Всего на сайте:
210 тыс. 306 статей

Главная | История

Отступление от темы № 2 (2007 г.): Об атеизме и порабощении общества  Просмотрен 196

Два абзаца выше отделены от основного текста звёздочками в настоящей редакции, поскольку требуют пояснений.

В период написания “Разгерметизации” мы преодолевали свой атеизм уровня сознания: в тех случаях, когда человек, будучи осознанно убеждённым атеистом, живёт по совести, то он большей частью действует в русле Промысла, и в этом смысле он неосознанно религиозен вопреки своим осознанно атеистическим убеждениям.

Атеизм уровня сознания у подавляющего большинства его носителей является не плодом их собственных размышлений о Жизни, но обусловлен культурой, в которой они выросли, и воспитанием в семье и школе (духовный гнёт других людей, о котором говорилось ранее в основном тексте “Разгерметизации”).

Поэтому в “Разгерметизации” выражению по сути религиозных убеждений сопутствуют мнения, атеистичные по форме их изложения. Это — выражение того, что ходе работы над “Разгерметизацией” мы, излагая искренне по совести свои мнения, ещё не осознавали, что атеизм в обществе может быть представлен в двух разновидностях:

· Материалистический атеизм прямо и однозначно понимаемо заявляет: “Бога нет, все вероучения и суеверия — плод выдумки невежественных людей”.

· Идеалистический атеизм прямо и однозначно понимаемо заявляет: “Бог есть. Он — Творец Мироздания и Вседержитель”. Но вероучения идеалистического атеизма возводят на Бога столько клеветы и напраслины, что: чем более миропонимание и воля индивида ими порабощены, — тем больше подавлена его совесть и тем в более остром разладе с Богом и Промыслом индивид оказывается. То же касается и общественных групп, образуемых приверженцами той или разновидности идеалистического атеизма.

Кроме того утверждению материалистического атеизма о том, что Бога нет, исторически реально, достаточно часто сопутствуют утверждения о том, что исторически сложившиеся религиозные культы если не изначально — злоумышленная выдумка поработителей, то стали орудием угнетения масс эксплуататорской верхушкой обществ. Это утверждение многих приверженцев материалистического атеизма в целом соответствует историческому прошлому и настоящему, что показано в работах ВП СССР:

· “К Богодержавию…” (общий обзор исторически сложившихся вероучений и религиозной проблематики),

· “Синайский «турпоход»” (о становлении исторически реального иудаизма — в сборнике “Интеллектуальная позиция” № 1/97 (2),

· “Почему, призывая к Богодержавию, Внутренний Предиктор не приемлет Последний Завет” (аналитическая записка 1999 г., посвящена анализу вероучения секты Виссариона, о которой уже большинство забыло вопреки тому, что в 1990‑е его портретами в ризах были оклеены чуть ли не все города России. И хотя проблематика «виссарионовцев» уже не актуальна, но в названной записке на её фоне рассмотрены некоторые ключевые для построения светлого будущего вопросы, которые в других материалах КОБ большей частью обходятся молчанием, отчасти потому, что в названной записке выражено настроение, обеспечившее в процессе её написание уникальное мировосприятие),

· “«Мастер и Маргарита»: гимн демонизму? либо Евангелие беззаветной веры” (в ней речь идёт о специфике богословия Русской многонациональной региональной цивилизации.

При этом на протяжении истории в культурах идеалистического атеизма политика порабощения людей “элитой” от имени Бога является генератором откровенно атеистических убеждений в обществах (об этом речь шла в конце раздела 1 в Отступлении от темы № 1).

Т.е. сказанное в выделенных абзацах не имеет никакого отношения к Богу, который есть, но относится к «богу-персонажу» исторически сложившихся на основе Библии вероучений и исторически сложившемуся исламу, в случаях, когда он выродился в ритуальщину поклонения молитвенному коврику, а люди живут, не зная Корана, не понимания его смысла и не соотнося кораническое веро- и жизнеучение с жизнью — как со своею личной, так и с жизнью обществ и человечества в целом.

Далее продолжение основного текста в редакции 1990 г.

————————

Из содержания слов «Нет власти, аще не от имярек!» — разворачивается антидиалектическая отсебятина в любой, нужной заказчику, форме; в СССР — в форме «диалектического материализма».

Антидиалектическая отсебятина — субъективный метафизический идеализм — не возникла сама собой, её создали эксплуататоры, достаточно хорошо владевшие диалектикой, чтобы навязать её <— антидиалектичность —> в сознание другим и тем самым поработить сознание МАСС. Многим покажется невероятным, что кто-то произнёс эти слова и всё… — в обществе господствует антидиалектическое мировоззрение. Эта кажущаяся невероятность свидетельствует о непонимании диалектики.

Когда большинство членов общества занято непосредственным производительным трудом в сфере материального производства наибольшую часть времени, свободного от сна и отдыха, то это большинства не в состоянии контролировать деятельность меньшинства в сфере разработки идеологии, как системы стереотипов (автоматизмов) отношения к явлениям и поведения. Результатом этого является то, что большинство общества воспринимает некритически на веру всю идеологическую продукцию, производимую меньшинством. Так в общественном сознании идёт вытеснение старых стереотипов отношения к явлениям и стереотипов поведения новыми, нужными правящей верхушке. Процесс этот получает необходимую устойчивость со сменой поколений (примером является нынешняя кампания рекламы перестройки Горбачёва, подготовка перестройки Ельцина-Сахарова[144] и со взваливанием вины за всё и вся на Сталина). Сегодня один поверил, другой умер, третий родился, а стереотип уже есть, он иного и не знает — завтра повторилось это же; количественные изменения переходят в качественные, система стереотипов общественного сознания формируется вокруг того, что «Нет власти…», где-то подпёрли репрессиями, проходит время, и господства диалектического мировоззрения в обществе как не бывало… Остались только воспоминания о «золотом веке». С этого момента присвоение продуктов чужого труда эксплуататорской верхушкой справедливо, так как оно «от Бога».

Метафизический идеализм — бесплодная догма, торжество духовного мракобесия, античеловечности. В силу ряда причин он приобрёл наибольшую устойчивость в форме иудаизма. Именно метафизический идеализм в течении веков обрекает массы иудеев на творческое бесплодие, вечное заимствование и интерпретацию чужого в попытках выдать за своё кровное достижение, на стремление завладеть чужим и осквернить чужое. И вряд ли случайно, что все три державы, государственной религией которых стал иудаизм (Иудея и древний Израиль в Палестине и Хазарский каганат на юге Поволжья), пали под ударами соседей; а предъистория и история нынешнего Израиля — сплошная череда резни и подготовки очередной резни арабов в Палестине, т.е. антисемитизм, т.к. арабы — семиты.

Богатство и свет языческой культуры Эллады и Рима — проявление <стихийно> диалектического мировоззрения, господствовавшего в обществе[145]. В подтверждение этого приведём слова одного из поздних писателей языческого Рима — императора Марка Аврелия. О своём миропонимании он говорит так:

«Всегда следует помнить, какова природа мира и какова моя собственная природа и в каком отношении находится моя собственная природа к природе всего мира, и какую часть мира она составляет, а также, что никто не может мешать делать и говорить то, что согласно с природой мира, часть которого ты составляешь» (ист. 15[146], стр.

24).

Мрак же средневековья — проявление господства метафизического идеализма, противопоставившего людей Природе и друг другу, унизившего Человека перед лицом Бога. И где последовательной насаждалось метафизика, там больше дыма стелились над площадями городов и больше лилось крови.

Язычество Руси было светлым! Природа и климат страны отличались от нынешних. Благодаря просторам и щедрости рек, лесов, полей, способных давать пищу и кров в любое время года, рабство не носило массового характера, как в странах Средиземноморья, оно не было экономически необходимым. Основой богатства общества был труд свободного человека. Поэтому славяне легко ассимилировали пленных и коренное население земель, куда они приходили сами. Государственность возникла на Руси ещё в дохристианскую эпоху. К моменту крещения Русь была союзным государственным образование славянских племён с весьма низким уровнем внутрисоюзной напряжённости (иначе бы ни один киевский князь, опасаясь усобицы, не посмел бы пойти на Царьград[147]). Русь была единой на огромной территории от Балтики до Черного моря, от Карпат до Волги. Каждый регион мог обеспечить себя практически всем необходимым. Именно этой причиной — ЭКОНОМИЧЕСКОЙ (!) — обычно объясняют феодальную раздробленность Европы в те времена. Но Русь была едина! Её не терзали усобицы. Что же объединяло Русь? Единство Руси обеспечивалось надстройкой формации: большой этнос с единым языком, культурой обладал целостным <стихийно> диалектическим мировоззрением. Была письменность — дошли до нас фрагменты “Велесовой книги”, подложность которой доказывают русофобы. Константин, родной брат Мефодия, в монашестве Кирилл, признавал существование Русской письменности за сто лет до крещения Руси (“Наш современник”, № 9, 1988 г.), а он-то знал толк в языкознании. Дохристианская азбука <(Всеясветная грамота)> содержала 64 строчных и 83 над- и подстрочных символа, кроме фонетической нагрузки, нёсших ещё и мировоззренческий смысл[148].

Скандинавы звали Русь Гардарикой — Страной городов. Было разделение труда на сельскохозяйственный и ремесленный, что говорит о довольно высоком уровне развития производительных сил. Призвание Рюрика с братьями и дружиной не являлось установлением русской государственности, как нам твердили столетиями русофобы. Это было «внутрисемейное дело»: Рюрик — внук новгородского князя Гостомысла, род которого по мужской линии прервался. Русь могла ещё и поучить кое-чему своих более «культурных» соседей… (Фактологию см. ист. 16[149], 17[150] и многочисленные работы академика Б.А.Рыбакова[151]).

Крещение Руси — установление иноземного идеологического ига, навязывание антидиалектического мировоззрения; с точки зрения духовности — торжество реакции, мракобесия[152].

Славянство не приняло христианства душой. Много веков Русь боролась за независимость своей Церкви, перемалывая догматы и метафизику христианства, стараясь внести в него своё светлое язычество, следы которого православие хранит доныне. А церковники уничтожали памятники культуры, в слепоте веры (русские) и духовной агрессии (греки) громили диалектическое мировоззрение славянства, а оно восставало против центральной <“элитарной”> власти, с ним боровшейся.

Именно эта борьба взорвала единство Руси изнутри.*

КОММЕНТАРИЙ

*Этот вывод подтверждает и история Литвы, принявшей христианство одной из последних в Прибалтике. В период Гедиминаса (? — 1341) и его сыновей языческая Литва била немецких рыцарей на западе и подбирала под себя практически без сопротивления земли православной Руси на юге и на востоке. Минск, Смоленск, Галич, Туров, Полоцк стали литовскими. Русь шла под власть Литвы, так как приняла христианство по форме, сохранив содержание своего языческого мировоззрения — диалектику. Язычество Руси и Литвы имело много общего и объединяло культурно-близкие народы, поэтому консолидация сил обоих народов под державой Вильнюса шла без сопротивления с русской стороны.

Стоило же Литве принять католичество (наиболее антидиалектичную и безнациональную экспортную модификацию иудаизма), как сразу язычески-“православная” Русь стала отходить к Москве, и начался закат Великого княжества Литовского. «Пассионарность» Литвы утонула в крещенской купели.

Дмитрий Балашов в своём романе “Симеон Гордый” мимоходом отражает эти факты, но комментирует их по Л.Н.Гумилёву, объясняя взрывом «пассионарности» (журнал “Роман-газета”, №№ 9, 10, 1988 г.). Однако концепция Л.Н.Гумилёва, изложенная в его работе “Этногенез и биосфера Земли”, затрагивает только биологическую сторону понятия “Человек”, не уделяя должного внимания социальной , что противоречит естеству человечества[153].

* *
*

Но даже тогда, когда вся Европа строила замки, Русь продолжала строить Кремли. Разница в том, что в замке феодал — грабитель, часто пришлый, — запирался от народа с наёмным войском, а Русский князь жил в Кремле в незащищённых рвом и стенами палатах вместе с народом, и когда люд запирался в Кремле, то князь выходил в поле во главе Народного войска для отпора врагу внешнему. И это было возможно только потому, что христианство не смогло окончательно вытравить диалектичность мировоззрения славянского язычества из души народа.

ФЕОДАЛИЗМА, В ЕВРОПЕЙСКОМ И АЗИАТСКОМ ВИДАХ, НА РУСИ НЕ БЫЛО. У НАС, ЕВРОПЫ И АМЕРИКИ — РАЗНЫЕ ПРЕДЫСТОРИИ. ИХ РЕЦЕПТЫ, НЕ ИМЕЮЩИЕ У НАС ИСТОРИЧЕСКИХ КОРНЕЙ, НАВЯЗИВАЕМЫЕ СВЕРХУ, А НЕ ИДУЩИЕ ИЗ ОПЫТА НАРОДНОЙ ЖИЗНИ, НЕ МОГУТ ОБЛАГОДЕТЕЛЬСТВОВАТЬ НАРОДЫ РОССИИ, ЧТО УЖЕ НЕОДНОКРАТНО, ПОДТВЕРЖДАЛА ИСТОРИЯ СТРАНЫ.

И православие Русь приняла окончательно только в период татарского ига[154], когда Церковь была в большей свободе, чем государство, и смогла воззвать к объединению сил Земли Русской для противоборства с иноземным игом. И не было и после этого спокойного житья официальной русской православной церкви только потому, что русскому человеку нужен был Бог, с которым по душам можно было потолковать и о земном, и о небесном. То есть Бог «понимающий диалектику». И в словах огнепального протопопа Аввакума[155]: «А потом Бог вместил в меня небо, землю и всю тварь. Небо моё, земля моя … Свет мой!» (“Наш современник”, № 11, 1988 г., стр. 171), — звучит целостность мировосприятия, т.е. основа его диалектичности — отрицание ветхозаветной лжи

Ну, а крещением мы обязаны лично Святому Равноапостольному князю Владимиру, сыну князя Святослава от якобы “случайной” связи с Малушей (ласкательное от еврейского Малка), дочерью хазарского раввина из русского города Любеча, находившегося до 882 года в вассальной зависимости от Хазарского каганата, и дядьке Владимира, сыну того же раввина, Добрану, известному как Добрыня. И современный советский еврейские поэт Арон Вергелис это знает (см. ист. 18[156]), но вряд ли понимает всё. Исходя из того, что мать Владимира — иудейка, сам Владимир должен признаваться иудеями за своего, должен чтиться, ибо сделал для иудейства много. Но даже если это “клевета антисемитов” или “сионистов” (кому как нравится), то пишется это не о “национальности” Владимира, а о другом, суть чего не меняется оттого, был ли дед Владимира раввином или, одним из верховных жрецов языческой Руси.

Из дальнейшего станет ясно, что жрецом его дед быть не мог.

Бежав с Руси, Владимир вернулся на Русь вскоре с наёмным войском: кто дал средства? Убив законного князя Ярополка, Владимир захватил Киевское княжение и узурпировал власть в Южной Руси. Он возродил человеческие жертвоприношения, от которых язычество к тому времени уже освободилось[157], и дождавшись, когда народ возроптал против своих “богов”, он крестил сначала Киев, а затем Русь. Крестил насильно, мечом и огнём, обрушив в репрес­сии прежде всего на жречество[158]. А Нестор уже потом рассказал всё, как было нужно заказчику. Письменные источники дохристианского периода целенаправленно уничтожались. История Руси не началась её крещением. Креще­нием началась история духовного рабства Руси.

Крещение Руси — один из многих в истории примеров, когда внутреннее эксплуататоры, испытывая трудности, обращаются за помощью к своим «коллегам» за рубежами, расплачиваясь с ними долей своих барышей[159].

Смена одного способа производства другим — естественно-исторический процесс. Князья, в условиях родо-племенного строя бывшие «военными специалистами на службе у общества», ещё только созревали, чтобы стать феодалами. Диалектика языческого мировоззрения, господствовавшая в обще­стве, им объективно мешала. И рекомендация извне христианства пришлась как нельзя более кстати. Христианство призывало терпеть эксплуатацию человека человеком, чем устраивало внутренних эксплуататоров, а идеологическая зависимость Руси от внешних сил, которую несло христианство, устраивала внешних эксплуататоров.

Если Святослав отвергал саму идею крещения Руси именно из-за неизбежности идеологической зависимости её вследствие этого, то Владимиру, пришедшему к власти при помощи внешних сил, надо было чем-то расплачивать­ся. Он расплатился крещением Руси. Разврат Малки и Святослава не был случаен. Такого рода примеров — Эсфирь, Иудифь, Юдифь — в Библии приведено много. Не была случайной и гибель Святослава на Днепровских порогах в битве с половцами — это был акт политического терроризма, подго­товлявший княжение крестителя. И мы отрицательно относимся к крещению Руси не потому, что Владимир иудейского происхождения, а мы «зоологические антисемиты». Дело не во Владимире…

Если бы но сделка крещения, то князья всё равно оправдались бы передо своим народом, как-то модифицировав существовавший культ и сохранив на­циональные корпи господствующей идеологии, что позволило бы сохранить идеологическую независимость Руси от внешнего, не всегда дружественно­го, мира. Процесс этот тёк бы медленнее, и не исключено, что внутрирусская напряжённость не достигла бы такого уровня, что через 250 лет Русь не смогла выступить единой силой против Батыя.

Язычество, его целостная диалектика объединяли Русь, христианство, его метафизика раскололи Русь. К моменту крещения язычество, <хотя и переживало кризис,> не исчерпа­ло возможностей своего развития, о чём говорит параллельное существова­ние обоих культов в течение нескольких столетий.

Крещение — <своего рода> “забегание вперёд”, ускорение развития страны внешними «пгогрессорами»* в своих целях при опоре на внутрирусскую эксплуататорскую верхушку. Но для ясного понимания сущности крещения нельзя рассматривать христианство и крещение Руси, взятые сами по себе, ограничив рас­смотрение рамками истории России.

* * *

Комментарий;

* Слово «прогрессор» — из лексикона братьев Стругацких (см. “Жук в муравейнике”, “Трудно быть богом”) — “специалисты” по УСКОРЕНИЮ развития социальных систем.

* *
*

ДОБАВЛЕНИЕ 2007 г.

Так заканчивался первый раздел гл. 2 “Разгерметизации” в редакции 1990 г. С того времени наши представления о докрещенском периоде истории Руси, о крещении Руси и его последствиях уточнились и детализировались. Они изложены в работах ВП СССР “Психологический аспект истории и перспектив нынешней глобальной цивилизации” (2005 г.), “Смута на Руси: зарождение, течение, преодоление” (2006 г.).

Далее текст “Разгерметизации” в редакции 1990 г.

Предыдущая статья:Процессы познания и алгоритмика безошибочности Следующая статья:О некоторых особенностях государственности древнего Египта
page speed (0.0862 sec, direct)