Всего на сайте:
183 тыс. 477 статей

Главная | Культура, Искусство

ПРОБЛЕМА ИССЛЕДОВАНИЯ КУЛЬТУРЫ  Просмотрен 467

ЯЗЫК ИЗЛОЖЕНИЯ

 

Все вышеуказанные формы «сакрально-таинственного», «наукообразного» и «эстетского» языка противоречит исходной задаче культурологии – сделать суть куль­туры ясной, понятной и простой для человека современности, который и без этого со­вершенно запутался в многообразии современной жизни. Культурология не есть ре­ли­гиозное откровение, где за каждым словом видится какой-то зашифрованный смысл, недоступный для смертного какой-то «шифр трансценденции». Культурология не есть научное исследование, которое требует формализованного метаязыка, чтобы избежать разного рода семантических разночтений и парадоксов и глубокого анализа предмета. Культурлогия не есть художественное творчество, высшим смыслом которого является достижение совершенства формы, зачастую чтобы скрыть убожество и ни­чтожность содержания. Изящество и блеск художественной формы часто мешают, ибо затемняют смысл, уводят нас не в сторону понимания сути, а в сторону наслаждения поверхност­ной формой.

 

ПРОБЛЕМА ИССЛЕДОВАНИЯ КУЛЬТУРЫ

 

Динамичный характер культурной деятельности создает определенные трудности для понимания культуры, но не так драматичные: ведь мы хотим выяснить не точные зако­номерности культурного процесса по примеру точных наук, - мы хотим достигнуть ее понимания – это вещи совершенно разные, и трудности не так непреодолимы, как и выставляют многие.

Во-первых, - человек даже во «время перемен» действует по стабильным законам традиции. Хотя традиция более гибкая система, чем инстинкт, но стремление к неизменности, повторяемость – это свой­ства традиции. Потому в истории можно выявить непустое множество типичных форм - идеальных типов, постоянно репродуцирующихся в истории.

Во-вторых, - существование популяции неоантропов (т.е. собственно людей) довольно новое явление и имеет сравнительно небольшую продолжительность, где-то около 50 тыс. лет, что позволяет проследить ее единым взо­ром, не боясь полностью потерять единую линию понимания и осмысления в обилии фактического материала.

В-третьих, - низовые формы культуры довольно стабильны, константны и во многом идентифицируются с простыми биологиче­скими формами жизнедеятельности. Вообще процесс эволюции человеческой культуры идет не путем смены форм традиций и ритуала поведения, а путем надстройки новых форм и крайне медленным исчезновением некоторых старых формообразований, выведенных на периферию куль­турной деятельности. Эта закономерность, кстати, позволяет в современности, увидеть свое прошлое – доста­точно методами феноменологической редукции или чем-либо, можно снять верхние этажи и увидеть свое прошлое.

Все выше сказанное говорит о том, что мы, может быть, не сможем знать законы чело­веческой культуры, ибо в процессе культурного творчества эти законы меняются. Но мы можем выявить общие архетипические черты этого культурного творчества.

Анализируя культуру мы не можем использовать только методы научного исследова­ния, методы художественного творчества или формы религиозного откровения, в про­тивном случае мы мало что увидим: мало что видно в «очках с сильным увеличением» ученого, мало что видно в «розовых очках» эстета, тем более мы совершенно не видим и не захотим видеть мир в «темных очках» монаха-отшельника. Человек строит мир культуры и разумом, и сердцем, и экстазом откровения одновременно, вкладывая в нее не только расчет, но и страсть. А потому от «очков» придется отказаться и испробовать рассмотрение мира «открытыми глазами». И в данном случае необходим целостный метод, который включает все вышесказанное. Это метод непосредственного «вжива­ния» в суть фактов-событий культуры, непосредственного понимания её. Этот метод есть метод философской герменевтики. Метод этот ценен тем, что он абсолютно эмпиричен. Непосредственно без всяких ап­риорных заданных схем исследователь культуры проникает в фактический материал, ко­торый предоставляет ему наука, разного рода политические учения, религиозные, яв­ления хозяйственной и иных сфер человеческой деятельности, т.е. все то, что составляет нашу жизнь. Он старается истолковать их, увязать, классифицировать, про­никнуть, вжиться и понять.

 

1. ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА

 

Единственная форма анализа социокультурных явлений может быть лишь историче­ская методология. Здесь можно согласиться, в частности, с мнением И. Т.

Касавина, фактически единственного отечественного философа, который хоть какое-то вни­мание уделяет концепту «традиция». Он развивает концепцию исторической эпистемологии, - перспективного направления в современной философии науки, идущего от эво­люционной эпистемологии (К. Лоренц). Это, собственно говоря, уже не является эпи­стемоло­гией, а методом культуро­логического анализа науки. Он базируется на известных ис­следованиях по ди­намике науки К. Поппера, Т. Куна, С. Тулмина, И. Ла­катоса, П. Фей­ерабенда, Л. Лаудана и др. Как известно, многие из этой «когорты» при­меняют концепт «традиция» как основной. Пока за становлением концепции исторической эпистемологии будущее, она еще не приобрела систематиче­ский характер. Концепт «традиция» здесь будет основной, а потому я не могу со­гласиться с И.Т. Ка­савиным, ко­торый в своей последней работе «Традиции и интерпретации. Фрагменты исторической эпистемологии» (2000) игнорирует концепт «тра­диция», счи­тая, что этот концепт не совсем подхо­дит для описания динамики научного знания. Са­мое важное состоит в том, что, используя в качестве методологического принципа кон­цепт «традиция», мы тут «подобное познаем подобным», ибо «традиция» и есть то, что об­разует культуру.

В отношении формирования собственно исторической герменевтики сыграли представители современной философской герменевтики – Х.-Г. Гадамер и П. Рикёр. В частности, в отношении исходного инструмента человеческого познания – разума он Х.Г. Гадамер пишет следующее: «Разум существует для нас лишь как реальный исторический разум, а это означает только одно: разум не сам по себе господин, он все­гда находится в зависимости от реальных условий, в которых проявляется его деятельность» (Гадамер Х.-Г. Истина и метод. М., 1988. С.328)

2. ТРАДИЦИЯ КАК МЕТОД

 

«Традиция» как основной концепт философии – концепт исторический.

А потому для него неприемлемо рас­смотре­ние тех или иных артефактов с точки зрения строго задан­ной, единственно ис­тинной точки зрения. Точка зрения – это есть полюс рассмотрения находящийся в по­стоянном движении в истории, интерпретация того или иного факта меняется. Принципиальный историзм любой интерпретации – исходный императив рассмотрения и интерпретации любого социокультурного явления-события с точки зрения концепта «традиция». По­нимание социокультурного явления-события с точки зрения традиции не номотетиче­ское или идеографическое, а историографическое. Можно согласиться с мнением Б. Кроче, который в своей «Философия духа», а именно в завершающей части – «Теория и история исторриографии» (1917), утверждал, что философия является методологией историографии: «… нет ни философии, ни истории, ни философии истории, а есть история, являющаяся философией, и философия, являющаяся историей, заключенной в ней» (Кроче Б. Теория и история историографии» М., 1998. С.52).

Вся­кое познание яв­ления-события тут не нахождение константных законов или обра­зов этого явления-со­бытия, а временная интерпретация явления - события с точки зре­ния той или иной тра­диции, того или иного среза истории. С каждой заданной точки-узла сети традиций ланд­шафта культуры и судьбы её истории другая точка или целая область истолковы­вается разным обра­зом. Полюс интерпретации, которым является за­данная точка, «вы­свечивает» другую точку или область культуры и её истории в разной «цветовой» гамме. Тем более это «высвечивание» имеет динамический характер – точка (полюс ин­терпрета­ции) «скользит» по нити традиции, перескакивает на другую, что создает ди­намиче­скую картину понимания интерпретируемой точки или области культуры. И это позна­ние (интерпретация) есть познание по аналогии, метафорическое и аллегориче­ское - то, что все познание имеет такой характер, постепенно приходит со­временная философ­ская мысль на рубеже тысячелетий.

Культурное явление понимается лишь путем отнесения этого явления к той или иной традиции. Именно таким способом достигается понимание этого явления. Понимание достигается не выявлением существенных черт этого явления, это более присуще мето­дология «идеального типа», историческое понимание формируется именно на базе от­несения этого явления к той или иной традиции, таким способом оно погружается во все многообразие культуры и понимается во всем этом многообразии. Именно традиция выступает полюсом понимания.

Интересна в этом отношении концепция «перспективизма» Х. Ортега-и-Гассета. Смысл его состоит в том, что каждый человек познает «пейзаж» окружающего мира с определенной точки зрения, в зависимости от этой точки зрения, ему вскрываются те или иные черты реальности.

 

Диспозиция (от лат. dispositio – предрасположенность) – это способность объекта или субъекта проявлять себя определенным образом при определенных условиях.

 

Интересна концепция «интервального подхода» профессора Симферопольского уни­верситета Ф.В. Лазарева (р.1938), который утверждает следующее: «Стиль мыслитель­ной культуры любой эпохи во многом определяется теми бессознательно закодирован­ными в социальной памяти «ментальностями», которые заполняют своим специфиче­ским смыслом общекультурные символы, мировоззренческие модели и категории. С точки зрения исследований в области методологии естественных и гуманитарных наук особый интерес в этом контексте представляет складывающаяся в ту или иную эпоху гносеологическая модель субъект-объектного отношения» (Лазарев Ф.В. Интервальный подход: истоки и ключевые понятия \\ Вестник МГУ. Серия VII. Философия. №5.

С.34)

Лазарев выводит понятие «познавательной позиции». Он пишет, что классическая фи­зика исходила из позиции «абсолютного наблюдателя». Современная же физика исхо­дит из позиции иного рода.

В этом смысл – всякая модель включает не только видение мира, но и позицию самого наблюдателя этого мира. Он рассматривает понятие «гносеологической фокусировки».

 

3. ГОРИЗОНТ ПОНИМАНИЯ

 

У Гуссерля в «Картезианских размышлениях» есть интересное высказывание, которое посвящено анализу интенциональности сознания: «Каждое переживание имеет горизонт, меняющийс вместе с изменением объемлющей это переживание взаимосвязи сознания и со сменой фаз его собственного протекания, интенциональный горизонт, в котором осуществляются отсылки к открытым для самого переживания потенциально­стям осознания» (Гуссерль Э. Логические исследования. Картезианские размышле­ния… Мн.- М.,2000. С.377).

Горизонт понимания – это полет воображения, дальность которого обусловлена ме­стом и типом полюсом понимания (традиции), которая задает маршрут, направление этого полета мысли. В эпистемологии Эпикура встречаются зага­дочные «броски мысли» как способ познания. Вот что он писал в письме Геродоту: «..главным признаком совершенного и полного знания является умение пользоваться бросками мысли, [а это бывает, когда все] сводится к простым основам и словам. Ибо кто не мо­жет в кратких словах охватить все, что изучается по частям, тот не может по­знать толщу всего охватываемого» (Диоген Лаэртский О жизни, учениях и изречениях зна­менитых философов. М., 1979. С.407). Именно горизонт понимания и есть «дистанция броска мысли», которая задается уровнем высоты полюса понимания.

Весь мир определяется лишь тем горизонтом, который задает видение мира, и, как под­черкивал Х. Ортега-и-Гассет: «… сведение мира к горизонту ничуть не уменьшает его реальности. Мир соотносится с живым субъектом, принадлежит ему, локализуется в жизненном потоке, текущем от народа к народу, от поколения к поколению, от индивида к индивиду в процессе овладения универсальной реальностью» (Ортега-и-Гассет Х. Что такое философия? М., 1991. С.49)

 

Важно то, что при удалении или приближении меняются картины мира или понимание явления кардинально.

 

ПЕРЕМЕНА ИСТОЛКОВАНИЯ ПРИ ДВИЖЕНИИ ПОЛЮСА ТРАДИЦИИ.

 

Всякое понимание – это, если пользоваться фразой А. Белого, «полет взоров». Система знания или понимания как окружающего мира, так и самого себя меняются. Но, с дру­гой стороны, само это понимание меняет картину мира культуры, если пока не меняет всю архитектонику окружающего мира..

Как писал Х. Ортега-и-Гассет: «…каждый народ и всякая эпоха обладают своим типом души, т.е. сетью с определенными по размеру и конфигурации ячейками, которые за­дают близость одним истинам и неискоренимую неспособность к достижению других. Это означает, что все эпохи и все народы довольствовались соответствующими частными истинами, и нет смысла противопоставлять себя другим народам и эпохам, словно им одним выпало владение всею полнотой истины» (Ортега-и-Гассет Х. Что та­кое философия? М.,1991. С.46)

Предыдущая статья:Тема-40: Типы социологических исследовании. Следующая статья:ТИПОЛОГИЯ ХАРАКТЕРОВ
page speed (0.0275 sec, direct)