Всего на сайте:
183 тыс. 477 статей

Главная | География

Но эти проблемы Вы рассматриваете в других своих книгах и публицистических работах.  Просмотрен 90

 

Я ездил в Москву проведать тяжелобольного поэта Александра Яшина в больнице. И он сказал, что говорил обо мне с редакцией «Нового мира», они заинтересовались проблемами вепсов и готовы со мной работать. Завотделом очерка согласился с темой, которую я предложил. Мне дали командировку на месяц и обещали продлить, если потребуется. В это же время Институт языка и литературы Академии наук Карелии пригласил меня редактировать словарь вепсского языка. С учеными-лингвистами Марией Зайцевой и Марией Муллонен мы объехали почти всех вепсов Приоятья (территория Ленинградской области). Как говорится, сам материал шел в руки. Я работал и над словарем, и над очерком, а вот с опубликованием этого очерка бился потом долгие годы… Ставили его в журнал не раз, но приходилось снимать из-за цензуры. Чтобы материал не устаревал, приходилось его постоянно обновлять. Когда из «Нового мира» ушел Твардовский, я пытался пробиться в другие издания. Прекрасную рецензию на очерк дал Василий Белов, но и это не помогло. Уже и «Словарь вепсского языка» вышел, а очерк не публикуют.

Я стал делать наброски для романа «Потомки веси». Было задумано большое полотно, написано несколько разрозненных глав, а потом я понял, что воплощение этого замысла окажется мне не по силам. Одна из глав ненаписанного романа – «В синем Залесье» – была опубликована как самостоятельный рассказ. И я решил отказаться от большого исторического повествования о судьбе вепсов, а вместо этого дать развернутую картину трагедии Шимозерья в ХХ веке. Постепенно стал вырисовываться сюжет новой повести – «Люди сузёмья».

Повесть переписывалась мною семь раз, была выпущена издательством «Детская литература» в 1975 году. Ко второму изданию 1980 года я существенно изменил концовку. Этот вариант повести – его я считаю окончательным – вышел также третьим и пятым изданиями, а в четвертом издании был повторен первый вариант текста.

А что касается публицистических материалов, то к концу 1970-х годов я убедился, что ничего из задуманного мне не «пробить». Между тем время идет, вепсские деревни пустеют. Что-то надо по-другому делать. И я решил подать эту проблему не в глобальном масштабе, а идти по пути публицистики более лояльной и более местной. Кое-что удалось напечатать.

 

В 80-е годы проблемы малых народов, в том числе вепсов, стали обсуждаться открыто…

 

В 1987 году актив энтузиастов возрождения вепсской культуры организовал на территории проживания вепсов – в поселке Озера Ленинградской области – «Научно-практическую конференцию по проблемам сохранения языка и культуры вепсов». Чтобы привлечь к участию в этом мероприятии как можно больше людей, решено было возродить вепсский национальный праздник «Древо жизни». Он предшествовал конференции и проходил рядом, в Винницах. Оба эти события стали началом откровенного разговора о вепсах.

Открытие праздника не обошлось без курьезов. На трибуне, кроме одной доярки-вепсянки, не было ни одного вепса – все сплошь чиновники. Я вышел к микрофону и сказал по-вепсски, что это знаменательный день: впервые за все советское время здесь собрались вепсы из всех крупных вепсских поселений – из всех, кроме моей родины, Шимозерья, которое уничтожено, но я надеюсь, что жизнь туда вернется. На трибуне все забеспокоились, стали просить меня перевести свои слова на русский, но отказался – из принципа: раз праздник вепсский, то вепсы могут говорить на родном языке.

На следующий день была конференция в Озерах. Просторный Озерский клуб оказался тесен для огромного количества слушателей, и на улице установили громкоговорители. Доклады были по 10-15 минут, я запросил 35. И смог открыто сказать, что образование Вологодской области в 1937 году расчленило компактную территорию исконного проживания вепсов: западные вепсы оказались на восточной окраине Ленинградской области, восточные – на западной окраине Вологодской. Все дороги – хотя какие там дороги! – замкнуты внутри одного района, а между районами никаких связей нет. И вот в результате многолетних изменений административных границ, укрупнения и ликвидации отдельных сельсоветов вепсские поселения остались на окраинах Тихвинского, Бокситогорского, Лодейнопольского и Подпорожского районов Ленинградской области, а в Вологодской – на окраинах Вытегорского и Бабаевского районов. Когда я ездил по этим местам, встречался с вепсами и рассказывал им об их соседях, они поражались: «А мы-то думали, что мы последние!..»

Если бы вепсы не были так разобщены, если бы строились дороги и была связь между группами вепсов, народ бы жил нормально. Ведь самая большая численность вепсов в СССР была в 20-х годах прошлого века: по данным переписи 1926 года она составляла более 32000 человек. А по переписи 1959 года – чуть больше 16000.

Вепсской проблемой стали активно заниматься как раз после той конференции. Что было сделано? Подготовили письменность на латинице, потом о преподавании речь зашла. В 1988 году в Петрозаводске состоялось региональное межведомственное совещание «Вепсы: проблемы развития экономики и культуры в условиях перестройки». В нем участвовали представители Советского фонда культуры во главе с Д. С. Лихачевым, Совета Министров РСФСР, Совета Министров Карельской АССР, Ленинградского и Вологодского областных советов народных депутатов, Карельского филиала Академии наук СССР. Я входил в комиссию по выработке рекомендаций межведомственного совещания. Работа над этим документом и его принятие шли трудно. В конце концов были выработаны конкретные адресные поручения почти для всех министерств и ведомств РСФСР и КАССР, Ленинградского и Вологодского облисполкомов. Но в 1991 году СССР распался, и вся эта работа остановилась.

 

Предыдущая статья:Расскажите о своих книгах, в которых нашла отражение судьба вепсов. Следующая статья:Как бы Вы прокомментировали нынешнюю ситуацию с вепсами и вепсской культурой?
page speed (0.0768 sec, direct)