части обследованных обнаружены симптомы психофизичес­кого инфантилизма. У 4 имел место психопатоподобный синдром, один страдал адинозо-генетальным ожирением. Почти у половины обследованных патология со стороны нервно-психической сферы проявлялась, помимо указанных симпто­мов органического поражения нервной системы, церебрастеническим синдромом различной степени выраженности. Ос­новными были жалобы на раздражительность, плаксивость, быструю утомляемость, плохой сон, головные боли, повышен­ное двигательное беспокойство, па фоне которых у части детей развились ночные страхи, энурез, снохождепие.

Обращала на себя внимание сравнительная частота так называемых дисиластических признаков: многообразные зубочелюстиые аномалии, высокое нёбо, асимметрии лицевого ске­лета и грудной клетки, недоразвитие и деформация ушных раковин.

Левшество отмечено в б случаях, многие дети оказались скрытыми левшами и 2 одинаково владели как правой, так и левой руками.

Таким образом, анализ неврологических находок у детей с боковым сигматизмом позволяет сделать вывод о том, что в основе этого своеобразного фонетического искажения на пер­вый план выступает расстройство в речедвигательной функ­циональной системе, вызванное эфферентными нарушения­ми проводимости импульсаций. Все дети обнаруживают признаки органического поражения центральной нервной системы (часто диффузного), сущность которого сводится к следующему.

Наиболее часто и наиболее отчетливо выступает синдром поражения кортико-бульбарного пути (одно- или двусто­ронний), при котором выявляется страдание проводящих путей к ядрам VII, XII нервов и двигательным ядрам IX-X нар черепно-мозговых нервов. Возникают центральные па­резы .артикуляционной мускулатуры; в клинике этот синд­ром рассматривается как центральная, или псевдобульбарная, или спастическая дизартрия.

Несколько реже обнаруживаются признаки поражения периферического нейрона в форме ядерного страдания XII, IX-X пар черепно-мозговых нервов на уровне продолгова­того мозга, что приводит к развитию периферического пареза в артикуляционной мускулатуре. В клинике патология тако­го рода трактуется как периферическая, или бульварная, или паретическая дизартрия.

При поражении базальных ганглиев, проявившемся стреальным синдромом (гиперкинезы), можно было говорить о подкорковой, или гиперкипетической форме дизартрии.

Ни в одном из наблюдении не было выявлено симптомов мозжечковой дизартрии.

У тех детей, которые по данным анамнеза имели задерж­ку в развитии речи, были также обнаружены симптомы по­ражения проводящих путей. Подобные изменения, по спра­ведливому замечанию Е. М. Мастюковой [3],носят псевдоалалический характер и связаны не с поражением корковых речевых зон, а с их функциональной слабостью в связи с недостаточностью кинестетического отдела речедвигательной функциональной системы.

В этом отношении представляют интерес двое детей с боковым сигматизмом, у которых правосторонняя пирамид­ная недостаточность могла дать основание предполагать по­ражение центра Брока. Выявление альтернирующего пареза Джексона в обоих случаях позволило говорить о патологии на уровне продолговатого мозга.

Многие дети, помимо поражения кортико-бульбарных свя­зей или ядер черепно-мозговых нервов, участвующих в акте звукопроизношепия, обнаруживали признаки поражения кортико-спипалыюго пути. В других наблюдениях было по­ражение глазодвигателей, гидроцефалия, снижение интеллек­та до степени дебильности, эпилептиформные припадки. Это убеждает в том, что у данной группы детей боковой сигматизм является результатом сложного многосистемного пора­жения.

Итак, можно говорить о смешанном характере поражения при боковом сигматизме: чаще всего симптомы центральной дизартрии проявлялись в комбинациях с периферической или гиперкинетической формами, в других случаях — цент­ральной дизартрии в сочетании с алалическими или чаще псевдоалалическими симптомами.

Анализ литературы, касающейся изучения расстройств речи при детских церебральных параличах, позволяет обна­ружить большое сходство в описываемых нарушениях речи и неврологической симптоматике с таковыми у наблюдав­шихся нами детей и подростков с боковым сигматизмом.

В этом отношении более других нам импонирует класси­фикация И. И.

Панченко и Л. А. Щербаковой [6], которые выделяют 8 форм дизартрического нарушения речи на осно­ве ведущего неврологического синдрома общих двигатель­ных нарушений и аналогичных нарушений речедвигатель­ной сферы. У большинства обследованных нами детей с бо­ковым сигматизмом серьезные нарушения деятельности онорно-двигателышго аппарата были к моменту обследова­ния практически неощутимы. Ведущей патологией в их раз­витии явился речедвигательный дефект в виде латерального произношения.

Анализ комплексного невролого-логопедического обсле­дования позволяет отнести боковой сигматизм к смешанным формам спастико-паретической и реже спастико-гиперкинетической дизартрии, иногда в сочетании с псевдоалалически­ми симптомами. Дизартрия при латеральном произношении имеет чаще всего стертый, нерезко выраженный характер в связи с избирательной неполноценностью различных участ­ков языка и артикуляционной мускулатуры.

Все вышеизложенное позволяет сделать 2 основных вывода:

1 Боковой сигматизм является результатом органическо­го поражения центральной нервной системы и должен рассматриваться как расстройство дизартрического ряда разной степени выраженности.

2 Учет этио-патогенетического механизма бокового сигматизма требует комплексного подхода к его устранению при тесном сотрудничестве логопеда и детского психо­невролога.

 

 

Литература

1. Белова-Давид Р. А. Клиническая характеристика детей с нарушенным звукоироиЗпошением. - «Специальная шко­ла», 1967, №1.

2. Белова-Давид Р. А. Нарушение речи у дошкольников. М., 1969.

3. Маслюкова Е. М. Патология речевого развития и пути ее преодоления у детей раннего возраста, страдающих церебральными параличами. - Материалы V Всесоюз­ного съезда невропатологов и психиатров, т. 2. М., 1969.

4. Мелехова Л. В. Сравнительный анализ логопедической
работы при различных формах дислалии. - В сб.: «Воп-
росы дефектологии». М., 1964.

5. Мелехова Л. В. Дифференциация днелалий. - В сб.:
«Очерки но патологии речи и голоса», вып. 2. М., 1967.

6. Паиченко И. И., Щербакова Л. А. Медико-педагогичес­кая характеристика детей с дизартрическими и апарт-рическими расстройствами речи, страдающих церебраль­ными параличами, и особенности приемов логопеди­ческой работы. - В сб.: «Нарушения речи и голоса у детей». М., 1975.

7. Руднева М. Н. К вопросу динамики некоторых речевых нарушений. Совещание но вопросам физиологии и па­тологии речевой деятельности. Л., 1955.

8. Семенова К. А., Мастюкова Е. М., Смуглин М. Я. Клини­ка и реабилитационная терапия детских церебральных параличей. М., 1972.

9. Сизова Э. Я. Нейрофонетическая характеристика боко­вого сигматизма. - В сб.: »Речевые и психические нару­шения у детей и пути их реабилитации». Л., 1978.

 

10.Сизова Э. Я. Распознавание бокового сигматизма. - В сб.: «Проблемы обучения и воспитания аномальных детей». Л., 1978.

11.Соботович Е. Ф., Черноиольская А. Ф. Проявление стер­тых дизартрии и методы их диагностики. - «Дефектоло­гия». 1974, №4.

12.Смирнова А. М. К вопросу о классификации расстройств произношения. - «Вопросы патологии речи», т. XXXII (81), Харьков. 1959.

13.Эйдинова М. Б., Правдипа-Винарская Е. Н. Детские це­ребральные параличи и пути их преодоления. М., 1959.

 

НЕЙРОФОНЕТИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
БОКОВОГО СИГМАТИЗМА

Э, Я. СИЗОВА

Боковой сигматизм — сложное расстройство фонетической стороны речи,проявляющееся в искаженном произношении большого количества звуков.

В специальной литературе лишь несколько авторов отмечают одновременное латеральное произношение звуков нескольких фонетических групп, На боковое артикулирование свистящих, шипящих, Т, Д, изредка Р указывают М. Зееман (1962), И. Weinert (1966), Ф. Ф. Pay (1968). Отмечают paспространение бокового произношения и нагруппу задпеязычных: назвук X (А. Либманн, 1901, М. Зееман, 1962, Weinert, 1966), намягкие варианты К, Г, X, (О.

В. Правдина 1969). По данным Л. В. Мелиховой и М. Ф Фомичевой (1967J при боковом сигматизме искажаются свистящие, шипящие и «все смягченные». Н. Weinert (1966) отмечает латеральное артикулирование даже гласных И, Е наряду с боковым произношением согласных. Наконец, A. Liebmann (1898) и ЩЗееман (1962) наблюдали при боковом сигматизме своеобразное произношение звука Л.. Все этиавторы лишь перечисляют «боковые» звуки, фиксируя внимание навнешнем, акустическом эффекте ихнеправильного произношения, однако неанализируя, каким образом и почему латеральное искажению подвергаются именно эти группы звуков.

Попытка нейрофонетического анализа сущности бокового сигматизма встречается лишь у О. В. Правдиной (19691 которая считает, что множественность боковых артикуляций сама посебе уже подтверждает органическую основу возникновения боковых сигматизмов — парез языка.

Логопедическая литература относит к дизартриям речевые расстройства, обусловленные органическим поражение
центральной нервнойсистемы. Однако неудалось обнаружить работ, освещающих неврологические синдромы при боковом сигматизме.

Представилось необходимым проанализировать фонетические расстройства при боковом сигматизме, ибо, по мнению ,Е. Н. Винарской (1973), дифференциальную диагностику, дизартрий и определенные тонические выводы можно прово­дить не по сопутствующим дизартрии общим неврологичес­ким симптомам, «а непосредственно но характеру расстройств артикуляции».

У находившихся под нашим наблюдением 40 детей учи­тывалось прежде всего латеральное произношение свистя­щих и шипящих, однако одновременно с боковым сигматиз­мом были обнаружены множественные латеральные иска­жения произношения определенных согласных (чаще в мягких вариантах) и некоторых гласных звуков. Нередко боковому сигматизму сопутствовали нарушения произноше­ния звуков иного, нелатерального характера.

Большинство обследованных учащихся имели боковой сиг­матизм в группах и свистящих, и шипящих звуков; двое — лишь в группе шипящих; двое при латеральных шипящих произносили свистящие межзубно. У четверых боковой сиг­матизм наблюдался только в группах свистящих при нор­мальных шипящих, однако трое из этих детей произносили латерально еще и мягкие варианты переднеязычных, задне­язычных, Й и йотированные гласные.

Артикуляции латерально произносимых свистящих и шипящих резко отличались от типичных для русской фоне­тической системы артикуляторных укладов, характеризую­щихся четко дифференцированной работой кончика и раз­ных частей спинки языка, при обязательной опоре боковых краев широкого языка па боковые зубы. В обнаруженных разнообразных вариантах артикуляции латеральных свистящих и шипящих звуков отсутствует самый характерный отличительный момент артикуляционного уклада русских фрикативных согласных: серединная щель. К боковым ще­левым в русской фонетической системе относятся только Л и Л'. При боковом сигматизме (об этом говорит и само название дефекта) щели, так же как и при Л, образуются по бокам языка, поскольку проход воздушной струи посереди­не ротового резонатора невозможен вследствие смыкания с Верхними зубами (или с небом) либо копчика языка, либо Спинки языка, либо даже бокового края языка. При боковом Сигматизме изменяется не только расположение, но и форма щели. Нормально артикулируемые русские свистящие С и 3 носят название круглощелевых (М. И. Матусевич, 1959), поскольку при их произношении образуется круглая щель форме продольного желобка по средней линии языка. При боковом же сигматизме вследствие опускания боковых края языка или отклонения отдельных частей языка разрушает серединное продольное округлое углубление, воздух «растекается» по всей поверхности языка и выходит по бокам. Искажение артикуляционной структуры, отсутствие «желобка» приводит к такому изменению объема и формы резонирующих полостей, что шум при образовании С и 3 становится уже не свистящим, а приобретает шепелявый хлюпающий характер.

Эти изменения артикуляционной структуры сами по себе
«приоткрывают» этионатогенетический механизм бокового
сигматизма. Превращение круглощелевых в плоскощелевых
по Е. Н. Винарской и С. II. Шур (1967), является обязательным следствием паретичности мышц языка. При боковом
сигматизме очевидна нарушенная работа мышц языка, часто
и мышц губ, щек, нижней челюсти, участвующих в артикуляторном акте произношения свистящих и шипящих. Наиболее ярок это нарушение функции проявляется в искажен
деятельности мышц и отдельных мышечных пучков язык
иннервируемых подъязычными нервами.

В большинстве случаев наблюдавшегося нами бокового сигматизма обращала на себя внимание избирательность нарушений, при которых проявляется ограничение подвижности только одной половины языка или определенного участка языка. Как свидетельствует Е. II. Винарская (1973), по данным Л. В. Блюменау (1924), Barnard (1940), А. М. Гринштейна (1956), J. Hayashimoto (1960), В. Н. Лариной (1966), в ядре подъязычного нерва обнаружены клеточные скопления, имеющие отношение к различным группам мышц. В частности подбородочно-язычная и подбородочно-подъязычная мышцы, с одной стороны, и подъязычно-язычная мышца, с другой стороны, иннервируются различными клеточными скоплениями ядра подъязычного нерва.

 

При нормальном артикулировании свистящих звук подбородочно-язычная и подъязычно-язычная мышцы должны оттягивать переднюю часть языка вниз для образования «желобка». Одновременно с этим поперечные мышцы языка стягивают язык к его средней продольной линии, поднимая боковые края языка при образовании «желобка». Для нор­мального произношения большинства русских согласных крайне важно приподнимание боковых краев языка с опорой на боковые зубы, благодаря чему образуется серединная щель для прохода воздуха. При боковом сигматизме происходит активное сокращение поперечных мышц с одновременным растягиванием вертикальных и продольных мышц, приводя­щих к суживанию, округлению языка. В норме такому округ­лению препятствует антагонистическое расширение средней части языка шилоязычной мышцей.

При нормальном произношении звуков во всех движени­ях языка по средней линии одноименные мышцы правой и левой стороны работают как агонисты. При боковом сигма­тизме деятельность различных мышц на одной стороне, как правило, искажается. Происходит одностороннее сокращение шилоязычной мышцы и продольных мышц языка, в результа­те чего язык отклоняется в сторону. По данным Е. Н. Винарс­кой (1973), в случае работы подъязычно-язычных и шилоязычных мышц язык отклоняется в сторону более напряжен­ных мышц, а при работе подбородочно-язычных мышц — в сторону менее напряженных.

При некоторых структурах бокового сигматизма наблю­дается плотное прижатие кончика, а иногда и передней час­ти языка к верхним резцам или альвеолам, что совершенно несовместимо ни с дорсальной (т. е. с опущенным к основа­нию нижних зубов кончиком языка) артикуляцией нормаль­ных свистящих, ни с «безопорной» артикуляцией нормаль­ных шипящих звуков. В данном случае проявляется излиш­няя, ненужная для нормальной артикуляции свистящих и шипящих деятельность подбородочно-язычной мышцы, основ­ным назначением которой является продвижение языка впе­ред и высовывание изо рта. Подобное явление наблюдается и при межзубно-боковом произношении в результате одно­стороннего сокращения средних и нижних отделов подборо­дочно-язычной мышцы при расслаблении мышц-ретракторов, которые в норме должны оттягивать язык вглубь ротовой полости. Односторонняя деятельность мышц и приводит к тому, что в межзубном положении оказывается лишь о сторона языка, воздух проходит в боковую щель с противоположной стороны, и возникает межзубно-боковая структура произношения.

Подобное искажение мышц-ретракторов можно предлагать и у детей с межзубной артикуляцией свистящих, тогда как все звуки группы шипящих, включая аффрикаты, и износятся латерально, с упором копчика языка в верхние зубы и провисанием одной половины языка. Эти дети испытывают затруднения и в артикулировании звуков Л и Р. У них наблюдается резкое ограничение движений языка, невозможность их выполнения даже той стороной языка, которая при; артикулировании шипящих выглядит как будто более «здоровой» и действует более энергично. Можно думать о поражении всего языка, что подтверждается «двусторонней» межзубностью свистящих, невозможностью произношения артикуляционно трудных звуков Р и Л. И все же провисание одной стороны языка при произношении шипящих подтверждает и в данном случае избирательность пареза, преобладание «односторонности» поражения.

У части детей при боковом сигматизме в обеих группах звуков латеральное произношение распространяется лишь свистящие и аффрикаты, в то время как Ш и Ж звучат акустически нормально. Однотипность искажения свистящих и аффрикат в отличие от шипящих Ш и Ж можно объяснить наличием у этих детей нижней, дорсальной артикуляции аффрикат, в то время как Ш и Ж имеют классическую верхнюю, какуминальную, с загнутым вверх кончиком языка, логопедической литературе нижнюю артикуляцию шипящих и аффрикат относят к норме произношения (М. Е. Хватцев,1959; О. В. Правдииа, 1969) и считают, что дефективное произношение может наблюдаться при более трудном «верхнем» артикулировании либо только аффрикат, либо толь звуков Ш и Ж. В рассматриваемых нами случаях латеральному искажению подверглись, напротив, только дорсально артикулируемые С, Сь, 3, 3', Ц, Ч, Щ, которые произносились опущенным вниз, по отклоненным вправо или влево кон ком языка. Можно думать об избирательном своеобразном поражении мышц кончика и передней части языка, при котором более страдает движение опускания языка, нежели загибания его кверху. В то же время мышцы спинки языка остаются здоровыми, поэтому оказываются возможны проги­бание книзу средней части спинки и одновременное возвы­шение задней части сцинки языка, необходимые для нормального артикулирования шипящих звуков.

По мнению Винарской (1973), для артикуляции соглас­ных наиболее важны движения кончика языка вверх, в то время как парез мышечных пучков, загибающих кончик язы­ка книзу, является «малозначимым для артикуляции, в речи практически не выявляется». Однако при производстве боль­шинства русских согласных кончик языка должен быть опу­щен по средней линии вниз, либо упираясь в основание ниж­них зубов, либо касаясь их, либо несколько удаляясь от нижжних зубов (Л. Г. Скалозуб, 1963). По нашему мнению, любые нарушения при опускании кончика языка должны вызвать искажение произношения, и при боковом сигматизме подоб­ные поражения мышц копчика языка действительно приво­дят к значительному расстройству артикуляции нескольких дорсальных звуков.

Искажение деятельности отдельных мышц и мышечных пучков различных частей языка приводит к появлению боль­шого количества латеральных артикуляций, сочетающихся с боковым произношением свистящих и шипящих звуков. У 14 из 40 обследованных детей (35%) наряду с боковым сиг­матизмом наблюдалось латеральное произношение мягких вариантов переднеязычных смычных Т, Д, Н и заднеязыч­ных смычных звуков К, Г, X. Принято считать, что артикуляторные уклады мягких палатализованных звуков ближе к нейтральной позиции языка (В. А. Богородицкий, 1909), что их артикуляция требует менее дифференцированной иннер­вации мышц языка, нежели артикуляция твердых, поэтому и произношение палатализованных нарушается реже.

По нашим наблюдениям, при латеральном произношении чаще искажаются именно мягкие варианты звуков. Е. Н. Винарская (1967) утверждает, что артикуляция мягких звуков наруша­ется при дизартрии а первую очередь в результате пораже­ния мышц спинки языка. По-видимому, латеральное артику­лирование палатализованных смычных при боковом сигма­тизме обусловлено как раз своеобразным поражением мьшц спинки языка.

В процессе нормальной палатализации осуществляет подъем передне-средней части спинки широкого языка при активной деятельности верхних продольных и поперечи мышц. Нормальное произношение палатализованных переднеязычных смычных Т, Д, очень сходно по артикуляционному укладу с палатализованными переднеязычными щелевыми С , 3 . Как отмечает В. А. Богородицкий (1909), между Т и С уже нет разницы по положению копчика языка. Различие состоит лишь в способе образования (смычка или щель) при одном и том же активно действующем oргане при одинаковом фокусе образовании шума. С другой стороны, известно, что при произношении нормальных палатализованных смычковых звуков может наблюдаться аффрикатизация, т. е. появление щелевого фрикативного элемента в последней фазе артикуляции взрывного звука (О. Брок, 1910, Л. Ф. Зиндер, I960). Характеризуя это явление, И. А. Бод; де Куртенэ (1903) подчеркивал уподобление способа образования палатализованных смычных палатализованным щелевым. Он полагал, что «осреднеязыченные» переднеязычные фонемы Т и Д перерождаются исторически по направлению к С и 3 . Действительно, поданным лаборатории Л. А. Чистович (1965), щелевая фаза для Т иногда достигает 42% в длительности звука.

При боковом сигматизме степень аффрикаризации увеличивается в связи с паретичным состоянием мышц спинки языка и утратой возможности создать полную преграду на пути выдыхаемой воздушной струи при артикулировании смычных: воздух при раскрытии смычки выходит не резким толчком, а медленно, плавно. В результате и смычные, и щелевые переднеязычные палатализованные звуки приобретают при латеральном сигматизме отчетливый плоскощелевой характер с выходом воздуха но боковым сторонам языка.

Подобным латеральным образом, с возникновением боковых щелей, нередко произносятся при боковом сигматизме и мягкие варианты заднеязычных К, Г, X. При артикулировании К , Г' активно действующим речевым органом является выпуклый средне-задний участок спинки языка. Отпечатки звука Х на палатограммах (Л. Г. Скалозуб, 1963) значительно передвинуты вперед, и мышечное сосредоточение обнаружи­вается в средней части спинки языка:

У большинства обследованных нами детей латеральное произношение одинаково распространяется как па палатали­зованные переднеязычные Т , Д, Н , так и на среднеязычные К, Г, X , что свидетельствует об однотипном поражении мышц и переднего, и среднего, и средне-заднего участков спинки языка в рассматриваемых случаях бокового сигматизма. Во­обще же, по образному выражению И. А. Бодуэна де Куртенэ (1903), «артикуляция К начинается там, где она прекращает­ся для Т ». Этой близостью места артикуляции и можно объяс­нить единообразие латерального искажения палатализован­ных переднеязычных и среднеязычных звуков. В половине из 14 случаев латерального произношения палатализованных наряду с боковым сигматизмом мы наблюдали еще и лате­ральное произношение Й и йотированных гласных. По мес­ту образования Й находится между палатализованными пе­реднеязычными Т , Д, Н и палатализованными среднеязыч­ными К, Г, X , представляя основную среднеязычную артикуляцию, в то время как для всех остальных палатализо­ванных поднятие средней части спинки языка к небу явля­ется дополнительной артикуляцией.

При наблюдавшемся нами латеральном произношении Й можно предполагать равное поражение всех участков спин­ки языка, поскольку артикуляторный уклад Й при боковом сигматизме бывает резко изменен в соответствии с латераль­ным изменением уклада других, палатализованных звуков. Латеральное произношение Й приходилось наблюдать при тех структурах бокового сигматизма, когда язык принимал как бы «перекрученную» форму, т. е. копчик языка, почти не отклоняясь, касался основания нижних резцов, как при нор­мальной артикуляции, в то же время средняя часть спинки-языка с одной стороны поднималась резко к небу, будто ста­новясь па ребро и обнажая нижнюю поверхность языка. Та­кая не свойственная русской фонетической системе артикуляторная структура может быть обусловлена избирательным односторонним поражением мышц только спинки языка при относительной сохранности копчика языка.

Однако и при таком артикуляторном укладе акустичес­кий аффект латерализации звука Й не всегда проявлялся, и тогда Й и йотированные гласные воспринимались как чис­тые, нормальные звуки. По-видимому, это можно объяснить своеобразием самого звука Й, находящегося как бы на рубе­же гласных и согласных. При прохождении воздушной струи во время артикулирования Й образуется столь обширная плоская щель, что даже появление боковой щели при лате­ральном произношении может не влиять на акустический характер звука и Й будет восприниматься как нормальный нелатерализованный сонорный звук. Кроме того, но данным Л. Г. Сологуб (1963), Й в русской фонетической системе может иметь и шумную природу. Такой Й произносится при участии более сильной воздушной струи, создающей несколько более значительный шум, чем при произношении сонорных. Можно предполагать, что эффект латерального звучания про­является именно у тех детей, которые при боковом сигматизме произносят Й как шумный согласный, а не как сонант.

При боковом сигматизме одновременно с латеральными палатализованными переднеязычными и среднеязычными мы наблюдали латеральное произношение даже губных и губно-зубных палатализованных. Латеральное произношение в данном случае обусловлено еще более обширным поражением мышц спинки языка, поскольку для артикулирования нормальных П, Б, Ф, В требуется совсем незначительное приподнятие передне-средней части спинки языка по направлению к твердому небу. Вообще при произношении П, Б, Ф, В у большого количества детей с боковым сигматизмом пришлось наблюдать девиацию языка, провисание одной половины выгорбленного языка, хотя при этом обычно не проявлялось акустического впечатления латерализации, звуки воспринимались как нормальные. Сам факт появления наряду с боковым сигматизмом отклонений, провисаний языка во время произнесения других звуков даже при акустически правильном их восприятии еще раз подтверждает наличие избирательного пораже­ния определенных групп мышц или мышечных пучков языка, которое обусловлено поражением подъязычного нерва.

У большой группы обследованных детей и подростков с боковым сигматизмом наблюдались и различные по характеру дефекты произношения трудных в артнкуляторном от­ношении язычно-альвеолярных соноров Л и Р в твердых и в мягких вариантах.

Казалось бы, боковой по способу образования звук Л дол­жен при боковом сигматизме звучать нормально. В группе обследованных нами детей среди 16 человек, искаженно про­износивших звук Л, у 9, т. е. более чем в половине случаев, вместо твердого Л слышался звук полусмягченный, несколь­ко шипящий, как бы с призвуком Ж и одновременным «хлю­паньем». Акустически он не отличался от латерально иска­жаемых 3 или Ж, да и артикуляторная установка этого зву­ка была однотипна с артикуляторной структурой латеральных свистящих и шипящих, поэтому для характеристики такого Л предлагаем пользоваться терминами «сигматоидный» или «сигматоидно-латеральный ».

Полусмягченный характер этого звука объясняется отсут­ствием характерного для твердого Л седловидного, «ложко­образного» прогиба средней части спинки языка, что свиде­тельствует об избирательном поражении средних волокон подбородочно-язычной мышцы. Язык приобретал такой же, как и при латеральных палатализованных, артикуляторный уклад с выгнутой вверх спинкой языка при опускании боко­вых краев языка на одной стороне более, чем на другой, иног­да при отклонении всей массы языка.

Двое детей совсем не произносили мягкий Л' при описа­нии выше сигматоидно-латеральном твердом Л и при била­биальном твердом Л. Билабиальный Л, не требующий учас­тия языка в артикулировании, наблюдался в четырех случа­ях. Отмечено и назальное произношение Л (в двух случаях — твердого Л, в одном случае — мягкого Л), при котором сильно выгорблена задняя часть спинки языка, тогда как в норме при мягком Л' задняя часть спинки языка опущена, при твердом Л — лишь слегка приподнята. Характерно, что у детей с назальными Л и Л' не наблюдалось латерального произношения палатализованных Т, Д, К, Г ,Х и Й, т. е. отсутствовало поражение мышц средней части спинки язы­ка. Однако имелось искажение деятельности шилоязычной мышцы и передних пучков поперечной мускулатуры, кото­рые при нормальном произношении Л поднимают края языка и суживают его переднюю часть. В то же время более актив­но, чем требуется для нормального Л, сокращались подьязычпо-язычная и продольные нижние мышцы, способствуя оттягиванию тела языка назад, выгорбливанию задней части спинки языка и пригибанию кончика языка ко дну ротовой полости.

Многие дети с боковым сигматизмом (25 из обследован­ных 40) различным образом искажали артикуляцию наиболее трудного в русской фонетической системе звука Р. В группе обследованных 6 человек произносили Р латерально, трое за­меняли Р сигматоидно-латеральным Л всегда с однотипным искажением Л. Кроме того, наблюдались искажения Р другого,: нелатералыюго характера, при артикуляции которых не тре­буется участия языка: Р увулярный, Р билабиальный, Р одноударный. 5 человек совсем не произносили звуков Р, Р .

В отношении 6 случаев бокового ротацизма в сочетании с боковым сигматизмом следует прежде всего отметить боль­шую распространенность поражения мягкого варианта Р: двое искажали по-боковому уклады и мягкого, и твердого Р, чет­веро произносили латерально лишь мягкий Р' (из них трое - при нормальном твердом Р, один — при увулярном твер­дом Р). На нашем материале не встретилось такого сочетания бокового ротацизма с боковым сигматизмом, когда бы лате­рально был искажен только твердый Р при наличии нор­мального мягкого Р . Большая частота латерального искаже­ния мягкого Р' обусловливается, по-видимому, поражением мышц как кончика, так особенно передне-средней части спин­ки языка, поскольку при мягком Р вся масса языка более напряжена и прикасается к твердому небу большей поверх­ностью спинки языка, чем при Р твердом. Кроме того, но мнению О. Брока (1910), боковые края языка при произно­шении Р' упираются в верхние десны па большем простран­стве, чем при Р твердом. При боковом ротацизме одновре­менно с боковым сигматизмом мы наблюдали сходство арти­кулирования Р и Р либо с однотипно, латерально искаженными среднеязычными К, Г, X, Й (а не с переднея­зычными, как следовало бы ожидать), либо с латеральными шипящими, артикуляторный уклад которых и в норме бли­зок к укладу звука Р.

Представленный материал позволяет сделать следующие выводы:

1. Боковой сигматизм — не изолированное искажение сви­стящих и шипящих звуков, а частное проявление лате­рального произношения. Боковому искажению могут под­вергаться различные группы звуков в зависимости от нарушения иннервации определенных участков или от­дельных мышц языка.

2. Поскольку все произносимые латеральным образом зву­ки имеют у каждого индивидуума одну и ту же артикуляторную структуру, постольку и воспринимаются они единообразно, с хлюпающим оттенком, различаясь лишь по признаку звонкости — глухости.

3. Акустический эффект латерализации требует опреде­ленного критического состояния отклонений, провиса­ний одной половины языка. Малейшее нарушение при­мыкания боковых краев языка к боковым зубам приво­дит прежде всего к искажениям только свистящих и шипящих, требующих концентрированного центрально-то выхода воздушной струи. В остальных же случаях даже при хорошо видимых боковых изменениях арти­куляции (в момент произношения губных палатализированных звуков Р, Й) эффект латерализации может отсутствовать, звуки воспринимаются как нормальные.

4. Для бокового произношения характерны нарушения под­вижности периферического отдела речедвигательного аппарата, проявляющиеся в ограничении движений, не­точности выполнения, заменах движений не но принци­пу их легкости или трудности, а в результате своеоб­разного состояния мышц артикулирующих органов.

5. Особенности артикуляторных структур латеральных звуков и своеобразное состояние речевой моторики сви­детельствуют об искаженной функции мышц артикуляторного аппарата в результате поражения черепномозговых нервов (в частности, лицевого и подъязычного).

6. Внимательное логопедическое обследование страдающего боковым сигматизмом позволяет даже при отсутствии специалиста-невропатолога убедиться в дизартрическом характере латерального произношения.

 

 

Литература

1. Богородицкий В. А.

Опыт физиологии общерусского произношения. - Учен. зап. Казанского университета, кн. 5-6, 1909.

2. Бодуэн де Куртепэ И. А. Лингвистические заметки и афоризмы. - Жури. Мии-ва пар. просвет. , 1903, апрель.

3. Брок О. Очерк физиологии славянской речи. СПб., 1910.

4. Винарская Е. Н., Шур С. М. Нарушения звуковой систе­мы речи при бульбарной дизартрии взрослых. - В кн.: Очерки но патологии речи и голоса, выи. 3, М., 1967.

5. Винарская Е. Н., Пулатов А. М. Дизартрия и ее тонико-диагностическое значение в клинике очаговых пораже­ний мозга. Ташкент, 1973.

6. Зееман М. Расстройства речи в детском возрасте. М., 1962.

7. Зиндер Л. Р. Общая фонетика. Л., 1960.

8. Либмаи А. Патология и терапия заикания и косноязы­чия. СПб., 1901.

9. Матусевич М. И. Введение в общую фонетику. Л., 1959.

 

10.Мелехова Л. В., Фомичева М. Ф. Речь дошкольника и ее исправление. М., 1967.

11.Правдина О. В. Логопедия. М., 1969.

12.Pay Ф. Ф. Приемы исправления недостатков произно­шения фонем. - В кн.: Основы теории и практики ло­гопедии. М., 1968.

13.Речь. Артикуляция и восприятие. Под ред. В. А. Кожев­никова, Л. А. Чистович. М. - Л., 1965.

14.Скалозуб Л. Г. Палатограммы и рентгенограммы соглас­ных фонем русского литературного языка. Киев, 1963.

15.Хватцев М. Е. Логопедия. М., 1959.

16.Liebmann A. Parasigmatismus laterslis. Archiv fur Kinderheilkude, Heft 25, Stuttgart, 1898.

17.Weinert H. Die Bekampfung von Sprechfehlern. Berlin, 1966.

Содержание

 

Введение........................ з

Некоторые виды лексико-грамматических

упражнений........................... б

Работа над предложением.

Именительный падеж....................... 6

Управление

родительным падежом существительных. ..... 14

Управление дательным падежом...................... 31

Управление винительным падежом................ 36

Управление

творительным падежом существительных............ 47

Предложно-падежиые конструкции............... 56

О механизме бокового сигматизма.................. 71

Нейрофонетическая характеристика

бокового сигматизма 82

 

 

 

 

 

­

 

 

 

 

 

 

Предыдущая статья:Работа по сюжетной картинке и схеме предлогов. Следующая статья:Древние славяне VI-X веков
page speed (0.0202 sec, direct)