Всего на сайте:
236 тыс. 713 статей

Главная | Право

Реализация обеспечена возможностью государственного принуждения. 1 страница. 8. Имеет юридическую природу, которая выражается в том, что:..  Просмотрен 454

  1. Реализация обеспечена возможностью государственного принуждения. 2 страница. 5. Не совпадают предметы регулирования норм права и норм мо..
  2. Реализация обеспечена возможностью государственного принуждения. 3 страница. 14. СИСТЕМА ПРАВА Вопрос о системе права - это вопрос о ст..
  3. Реализация обеспечена возможностью государственного принуждения. 4 страница. а) принятие нормативных актов органами государства; б) неп..
  4. По юридической силе -на нормызаконаи нормыподзаконных актов.
  5. В зависимости от принадлежности к той или иной стороне правовой сис­темыправоотношения делят наматериальные и процессуальные, частные и публичные.
  6. С точки зрения причин возникновения пробелов в законодательстве пробельность может бытьпервоначальнойипоследующей.
  7. Толкование-разъяснение делится на виды в зависимостиот субъекта, да­ющего это разъяснение. По этому признаку оно может бытьофициальным илинеофициальным.
  8. Правомерное поведение, как и неправомерное (и как любое другое пове­дение), имеет две стороны -объективнуюисубъективную. 1 страница
  9. Правомерное поведение, как и неправомерное (и как любое другое пове­дение), имеет две стороны -объективнуюисубъективную. 2 страница
  10. Правомерное поведение, как и неправомерное (и как любое другое пове­дение), имеет две стороны -объективнуюисубъективную. 3 страница
  11. Правомерное поведение, как и неправомерное (и как любое другое пове­дение), имеет две стороны -объективнуюисубъективную. 4 страница
  12. Правомерное поведение, как и неправомерное (и как любое другое пове­дение), имеет две стороны -объективнуюисубъективную. 5 страница

8. Имеет юридическую природу, которая выражается в том, что:

а) необходимость определенного поведения возлагается на субъектов юридическими нормами;

б) реализация обеспечивается возможностью государственного принуж­дения.

Субъективные юридические права и обязанности, как и всякие диалектиче­ские противоположности, имеют общие черты и в то же время существенно от­личаются друг от друга. Объединяет их, во-первых, общая юридическая приро­да: и право, и обязанность вытекают из юридических норм и гарантируются государством. Во-вторых, и право, и обязанность являются мерами поведения. В то же время право — это мера возможного поведения, а обязанность - мера поведения должного. Суть этого различия состоит в том, что реализация права зависит от воли управомоченного, а воля обязанного лица в этом отношении детерминирована жестко: оно должно реализовать свою обязанность.

Различие права и обязанности также в том, что если первое содержит бла­го для своего обладателя, то вторая осуществляется не в интересах своего но­сителя, а в интересах другого лица — управомоченного.

В заключение можно заметить, что в целом субъективные обязанности так же, как и субъективные права, могут быть неюридическими: субъективные моральные обязанности, субъективные обязанности членов общественных организаций и т. д.

5. ПРАВО И ЗАКОН

Проблема соотношения права и закона родилась практически одновре­менно с правом, ставилась еще в древние времена (Демокрит, софисты, Со­крат, Платон, Аристотель, Эпикур, Цицерон, римские юристы) и до сих пор остается центральной в правопонимании.

В контексте данной проблемы под «законом» следует понимать не закон в строгом, специальном смысле (как акт верховной власти и источник высшей юридической силы), а все официальные источники юридических норм (зако­ны, указы, постановления, юридические прецеденты, санкционированные обычаи и др.).

Концепций, связанных с различением права и закона, существует множе­ство. Однако можно обозначить два принципиальных подхода:

а) право есть творение государственной власти и правом следует считать все официальные источники норм независимо от их содержания;

б) закон, даже принятый надлежащим субъектом и в надлежащей проце­дурной форме, может не иметь правового содержания, быть неправовым за­коном и выражать политический произвол.

Приверженцем первого подхода у нас в России был, в частности, извест­ный правовед и теоретик права Габриель Феликсович Шершеневич, который считал государственную власть источником всех норм права.

Современный исследователь этой проблемы проф. B.C. Нерсесянц ут­верждает, что правом можно считать только правовой закон. «Нормы действу­ющего законодательства («позитивного права»), - пишет он, - являются соб­ственно правовыми (по своей сути и понятию) лишь в той мере и постольку, поскольку в них присутствует, нормативно выражен и действует принцип формального равенства и формальной свободы индивидов». В разрешении этой сложной проблемы нужно исходить, с одной стороны, из общего соот­ношения и взаимодействия общества, права и государства, а с другой - из об­щефилософских закономерностей связи формы и содержания.

Признано, что право и государство являются самостоятельными (в том смысле, что не государство порождает право) продуктами, результатами об­щественного развития. В такой же степени независимы от государства и со­временные процессы правообразования: они идут в недрах общественного организма, проявляют себя в виде устойчивых, повторяющихся социальных отношений и актов поведения, формируются как правовые притязания обще­ства и фиксируются общественным сознанием. А уже дело государства - вы­явить эти притязания и, основываясь на началах справедливости, возвести их в закон, то есть оформить в официальных источниках как общеобязательные правила поведения. Таким образом, получается, что право как единство со­держания и формы складывается в результате взаимодействия общества и го­сударства: содержание права (сами правила поведения, информационная сто­рона права) создается объективно, под воздействием социальных процессов, а форму праву придает государство.

При различении права и закона обращают внимание на одну сторону про­блемы - на возможность неправового содержания у правовой формы (зако­на). Однако правомерен и другой вопрос: а может ли вообще право существо­вать вне какой-либо формы объективирования? На этот вопрос следует ответить отрицательно: не может быть права до и вне своей формы (закона). Ведь то, что называют «естественным правом», на самом деле представляет собой естественно-социальные начала, которые должны определять содержа­ние юридических предписаний, а правом в собственном смысле (с точки зре­ния современных представлений о свойствах права) не является. Тем более что, как справедливо замечает проф. B.C. Нерсесянц, различение естествен­ного права и позитивного права - лишь одна из многих возможных версий соотношения права и закона. В настоящее время суть проблемы различения права и закона состоит не в противопоставлении естественного права пози­тивному, а в установлении соответствия между содержанием и формой са­мого позитивного права.

С этих позиций можно наметить пункты, из которых следует исходить в характеристике соотношения права и закона:

1. Право и закон следует различать. Закон (официальные источники норм) - это форма выражения, объективирования права вовне, а право -единство этой формы и содержания (правил поведения).

2. Не может быть права до и вне закона (своей формы). Форма - способ жизни права, его существования. Как замечает проф. Мушинский: «Все со­временные системы права одеты в мундир законодательства».

3. Закон может иметь неправовое содержание, быть, с этой точки зрения, пустой, бессодержательной формой - «неправовым законом». (Правовое со­держание у закона или неправовое - это определяется как на основе общих естественно-правовых начал, так и исходя из конкретно-исторических усло­вий существования данного общества.)

Такой подход отвечает и общим законам связи формы и содержания явле­ний. Так, может иметь место бессодержательная форма (бессодержательна она, конечно, в строго заданном отношении: «какое-то» содержание у нее все равно есть), но не может быть содержания вне какой-либо формы. Например, можно имитировать из бумаги форму стула, которая внешне будет очень на него похожа.

Однако с точки зрения самого предназначения, функций стула, эта конструкция будет абсолютно бессодержательна: стулом она является лишь по форме. С другой стороны, не удастся использовать в качестве стула то, что вообще не имеет никакой формы.

6. ПРАВО В СИСТЕМЕ СОЦИАЛЬНЫХ НОРМ

Норма (от лат. «norma») - мера, правило, образец, стандарт. Нормы могут иметь отношение к самым различным объектам и процессам: естественным (природным), техническим, социальным. Норма указывает на границы, пре­делы, в которых тот или иной объект сохраняет свое качество, способность к функционированию, остается самим собой (не утрачивает сущность).

Непосредственно человека могут касаться и несоциальные нормы. На­пример, норма температуры человеческого тела. Социальные нормы - это правила, регулирующие поведение людей в обществе. Для них характерны сле­дующие черты:

1. Социальность. Они регулируют социальные сферы, которые включают в себя:

а) людей;

б) общественные отношения, то есть отношения между людьми и их кол­лективами;

в) поведение людей. Таким образом, социальные нормы формируют соци­альные структуры и регулируют социально значимое поведение человека.

2. Объективность. Общество как сложный социальный организм (систе­ма) объективно нуждается в регулировании. Социальные нормы складывают­ся исторически, закономерно, под давлением социальной необходимости. Они возникают как результат нормативного обобщения, нормативной фикса­ции устойчивых повторяющихся общественных связей и актов взаимодейст­вия между людьми. Потребность в закреплении и воспроизведении этих не­обходимых обществу отношений и актов деятельности человека и порождает феномен социально-нормативного регулирования.

В то же время следует учитывать значение субъективного фактора в ста­новлении социальных норм. Они не могут возникнуть, не пройдя, не прело­мившись через общественное сознание: необходимость тех или иных соци­альных норм должна быть осознана обществом.

3. Нормативность. Социальные нормы имеют общий характер, действу­ют как типовые регуляторы поведения. Их адресаты определены не конкрет­но (поименно), а путем указания на их типовые признаки (возраст, вменяе­мость или, например, общие требования к статусу юридического лица). Нормативность проявляется и в неоднократности действия социальных норм:

социальная норма вступает в действие всякий раз, когда возникает типовая ситуация, предусмотренная как условие ее вступления в процесс регулирова­ния. Здесь надо заметить, что социальные нормы всегда по содержанию оп­ределены, но типовым образом, как общая модель поведения.

4. Социальные нормы есть меры свободы индивида, устанавливающие пре­делы его социальной экспансии, поведенческой активности, способов удов­летворения интересов и потребностей.

5. Обязательность. Социальные нормы как нормативное выражение со­циальной необходимости всегда в той или иной мере обязательны, имеют предписывающий характер.

6. Процедурность. Социальному регулированию присуща процедурность, то есть наличие тех или иных процедурных форм, детально регламентирован­ных порядков реализации, действия социальных норм.

7. Санкционированность. Каждый нормативный регулятор имеет меха­низмы обеспечения реализации своих предписаний.

8. Системность присуща как отдельным нормам, так и их массиву в мас­штабе общества. Во всяком случае, общество должно стремиться к формиро­ванию такой системы, совершенствованию ее системных качеств, налажива­нию взаимодействия между видами социальных норм.

В обществе действуют политические, правовые, моральные, религиозные, корпоративные, нормы обычаев и другие социальные нормы. Все эти разно­видности взаимодействуют в рамках нормативной системы общества, сохра­няя при этом качества особых социальных регуляторов. Сравнительный ана­лиз их регулятивных особенностей следует проводить с учетом источников формирования; предметов регулирования; характера (степени) внутренней организации; формы существования (объективирования вовне); способов ре­гулятивного воздействия; механизмов (методов, средств) обеспечения реали­зации своих норм и др. моментов.

Основными социальными регуляторами являются право и мораль (см. об этом отдельный вопрос настоящего пособия).

Политические нормы. В широком смысле политическими можно назвать и правовые нормы.

Хотя существует точка зрения, что инструментом полити­ки является закон, а право таковым считать нельзя: оно имеет естественную основу и выступает мерой свободы индивида в обществе.

Политические нормы выделяются прежде всего по содержанию и сфере действия, предмету регулирования. Поэтому они могут содержаться не толь­ко в политических документах (политических декларациях, манифестах и т. п.), но и в нормативно-правовых актах, актах общественных организаций, быть нормами политической этики (морали). Когда политическая норма за­креплена в нормативном юридическом акте, она будет юридической нормой политического содержания. В этом смысле конституции государств выступа­ют как нормативные политико-правовые акты.

Политические нормы формируются в сфере общественного сознания на основе политических представлений, принципов, оценок, ценностных ори­ентаций. В этом смысле политические нормы выступают результатом осозна­ния субъектами политики особых интересов (прежде всего экономических) своей социальной группы. И здесь можно усмотреть единый источник фор­мирования политических и правовых норм - отношения собственности.

Политические нормы регулируют отношения и деятельность субъектов политики: народов, наций, классов, отдельных политиков, граждан и госу­дарства и др.

Обычаи - это правила поведения, складывающиеся исторически, в силу данных фактических отношений и в результате многократного повторения вошедшие в привычку. Для них характерны следующие черты:

а) живут в общественном сознании (а именно - в общественной психо­логии);

б) с точки зрения регулятивных особенностей им в наименьшей степени присуще внешнее, то есть предписывающее регулирование; они проникают в сферу индивидуального сознания даже глубже, чем нормы морали;

в) складываются спонтанно, в результате многократного повторения од­них и тех же актов поведения;

г) представляют собой точные модели («слепки») тех отношений и актов поведения, которые обычаи нормативно обобщают. Отсюда их конкретность, детализированность;

д) каждый обычай имеет социальное основание (причину возникновения), которое в дальнейшем может быть и утрачено. Однако обычай и в этом слу­чае может продолжать действовать в силу привычки;

е) имеют, как правило, локальную (по кругу субъектов, по местности) сфе­ру действия;

ж) в качестве средств обеспечения выступают сила привычки и обществен­ное мнение;

з) в масштабе общества не представляют собой целостного образования -системы, что обусловлено стихийностью, спонтанностью их формирования, а также длительностью этих процессов.

Среди других социальных норм обычаи выделяются прежде всего особен­ностями формирования и действия. Поэтому чаще всего они выступают формой иных социальных норм (норм морали, политических норм, правил ги­гиены и др.). Могут они быть и формой юридических норм(правовой обычай). Вместе с тем та или иная социальная норма, переходя в обычай, утрачивает свой собственный механизм действия, свои регулятивные особенности и дей­ствует, опираясь на силу привычки (например, у моральной нормы в этом случае ее оценочный характер как бы отходит на второй план). Обычаи мо­рального содержания называют еще нравами.

Разновидностью обычаев можно считать традиции, возникновению кото­рых в большей мере присущ субъективный фактор. Общество может созна­тельно организовывать те или иные традиции, способствовать их становле­нию, поэтому их возникновение не обязательно связано с длительным историческим процессом. Традиции в большей мере опираются на поддерж­ку общественного мнения и выражают стремление людей сохранить опреде­ленные идеи, ценности, полезные формы поведения.

Обыкновения (деловые обыкновения) - обычаи, выработанные в процес­се деятельности органов государства, в деловой (хозяйственной, коммерчес­кой) деятельности и действующие в единстве с юридическими нормами.

К нормам обычая относят и нормы, регламентирующие обряды как доста­точно сложные процедуры в бытовой, семейной, религиозной сферах. Такие обычаи называют ритуалами (от лат. «ritualis» - обрядовый). Нормы обычая, регулирующие торжественные, официальные обряды, носят название цере­мониала (правила церемонии).

Право и обычай взаимодействуют. Правовые нормы вытесняют вредные, неугодные обществу обычаи (например, обычай кровной мести). Полезные, социально необходимые обычаи могут даже наделяться правовой санкцией, и в этом случае они принимают форму правового обычая. В то же время обы­чаи меньше значат для правотворчества и правореализации, чем, скажем, нормы морали.

Нормы общественных организаций (корпоративные нормы) похожи на нормы права тем, что:

а) закрепляются в письменных нормативных актах-документах (уставах, положениях и др. актах);

б) внутрисистемные;

в) имеют четко выраженный предоставительно-обязывающий характер;

г) требуют внешнего контроля за реализацией и поддаются такому кон­тролю;

д) обладают фиксированным набором средств обеспечения реализации своих норм.

Отличает их от норм права то, что они, во-первых, выражают волю и ин­тересы членов данной организации и распространяют свое действие на них;

во-вторых, регулируют прежде всего внутриорганизационные отношения;

в-третьих, санкционированы специфическими (для каждой организации) ме­рами воздействия.

Правовые нормы создают базу для организации и деятельности общест­венных организаций (объединений). Так, в Конституции Российской Феде­рации этому вопросу посвящен целый ряд статей (ст. 13, 30, 35 и др.). Право запрещает создавать вредные для общества и государства объединения, выхо­дить в своей деятельности за пределы целей и задач, определенных уставом.

Правовые и корпоративные нормы взаимодействуют в установлении правосубъектности общественных организаций (круга правоотношений, в кото­рые данная общественная организация может вступать), в оценке правомер­ности принятого общественной организацией решения.

Технико-юридические нормы - это нормы, которые в качестве диспози­ции (регулятивного предписания) имеют техническую норму, а в качестве санкции (охранительной нормы) - юридическую норму. Поэтому их можно расценивать и как юридические нормы технического содержания, и как раз­новидность технических норм.

Относительно природы технических норм существует две позиции: одни авторы вообще не относят их к социальным нормам, другие - считают их со­циальными. Действительно, технические нормы своеобразны. Содержание их определяется законами природы и техники (то есть они как бы исходят не от человека); регламентируют не отношения между людьми, а отношения че­ловека к объектам природы и техники (то есть вроде бы регулируют несоци­альную сферу); в качестве мер их обеспечения выступают негативные послед­ствия нарушения естественных законов, технических правил. Тем не менее, думается, что технические нормы следует считать разновидностью (хотя и весьма специфической) социальных норм, так как:

а) главным объектом регулирования всех социальных норм является пове­дение людей (установление общественных отношений во всех случаях соци­ального регулирования - это лишь средство регламентации поведения).

На тот же объект направлены и технические нормы;

б) технические нормы имеют социальное значение, которое с развитием технической сферы, искусственной среды обитания человека все возрастает. На данный момент нет более актуальной «технической» нормы, чем та, кото­рая определяет взаимоотношения человека и природы. Другое дело, что по уровню социальной значимости технические нормы могут существенно раз­личаться, и именно этот признак имеет наибольшее значение в оценке «со­циальности» технических норм. Например, социальная значимость поломки бытовой техники в результате нарушения правил обращения с ней практиче­ски равна нулю. Хотя опять-таки нарушение технических норм обращения с бытовыми электроприборами может привести к такому бедствию, как пожар.

Наиболее значимые технические нормы снабжаются правовыми санкция­ми и становятся технико-юридическими нормами. И здесь можно найти еще один аргумент в пользу принадлежности технических норм к социальным. Ведь технико-юридические нормы, как и любые правовые нормы, считают социальными. Однако из-за того, что техническую норму обеспечили право­вой санкцией, она свою природу не изменила: в ней сохранились все те чер­ты, по которым технические нормы как раз к социальным не относят.

С целью разрешения данного противоречия проф. А.Б. Венгеров предлагает различать юридико-технический и нормативно-технический социальные регу­ляторы. Однако понятие «регулятор» здесь используется в смысле, не равноз­начном понятию «норма», и исследование проблемы, таким образом, перено­сится в несколько иную плоскость, в частности на уровень нормативных актов.

Проф. А.Б. Венгеров также усматривает существование в обществе ненор­мативных социальных регуляторов - ценностного, директивного, информа­ционного и других. Однако речь в данном случае идет не об индивидуальном регулировании. Названные регуляторы имеют общий характер, но не явля­ются четко выраженными социальными предписаниями и обладают специ­фическими механизмами воздействия на поведение людей.

7. ПРАВО И СПРАВЕДЛИВОСТЬ

Право неотделимо от справедливости: она есть сердцевина права. Спра­ведливость, как основной принцип естественного права, внутренне присуща праву, которое является не столько внешней принудительной силой, сколько предписанием действовать по справедливости. Не случайно слова «правиль­ное», «правда», «справедливость» и «право» имеют один корень; отсюда же и тождество древнеримских понятий «jus» (право) и «justitia» (справедливость).

Сущность права состоит в том, что оно - способ (инструмент, форма) ус­тановления справедливого баланса интересов всех и каждого: индивидов, со­циальных слоев, классов, социальных общностей и образований. Только этот момент является мерилом (критерием) соответствия писаного (позитивного) права любой страны общей природе и сущности права как такового. Только учет и согласование интересов всех социальных субъектов (индивидуальных и коллективных) выступает подлинной основой и гарантией осуществления правовых предписаний. В то же время даже самый справедливый социальный компромисс в силу самой природы компромисса (в любом случае предпола­гающей отступление от «своего» интереса в пользу общего) потенциально со­держит в себе возможность отхода от условий и правил компромиссного ре­шения, каковым по своей природе право и является. Вот именно в таких случаях право и проявляет свои возможности по принудительной реализации собственных предписаний: «справедливость, не поддержанная силой, немощ­на» (Блез Паскаль).

Однако, подчеркнем еще раз, хотя принудительность и является объек­тивным свойством права, не она, а справедливость определяет его сущность. Право, таким образом, опирается на справедливость, а не на силу. На силу опирается произвол.

Понятие справедливости разрабатывалось с древнейших времен. Развер­нутую теорию справедливости как основы права создал Аристотель. Он раз­личал два вида справедливости: уравнивающую и распределяющую. Уравнива­ющая справедливость - это та, которой люди руководствуются при обмене ценностями или возмещении ущерба. Это как бы инструмент соблюдения ме­ры между ущербом и выгодой каждой из сторон.

Распределяющая справедливость признает справедливым как равное, так и неравное распределение между различными лицами в зависимости от их вклада в общественное благо.

Дальнейшее развитие идея справедливости получила у юристов Древнего Рима, в том числе и у Цицерона. Единство права и справедливости зафиксиро­вано в формулах римского права: «право есть искусство добра и справедливос­ти»; «в праве нужно в максимальной степени обращать внимание на справедли­вость»; «предписания права следующие: честно жить, другого не обижать, каждому воздавать должное». Как отметил один из современных отечественных философов А.И. Новиков, «именно в Риме понятие справедливости было пере­ведено с языка философских рассуждений на точный язык правовых формул».

В средние века связи права и справедливости разрабатывались с перехо­дом к широкому изучению римского права, в частности школой глоссаторов.

Этим вопросам серьезное внимание уделялось передовыми мыслителями XVII-XVIII вв. (Гроций, Гоббс, Монтескье, Вольтер, Дидро, Гольбах), в не­мецкой классической философии (Кант, Гегель), в теории марксизма.

Среди работ современных отечественных правоведов, посвященных дан­ной проблематике, можно указать на монографии Г. В. Мальцева (1977 г.) и А.И.Экимова(1980г.).

В основе справедливости еще с древних времен (Аристотель) лежат идеи сочетания «справедливого равенства» и «справедливого неравенства». Как от­мечает проф. Г.В. Мальцев, справедливость представляет собой «диалектиче­ское сочетание элементов равенства и неравенства», то есть справедливость выражается в равном отношении к равным людям и в неравном отношении к неравным людям. Проф. А. И. Экимов определяет справедливость как «нрав­ственно обоснованный критерий для соизмерения действий субъектов, в со­ответствии с которым осуществляется воздаяние каждому за его поступки в виде наступления тех или иных последствий».

Право по своей природе есть регулятор, действующий на основе примене­ния равных мер к различным субъектам. И в этом состоит справедливость права, ибо такое регулирование основано на принципах соразмерности, сба­лансированности интересов, равного несения того или иного бремени.

В то же время право есть и «право неравенства», поскольку в силу самой своей природы, принципа действия оно не учитывает всей полноты индивиду­альных качеств людей. В определенной мере этот момент компенсируется пре­доставлением субъектам права свободы в рамках правовых предписаний, путем правоприменительной деятельности, направленной на справедливую индиви­дуализацию общего правового предписания. Особое значение справедливость приобретает в сфере юрисдикционного применения права при разрешении со­циальных конфликтов, назначении наказания, где воздаяние со стороны госу­дарства должно соответствовать мере содеянного правонарушителем.

Противоречия между правом и справедливостью могут выражаться не только в несправедливом применении правовых норм, но и в издании госу­дарством изначально несправедливых норм права. Поэтому справедливый подход должен быть обеспечен прежде всего в процессе издания государст­вом нормативно-правовых актов.

Таким образом, право, с одной стороны, должно основываться на мораль­ных началах правды и справедливости, а с другой - быть формой возведения справедливости в закон жизни общества.

8. ПРАВО И МОРАЛЬ

Термины «мораль» и «нравственность» употребляются в основном в одном значении - как слова-синонимы. Тем более они равнозначны в прикладном аспекте (в плане задач юридической науки). Хотя некоторые специалисты в области этики (науки о морали) различия здесь усматривают. Гегель также разделял мораль и нравственность, называя право, мораль и нравственность тремя последовательными ступенями в развитии объективного духа. В то же время латинское «mores» означает не что иное, как «нравы».

В литературе по этике мораль (нравственность) определяется как форма общественного сознания, отражающая социальную действительность в виде специфических, исторически обусловленных представлений о добре и зле, которые закрепляются в сознании людей в виде принципов, норм, идеалов, призванных регулировать поведение людей в целях сохранения и развитая общества как целого.

Право и мораль - основные социальные регуляторы поведения человека. Они имеют общие черты, различия и взаимодействуют друг с другом.

Общие черты:

а) принадлежат к социальным нормам и обладают общим свойством нор­мативности;

б) являются основными регуляторами поведения;

в) имеют общую цель - регулирование поведения людей со стратегичес­кой задачей сохранения и развития общества как целого;

г) базируются на справедливости как на высшем нравственном принципе;

д) выступают мерой свободы индивида, определяют ее границы.

Различия:

1. Мораль формируется ранее права, правового сознания и государствен­ной организации общества. Можно сказать, что мораль появляется вместе с обществом, а право — с государством. Хотя мораль тоже имеет свой истори­ческий период развития и возникает из потребности согласовать интересы индивида и общества.

2. В пределах одной страны, одного общества может существовать только одна правовая система. Мораль же в этом смысле разнородна:в обществе мо­жет действовать несколько моральных систем (классов, малых социальных групп, профессиональных слоев, индивидов). При этом в любом обществе су­ществует система общепринятых моральных взглядов (так называемая гос­подствующая мораль).

3. Нормы морали формируются как нормативное выражение сложившихся в данной социальной среде, обществе взглядов, представлений о добре и зле, справедливости, чести, долге, порядочности, благородстве и других категори­ях этики. (Основные категории морального сознания - «добро» и «зло», без которых невозможна любая моральная оценка.) При этом процесс формирова­ния моральных систем идет спонтанно, в недрах общественного сознания. Процесс правообразования тоже весьма сложен, имеет глубокие социальные корни, однако право в единстве своей формы и содержания предстает как ре­зультат официальной деятельности государства, как выражение его воли.

4. Мораль живет в общественном сознании, которое и является формой ее существования. И в этом плане даже трудно различить мораль как форму об­щественного сознания и мораль как нормативный социальный регулятор, в от­личие от права, где достаточно четко можно провести границу между правовым сознанием и правом. Право, по сравнению с моралью, имеет четкие формы объективирования, закрепления вовне (формальные источники права). Конеч­но, ту или иную моральную систему можно систематизировать и изложить в письменном виде как некий моральный кодекс. Однако речь идет о том, что мораль как особый социальный регулятор объективно в этом не нуждается.

Предыдущая статья:Виды нормативно-правовых актов. Они делятся прежде всего на законы и подзаконные нормативно-правовые акты. Следующая статья:Реализация обеспечена возможностью государственного принуждения. 2 страница. 5. Не совпадают предметы регулирования норм права и норм мо..
page speed (0.0344 sec, direct)